Страница 15 из 48
Но к тому времени было уже слишком поздно.
Мать Улыбаки умерла к закату. Его отец был мертв на рассвете.
Свой день рождения он отпраздновал сиротой.
Это было два года назад. Жители деревни делали все возможное, чтобы заботиться о нем, но он был ничьим ребенком, и их семьи были на первом месте. Мало-помалу Улыбака начал голодать.
Когда в деревне появились два мальчика со шрамами на лицах, все держались на расстоянии. Ходили шепотом слухи, которые улавливал и Улыбака. Они были из плохой компании. Они были тем, что осталось от Парней из Вестсайда.
В течение следующих нескольких дней из подслушанных обрывков разговоров Улыбака узнал, кто такие Парни из Вестсайда.
Они прибыли из Сьерра-Леоне, в 500 милях к югу от родного Сенегала Улыбаки. Это была раздираемая войной страна, наполненная различными группами вооруженных боевиков. Парни из Вестсайда были одной из таких групп. Многие из них были еще детьми, некоторые были вынуждены пытать и убивать собственных родителей. Это превратило их в отчаянных, жестоких убийц. Они поставили перед собой задачу убивать иностранных миротворцев в своей стране.
Но затем, в 2000 году, для борьбы с ними прибыли несколько британских солдат. Солдаты были членами чего-то под названием SAS. Улыбака никогда об этом не слышал, но по тому, как все говорили, он понял, что они были лучшими солдатами в мире. Они уничтожили Парней из Вестсайда. Убили их всех.
Или так все думали.
Из разговоров, которые подслушал Улыбака, он узнал, что некоторые выжили. Они дали себе новое имя — Парни из Истсайда. Они сделали себе отличительные отметины на лицах. Это показывало, кто они. И это показывало, что они были жесткими.
И они начали вербовку не только в Сьерра-Леоне, но и по всей Западной Африке. Теперь их были сотни.
Когда двое мальчиков из Истсайда постучали в дверь Улыбаки, кровь Улыбаки похолодела. Он хотел убежать, но почему-то эта мысль испугала его еще больше. И вот, робко, он открыл им свои двери.
Мальчики были дружелюбны. Они принесли еду и позволили Улыбаке есть, сколько он хотел. Они даже позволили ему выпить несколько глотков пальмового вина. Он притворился, что ему это нравится, чтобы почувствовать себя частью их банды.
Они вернулись на следующий день. И потом. Все это время они были дружелюбны. Улыбаке пришлось признать, что шрамы на их лицах были странными, но он решил, что слухи, которые он слышал о злодеяниях Парней из Истсайда, были неверны.
На четвертый день они спросили, не хотел ли он присоединиться к ним. Конечно, это означало бы покинуть деревню. Но их жизнь была интересной, и у него всегда будет достаточно еды.
Улыбака сказал да.
На самом деле он сделал больше. Он умолял их.
И даже когда он узнал об обряде инициации, когда на его щеке острым ножом вырезали шрамы Парней из Истсайда, он все равно хотел присоединиться к ним.
Потеряв одну семью, он мог получить новую. Это была не та возможность, которую его родители хотели бы для него. Но это была возможность, в которой он сейчас отчаянно нуждался.
Главой этой новой семьи был человек, который теперь держал сверкающее лезвие перед лицом Улыбаки. Улыбака не знал его настоящего имени. Все называли его Боссом. Он был намного старше — даже старше, чем был отец Улыбаки, когда он умер. Его темные волосы с проседью были собраны сзади в дреды. Хотя у него не было шрамов, как у Парней из Истсайда, его щеки были глубоко впавшими и в следах оспы. От него исходил неприятный запах.
Улыбака попытался сосредоточиться на грязных ногтях Босса — цвета желтого воска — а не на ноже, который тот держал. Он начал сомневаться в желании присоединиться к новой семье.
У одного из Парней из Истсайда, сидящих вокруг него, был плеер для компакт-дисков. Он нажал PLAY и поднял его над головой. Из колонки гремел шквал бешеных барабанных ритмов, кто-то поверх начал агрессивно читать рэп. Улыбака немного говорил по-английски, но совершенно не понимал слов. Его новые друзья сказали ему, что это некто по имени Тупак Шакур, и что они научат его словам после посвящения. Но не раньше.
Посвящение.
Настало время.
Кричать больше не было смысла.
По их словам, ему связали руки за спиной для его же блага. Если бы он попытался остановить Босса посреди ритуала, он мог повредить его лицо еще больше.
Теперь мужчина схватил Улыбаку за волосы левой рукой.
Мальчик дрожал и потел. Его глаза были широко раскрыты, когда он смотрел, как лезвие приближается к его правой щеке.
Оно было ледяным на его коже. А потом оно медленно поехало по его щеке. Мальчик дышал поверхностно.
Сначала не болело. Все, что Улыбака чувствовал, это кровь, стекающую по его лицу. Рэп стал громче, когда мужчина быстро переместился к левой щеке.
Порез.
Кровь.
А потом… боль.
Кто-то подошел сзади и перерезал веревку, связывающую его запястья. Его руки взлетели к щекам, и сквозь щели между пальцами сочилась кровь. Он закричал в агонии.
Потом он распластался на земле. Двое мальчиков сжали его руки, а третий приложил два куска ткани к ранам, чтобы остановить кровотечение. Он извивался и брыкался, но мальчики были слишком сильны. Он не мог сдвинуться.
— Расслабься, друг мой, — сказал голос. Он не знал, кому он принадлежал. — Теперь ты один из нас.
Он снова закричал.
— Да, — сказал голос. — Ты один из нас. Улыбака из Истсайда.
Крик превратился в жалкий всхлип.
— А когда ты парень из Истсайда, ты остаешься парнем из Истсайда, пока не умрешь.
Он произнес слово «умрешь» с такой неприятной хрипотцой, что на мгновение Улыбака даже забыл о боли в его лице.
Они дали ему выпить пальмового вина. Голова закружилась, но это немного уменьшило боль. Один из парней из Истсайда дал ему бинты и показал, как обмотать ими кулаки, чтобы он мог прижать их к своим щекам и остановить кровь.
Он сидел на бревне и слушал, что говорит мужчина.
— Ты, ты, ты и ты, — сказал он, по очереди указывая на четверых парней. — У вас есть работа. Нужно идти вверх по реке в Банжул.
Улыбака моргнул. Банжул был столицей Гамбии, маленькой страны, полностью окруженной Сенегалом. Это был небольшой портовый город на западном побережье Африки. Он был, по крайней мере, в ста милях отсюда. Зачем этому человеку посылать туда своих Парней из Истсайда?
— Есть таможенник, — продолжил мужчина. — Мы предложили ему много денег, чтобы он пропустил некоторые ящики в Гамбию нераспечатанными. Он отказался от нашего очень щедрого предложения, — мужчина неприятно улыбнулся. — Поэтому я хочу, чтобы вы убили его.
Если парни и были удивлены этим предложением, они не выглядели так. Улыбака, однако, чувствовал себя плохо.
— А мы отправимся в тропический лес, чтобы встретиться с остальными, — объявил мужчина.
— Где они, Босс? — спросил один из парней.
Босс улыбнулся. Это был не очень приятный вид.
— Вы узнаете, — сказал он. — Мы встретимся с кем-то важным. Очень важным, — он поднес нож к глазам и осмотрел лезвие. Оно блестело на солнце, и Улыбаке показалось, что он все еще видел там пятно собственной крови. — Я знаю его семью очень давно и хочу, чтобы вы вели себя как можно лучше. Понятно?
Он неприятно оскалился парням. Они оскалились в ответ. Улыбака не знал, что Босс подразумевал под «лучшим поведением».
И не был уверен, что хотел знать. Он начал понимать, что совершил большую ошибку.