Страница 29 из 90
— Я долго думал, — вдруг вздохнул он, — почему Шингстен всегда был таким… таким…
— Непохожим на Нолд или Бьёльн? — подсказал Генрих с усмешкой, убирая письмо во внутренний карман камзола.
— Именно. Нолд и Бьёльн похожи во многом, кроме, разве что, каких-то мелочей вроде имён или… — Фернанд пожал плечами. — Поэтому, думаю, ваше воссоединение произошло так легко и почти без труда. А Шингстен никак не желает приближаться к вам. Как вы думаете, милорд, в чём причина этой отдалённости?
— В первую очередь — в религии, — отозвался Генрих не столь уверенным тоном. — Простите за такие слова, ваше величество, но, боюсь, ваш славный предок совершил ошибку, предоставив Шингстену свободу веры и завещав блюсти это своим потомкам. Да, некоторые дома Шингстена приняли веру в единого Бога, но всё же религиозное разобщение поспособствовало и разобщению в целом. Как можно говорить о едином государстве, если у нас нет единой веры, единого главы всеобщей церкви?
— Вы думаете, что Рёдвигу Первому стоило полностью подчинить себе все три земли и сделать их не просто равными, но и одинаковыми во всём? — несколько изумлённо протянул Фернанд, плотнее кутаясь в плащ.
Имя первого короля Драффарии, Рёдвига Первого Драффа, выходца из земель за Серебряным морем, было странным и резало слух, к нему могли привыкнуть лишь те, кто хорошо знал историю.
— Не сразу, но постепенно. Впрочем, не мне судить о поступках вашего великого предка, ваше величество, — наигранно смущённо улыбнулся Генрих.
— А звучит так, будто вы хотите предложить мне начать реформу, — сдержанно рассмеялся Фернанд.
— Я бы на вашем месте не стал отказываться от этой идеи, — усмехнулся он, будто шутя, хотя слова короля отчего-то несколько взволновали его. Реформа… Утверждение полной королевской власти… Единая религия и единая церковь… Сейчас, наверное, не время затевать это, но после возвращения из Фарелла — почему бы и нет? Если Фернанд таки решится, Генрих определённо будет готов помочь. — А теперь, ваше величество, разрешите мне вас оставить.
В ответ на короткий кивок короля он поклонился и отправился в свою каюту, пытаясь прогнать прочь из головы мысли о возможных переменах и наконец обдумать ответ Кристине.
Дел было так много, что обдумывать и переживать своё горе просто не было времени.
Кристина не раз теряла друзей. Гибель Оскара в битве, смерть Софии при родах, уход Натали… Но раны от первых двух событий уже более-менее залечило время, да и Натали вернулась, а вот мысль о том, что Альберта, скорее всего, погибла буквально пару дней назад, вводила её в исступлённый ужас, к тому же осознание собственной причастности к этой гибели и вовсе грозило свести с ума.
С трудом, но всё-таки это удавалось преодолевать. Кристина с большим трудом смогла установить местоположение той забрызганной кровью руны — опять же, с помощью магии, иного способа не было. Если бы не сидящая рядом Натали, она бы точно упала в обморок от перенапряжения: использовать столько магических сил за раз раньше казалось ей немыслимым, но ради Альберты Кристина была готова на всё. Тут же она снарядила отряд воинов во главе с капитаном гвардии, Кевином Олредом, велела им скакать туда как можно быстрее и разведать всё, что получится. Конечно, Джойс мог бы избавиться от трупов в другом месте, но везти их через всю землю он бы точно не стал. Скорее всего, зарыл где-то поблизости от места побоища — дым костра привлёк бы внимание, а потому у Кристины был повод думать, что сжигать их он не стал. Капитан Олред пообещал во всём разобраться, и вот уже второй день она ждала от него вестей.
Отвлекали от безумной боли и повседневные трудности, и забота о сыне, который после посещения той церквушки и вправду стал чуть спокойнее, а ещё попытки объяснять Натали, что оставаться в Эори и Нижнем городе теперь небезопасно.
— Я понимаю, что сама просила тебя остаться, — оправдывалась Кристина перед вьющейся за ней по всему замку девушкой. — Но тогда я ещё не знала, что Джойс вырвался. Если он придёт сюда с армией, то… Ты сама знаешь, что будет.
— Знаю, — кивнула Натали, — поэтому и готова остаться.
Кристина замерла посреди широкого коридора, что вёл в её кабинет, и тяжело вздохнула.
— Ты знаешь, что такое осада? — сказала она. — Джойс — не такой дурак, как Джонат, выйти в открытое поле он нам вряд ли позволит. Скорее попытается взять замок в кольцо, лишить нас воды и продовольствия, всячески перекрыть воздух и заморить голодом.
— Но ведь этого может не произойти, — пожала плечами Натали, смотревшая на госпожу огромными умоляющими глазами. — Кто знает, куда он поехал и что замыслил на самом деле. А вам сейчас нужна поддержка, вы сами сказали.
— Нужна, не отрицаю, — улыбнулась Кристина, кладя ладони на плечи служанки. — И то, что ты хочешь остаться со мной, что ты прислушалась ко мне, очень меня трогает. Ты не представляешь, как я рада тому, что мы снова вместе. И я не хочу тебя больше оставлять, но… — Она сделала паузу, прикрыв глаза. — Тебе нужно уехать. В Эдите безопаснее. Джойс наверняка отправился в Шингстен, а когда пойдёт обратно, то Эори на его пути встанет раньше, чем Эдит. И я сделаю всё, чтобы остановить его. Пожалуйста, Натали, пойми же наконец…
— Я понимаю, но вы тоже поймите — я хочу помочь, — взмолилась девушка. — Разве я в прошлый раз подвела? Что-то не так сделала?
— В прошлый раз ты справилась прекрасно. — Кристина, убрав ладони с её плеч, взяла Натали за руку и повела дальше — не было смысла стоять в коридоре, когда ждут дела. — Я не ожидала от тебя такой отваги и самоотверженности. И я не говорю, что сейчас твоя помощь не нужна, но… если с тобой что-то случится, я не переживу. Грядёт война, Натали, избежать её будет крайне сложно, а ты сама знаешь, что такое война. Прошу тебя, побереги свою жизнь, отправляйся туда, где безопасно, к тому, кто тебя любит и готов защитить.
Кристина снова улыбнулась, хотя сердце было сжато в тиски горем, отчаянием и осознанием того, что ей предстояло пережить.
— Джейми не хочет меня видеть… — напомнила Натали уже не так уверенно, понимая, что это не столь веский довод — ей ведь всё равно было где жить в Эдите. — Но я просто, наверное, постараюсь не попадаться ему на глаза.
Что ж, видимо, она смирилась.
Натали неохотно кивнула, проводила Кристину до кабинета, где они в последний раз распрощались, искренне надеясь, что уже не навсегда, и отправилась собираться в Эдит. Но вслед за Натали Кристину начал донимать Хельмут. Он ворвался без стука, взволнованный и запыхавшийся, хотя она ещё вчера велела ему собираться домой.
— Ты ещё не уехал? — притворно удивилась Кристина.
— И не подумаю. — С лица Хельмута мигом сошла улыбка. Он приблизился к очагу и замер, заведя руки за спину и вглядываясь в маленькие пляшущие язычки пламени.
— Это больше не твоя война, — спокойно, но твёрдо сказала женщина. — Джойсу нужен Эори, а это моё дело и ничьё больше. — С этими словами она медленно подошла к нему и положила руку на его плечо.
— Прошлая война как раз-таки не была моей, — усмехнулся Хельмут и слабо повёл плечом, будто желая сбросить её ладонь. — Но на этот раз я бы поспорил: теперь мы — единая земля, и я обязан сражаться за неё.
Как же они все теперь любят ей напоминать, что Нолд и Бьёльн — единая земля… Как будто она не помнила, чего ей стоило объединить эти земли — и речь шла вовсе не о браке с Генрихом. Напротив, это было скорее приятным дополнением, нежели причиной. Ничто не помешало бы им пожениться без объединения аллодов. Но само объединение не произошло бы без брака. Это был выгодный союз и для Коллинзов, и для Штейнбергов, не особо полезный для короля и абсолютно катастрофический — для Шингстена. Однако если последний воспользуется помощью Джойса и его отряда, который явно не столь мал и состоит из куда большего количества людей, чем те три десятка, что приехали в Эори… Если Джойсу удастся захватить Эори — а вместе с ним и весь Нолд… Тогда вновь образованная земля, даже со всей своей военной мощью, определённо понесёт сильные потери, несмотря ни на что. А если победит, будет ли эта победа стоить затраченных сил и принесённых в жертву жизней?