Страница 13 из 48
— Начинай идти! — крикнула Габс. — Как спускаешься с эскалатора.
Они были почти на земле. Зак двигал ногами и тут же почувствовал землю под ними. Только когда он обнаружил, что бежал, чтобы не отставать от самого себя, он понял, как быстро они двигались по воздуху. Они пробежали вместе метров десять, прежде чем остановились, а парашют опустился на землю позади них. Он почувствовал, как руки Габс обвивают его талию, расстегивая ремни, удерживающие их вместе. Когда они были расстегнуты, она повернулась и быстро начала собирать развевающуюся массу материала в руки.
— Хорошая посадка, — сказала она. — Отличный первый прыжок, милый. Теперь приступим к работе.
Посадочная полоса была узкой — не более сорока метров, что, по оценке Зака, всего на несколько метров шире размаха крыльев «Цессны». Рафу будет тяжело. Он посмотрел вверх. Он только слышал самолет, но не видел его. Деревья тропического леса, местами достигавшие добрых пятнадцати метров в высоту, должно быть, блокировали его обзор…
— Найди сухие ветки, — приказала Габс Заку. — Листья, все, что горит. Но держись подальше от полога джунглей. Растительность там будет влажной. Быстрее, Зак, у нас мало времени.
Он наклонился и начал ощупывать землю. Сухая. В слабом свете луны он огляделся. Расколотая ветка дерева лежала примерно в трех метрах. Он забрал ее, а затем продолжил поиски.
Прошло три-четыре минуты, прежде чем у него появилась небольшая куча горючего материала. В основном это были ломкие ветки и большие высохшие пальмовые листья, которые рассыпались бы в мелкий порошок, если бы он не был с ними осторожен. Он остановился на мгновение, когда услышал, как шум «Цессны» становится громче. Внезапно он загрохотал над головой. Его огни заставили Зака вздрогнуть, но он заметил небольшое изменение в звуке двигателя. Он звучал ниже, будто булькал.
— У него почти закончилось топливо! — закричала Габс. — Мы не можем больше ждать. Неси сюда то, что у тебя есть.
Зак собрал ветки и листья, пробежал пятнадцать метров туда, где стояла Габс. Они были примерно в тридцати метрах от восточного конца взлетно-посадочной полосы.
— Нам нужно четыре костра, — сообщила Габс, — по два вместе, но напротив друг друга. Им нужно быть на краю взлетно-посадочной полосы, чтобы Раф мог видеть, где начинается тропический лес. Двое должны быть в самом конце, чтобы он знал, какое расстояние ему осталось, еще двое примерно на полпути, чтобы у него была линия обзора, когда он падает под углом. Ты взял комплект для выживания с самолета?
Зак кивнул и вытащил его из кармана.
— Оставь мне огарок свечи и несколько водостойких спичек. Остальное возьми с собой, — она указала на восток. — Сделай два костра в конце. Туда. Иди!
Зак побежал. Он ощущал, как по спине пробежал холод нервозности. «Цессна» звучала плохо. Рафу нужно было приземлиться. Скоро.
Посадочная полоса не обрывалась внезапно. Просто растительность постепенно становилась гуще. Зак остановился примерно в десяти метрах перед местом, где кусты начали расти. За этой точкой он смутно заметил еще одну крупную неподвижную фигуру. Где-то в глубине сознания он знал, что это, должно быть, самолет Круза, и голос велел ему быть в состоянии повышенной готовности. Но его приоритетом было благополучно опустить Рафа и Малкольма. Он разделил свое топливо на две кучи, по краям взлетно-посадочной полосы. Затем он снял комплект для выживания, который взял в «Цессне», и воспользовался зажигалкой, чтобы зажечь огарок свечи, а затем поднес его к сухим листьям. Они сразу стали тлеть.
Зак сопротивлялся искушению просто сложить все топливо сверху. Терпение, сказал он себе. Ты только задушишь огонь. Он постепенно скармливал веточки горящим листьям. Когда они стали загораться, он положил несколько более крупных вигвамом над крошечным пламенем. Только когда языки пламени поднялись в воздух на тридцать сантиметров, он добавил последние, более крупные ветки. Затем он побежал к противоположному краю взлетно-посадочной полосы и проделал то же самое.
Он оглянулся. Костры Габс уже горели. Они были маленькими, но ярко-оранжевый свет ярко выделялся в густой тьме. Их четыре костра горели.
И вовремя.
Зак увидел, как «Цессна» разворачивается в воздухе лицом прямо к нему вдоль взлетно-посадочной полосы. Трудно было сказать, потому что его огни были очень яркими, но казалось, что самолет скользит всего в нескольких метрах от верхушек деревьев, а его крылья раскачиваются.
Двигатель закашлял и захрипел, и «Цессна» потеряла пару метров высоты. Зак почувствовал, как его кожу покалывает от беспокойства. Двигатель снова заработал, но Зак уже по звуку понял, что топливный бак почти пуст. Он попятился от взлетно-посадочной полосы к опушке леса. «Цессна» уже находилась над взлетно-посадочной полосой, примерно в 250 метрах от его позиции. Она была ниже уровня деревьев.
Но что-то было не так.
Нос «Цессны» был направлен вниз. Если самолет не выпрямится, нос ударится о землю раньше, чем шасси.
— Выпрямись! — в ужасе взревел Зак, хотя знал, что его никто не услышит. — Выпрямись!
Двигатель снова закашлял — и «Цессна» резко рухнула. Когда пропеллер ударился о землю, раздался ужасный скрежещущий звук.
Огни самолета погасли. Внезапно Зак увидел все, что вырисовывалось только в свете их крошечных костров. Скрип усилился вдвое, и уши Зака онемели, когда он увидел, как темные очертания «Цессны» перевернулись в воздухе. Он двигался невероятно быстро, будто время потекло вдвое быстрее, а затем рухнул вверх тормашками на землю.
Самолет все еще катился по взлетно-посадочной полосе с ужасающей скоростью, разогнавшись. От того места, где верхняя часть самолета коснулась земли, полетели искры. Зак услышал собственный крик:
— НЕТ!
Половина его хотела бежать к «Цессне». Другая половина хотела съежиться в безопасном тропическом лесу. В итоге он ничего не сделал. Он ничего не мог сделать, кроме как стоять и смотреть, как потерпевший крушение самолет внезапно остановился.
Почти тишина.
Двигатель был мертв. Лишь потрескивали сигнальные огни.
И внезапный топот ног Габс, она мчалась к месту крушения с другого конца взлетно-посадочной полосы.
— Вытаскивай их! — закричала она. — Быстро!
Словно внезапно ожив, Зак рванул к самолету. Он чувствовал запах гари. К тому времени, как он добрался до самолета, Габс уже была с другой стороны, открыла дверь рядом с креслом пилота Рафа. Зак рывком открыл боковую дверь и заглянул внутрь самолета.
Малкольм все еще был пристегнут ремнями к своему креслу — разумеется, вниз головой. В темноте Зак даже не мог разглядеть, был ли он в сознании. Он схватил Малкольма за плечо и встряхнул его.
— С тобой все в порядке?
Малкольм застонал.
Зак ощутил облегчение. Он пошарил в темноте, чтобы отстегнуть Малкольма. Его друг свалился с сиденья, но Зак был готов поймать его, даже несмотря на то, что внезапный вес заставил мышцы его рук гореть.
— Уводи его от самолета! — крикнула Габс. — В двигателе все еще есть масло, в топливопроводах — бензин. Он может взорваться в любую секунду.
— Ты можешь идти? — прошипел Зак.
— Думаю, да, — сказал Малкольм.
Зак поставил его на ноги, затем перекинул правую руку Малкольма себе за плечо. Вместе они поспешили прочь от «Цессны».
Они были всего в десяти метрах, когда самолет взорвался.
Сила взрыва отбросила их на несколько метров вперед. Они упали на землю с сильным, болезненным ударом. Зак тут же оглянулся на «Цессну». Он стал огромным оранжевым огнем, и от него исходил свирепый жар. Зак прищурился. Он не мог видеть ни Рафа, ни Габс, и его мутило от паники.
— Габс… — выдохнул он. — Раф… — и затем он закричал во весь голос. — Габс! Раф!
— Они могут быть мертвы, — сказал Малкольм слабым и хриплым голосом, но слова его были прямыми.
— Заткнись, Малкольм!
Зак подошел ближе к огню. Он кривился от жара, но не мог заставить себя зайти с другой стороны. Он боялся того, что найдет.