Страница 9 из 51
Близнецы недобро поглядывали на Тагаччи, которому вручили свои телефоны. Медведь делал вид, что не замечает их взглядов. Зато близнецы, наконец, заметили еду в тарелках и ели.
Анри копался вилкой в салате и даже ветчину не съел.
— Мама, — произнес он. — Что здесь вчера произошло?
Я подняла глаза и наткнулась на его черный взгляд. Он думает, что его отравил Кейн. Но стоил ли ему говорить, что тут вчера случилось? Потому что отравление и вспыльчивый Эрик Кейн по-прежнему не вязались у меня воедино.
— Вчера тут был смотр жениха, на место твоего отца. Кандидат провалился с треском, — ответила я.
Тагаччи красноречиво кашлянул.
— Надеюсь, ты его пристрелила? Я слышал выстрел, — проговорил Анри, уставившись на меня. Мой сын - как призрак моего мужа. Я моргнула. В его голосе было столько ненависти. И я понимала свою злость на Кейна, но у Анри она откуда? Он ведь видел его лишь однажды.
— Мам, а кто прислал тебе цветы? — спросил вдруг Луис. Ну, правильно, телефоны отобрали, теперь они будут доставать окружающих.__________Привет, дорогой читатель! Если книга тебе нравится, но ты ещё не зарегистрировался на сайте, то зарегистрируйся, пожалуйста и добавь книгу в библиотеку, чтобы поддержать её и автора :) А ещё получать уведомления о выходе продолжений и ничего-ничего не пропустить!Спасибо, что остаешься с историей! Мне это очень ценно и важно :)
Глава 4.2
Когда тебе пятнадцать весь мир кажется забавной игрушкой. Для моих близнецов так точно. Драка, кровь, издевательство над Анри, рычание Михаэля - для них всё одно. Всё - веселье. Как же мне не хотелось тыкать их носами в реальность…
— Густав Вин, — произнесла я, не отрывая взгляда от тарелки.
Если цветы прошли через Тагаччи, Кейн тоже об этом знает.
Кейн… да плевать, что он знает, а что нет! Этот выскочка появился в моей жизни вчера и уже занял в моей голове место. Пошел вон!
Густав Вин, высокий, статный черный волк, владеющий сетью дорогих ресторанов в городе. Безумно красивый шатен. Чрезмерно брезгливый, надменный и презирающий людей как вид.
— Он недостоин места нашего отца, — без интереса глядя на еду сказал Анри и провел рукой по черным волосам. Прямо как Михаэль. Я прикрыла глаза. Встань из могилы, встань и помоги мне… Помоги мне, как я помогала тебе. Как прикрывала твою спину, а ты прикрывал мою.
Как же мгновенно накрывает черная тоска, когда умирает кто-то близкий. Черная, густая тоска, ни вдохнуть ни выдохнуть.
— Для тебя кто вообще достоин места отца? — буркнул Руи, и нахмурив такие же черные как у Анри брови.
— Никто, — отрезал старший брат. А вдруг перевел взгляд на меня и тихо, но с таким холодом в голосе произнес. — Ты ни слезы не пролила по нему.
— Прикуси язык, — резко отреагировала я и вилка в моей руке согнулась.
— Ты хоть скучаешь по нему? — не унимался Анри, его голос начал хрипеть, он прокашлялся, потер шею, а затем грудь. Но даже боль от яда, который видимо всё ещё гулял по его телу, не мог остановить его злость на всё. На всех. — Может это ты его убила? Поэтому не дала Одо сделать вскрытие?
В самое сердце, мой родной. Я отложила вилку и встала. Анри напрягся, близнецы исподлобья уставились на меня. Я спокойным взглядом оглядела их — живых, так похожих на него. Не могла перестать видеть его в своих детях. Детях, которые делают так больно. Никакой Эрик Кейн, оторви он мне вчера голову, не сделал бы мне так больно, как делал Анри.
Потому что даже после смерти моего мужа, я не могу понять… любила ли я его.
Я медленно подошла к Анри и положила руку на его плечо. Крепкое, молодое. Он будет жить долго. Так же долго как и я его отец. Ещё года два и он станет и силен как Михаэль. Но в то же время был в Анри оттенок какой-то небрежной элегантности, которого у Михаэля отродясь не было, но который сводил с ума молодых волчиц. Правда вот вместо волчицы мой сын выбрал… лису. Красивую, дерзкую, но черт его побери, лису.
Я сжала руку, чувствуя, как Анри напрягся. Специально сжала посильнее, побольнее.
— Ты едешь со мной на собрание стаи. И будешь смотреть. Внимательно. Если меня сбросят, если меня убьют - ты всё вернешь себе и братьям.
Едва Анри повернул голову, чтобы, скорее всего, огрызнуться, влезли близнецы.
— А нам че делать? — почти благоговейным шепотом спросил Луис.
— В школу ехать! — рявкнула я.
— А медвежатина нам телефоны вернет? — тихо уточнил Руи.
Ну что за оборотни! Такой момент испортили. Я сдержалась, чтобы не закатить глаза.
— Пока у тебя в голове сено, как у тех козлов, про которых ты говорил утро… — начала я, не убирая руку с плеча Анри, но меня опять перебили.
— Это я говорил, — поправил меня Луис.
— Это говорил Руи. Я вас отличаю, — процедила я. — Доели и быстро в школу, не злите меня.
— Понял принял.
— Принял понял, — отозвались одновременно близнецы.
Этим двоим даже драться не придется, они просто доведут конкурента до истерики словами.
Близнецы быстро доели, Тагаччи вернул им телефоны и ушел садить в служебную машину.
Всё это время я следила за ними и стояла за спиной Анри, который даже не пошевелился.
— Итак, на чем мы остановились? — наклонилась я к его уху.
— На том, что ты хочешь показать мне тех, кто с отцом даже рядом не стоял, — отозвался Анри, отодвинул стул и встал. Уже выше меня. Красивый, как Михаэль и такое же жесткий.
— И ты примешь мой выбор. Если он будет, — я поджала губы.
Черные глаза Анри остановились на мне, какой же у него взгляд тяжелый, пронзительный и безжалостный.
— Хорошо, но я убью Эрика Кейна, если ты выберешь его.
Мне вдруг показалось, что в сердце моего сына поселилась какая-то тяжелая черная пустота. И я никак не могла найти её источник.
Глава 4.3
— Идем, — вместо ответа произнесла я. Мой сын желает нести смерть, а я… я предпочла этого не замечать. Хочет убить Эрика Кейна, пусть попробует. Сомнительно, что у этой молодой и горячей крови что-то выйдет. Я верила в силу Анри, но Кейн не тот противник. Даже не уверена, что этот красноглазый способен его пощадить, если этот волчонок бросит ему вызов.
— Я ещё не поел, — возразил Анри.
— Ты будешь копаться в этой тарелке вечность. Поедим в центре города. Дегустатор, вы едете с нами, — повернулась я к Око.
Человек, воспитанный волками, но не убитый, не обращенный. Что за волчица была такой сознательной и откровенно странной? Око благожелательно кивнул.
— Я объяснил близнецам, что ничего, кроме принесенной с собой еды, есть им не следует, — сказал вошедший в столовую Тагаччи.
— Главное, чтобы они послушали, — отозвалась я.
— Я доступно объяснил. Сожрете - смерть, — хмыкнул медведь. — Мы готовы ехать?
Я посмотрела на Анри, он кивнул, глядя мне в глаза. Но вопрос в его взгляде я видела. Я ведь так ему и не ответила. А ещё я не спросила, чем его так обидел Кейн, едва явившись.
— Сначала заедем выпить кофе, — сказала я, когда мы сели в машину. Большой джип в сопровождении двух таких же. Мы с Анри на заднем сиденьи, Тагаччи впереди.
— Нет, — произнес Медведь. — Стая уже собралась. Я только что узнал.
— Черт… кто собрал их? — нахмурилась я, едва наша машина с эскортом отъехала от дома. Дорога шла через густой лес парка. Опять накрапывал дождь. В этом городе всегда такое лето - дождливое и противное.
— Густав Вин собрал, — отозвался Тагаччи. — Боюсь, лучше приехать сейчас.
— Кейн там? — оторвалась я от созерцания мрачной погоды за окном.
— Кто пустит безродного чужака на собрание черных волков? — прошипел Анри. Похоже, он совсем уже отошел от вчерашнего происшествия. Травы Одо и собственная регенерация. Когда меня однажды отравили я едва не умерла… Мстили соперники Михаэля, думали, что сломают его, убив меня. Глупые, Михаэль Дарфолк не знал, что такое любовь. И я не знала, потому что он был моим первым и единственным мужчиной.