Страница 40 из 55
Переговоры шли двухъярусно. Сверху, для других, обсуждались торговые сделки, а подспудно шла борьба нанайских мальчиков на тему очередных завоеваний.
- Помилуйте, ваша светлость, но мы и так погрязли в Гессен-Касселе, - отбояривался Михайла.
- Зато, экселенц, у вас высокий военный авторитет в германских странах, - подслащивала пилюлю нафиг герцогиня.
- Увы, но я не настолько богат, чтобы финансировать очередную кампанию.
- Ничего страшного, его величество готов компенсировать ваши расходы!
Заветное слово было произнесено лишь после двух недель пустопорожних дебатов. До этого португезы хотели расплатиться разрешением на завоевание части ганноверского электората между реками Везер и Аллер (Ганновер, Хильдесхайм и Брауншвейг). Себе же они выбрали более тяжёлую долю - хапнуть Люнебург, Гамбург и хвост к Любеку, чтобы поиметь и город, и маркграфство. Они бы и Бремен забрали, но и он, и всё Штаде (включая Ферденское епископство) принадлежали шведам по итогам Вестфальского мира. Всё-таки петрят лузитане в колбасных обрезках, предпочитая торговые города!
Пришлось князюшке взять месячный перерыв. Следовало согласовать сию ахинею с Карлом Одиннадцатым и Вильгельмом Оранским. В итоге общий язык был найден. Тот же Оранский претендовал лишь на Бремен, хотя и расстраивался из-за неторопливости голландского корпуса до сих пор не взявшего даже Ольденбург. Кое-как Оснабрюк присоединили к Генеральным Штатам. Видимо фризы всех мастей сильны лишь на море, а посуху у них не задаётся толком воевать. Странно, но над тайным предложением Вяземского шведский король обещал подумать по итогам войны с Бранденбургом. И никому-никому не рассказывать пока об этом.
"Итого" включило в себя выплату авансом полумиллиона золотых мальцев Михаилу Вяземскому, князю и герцогу, португальским королём. Военная кампанию начнётся весной следующего года, если никто ничего о ней не узнает. А после удачного окончания операции будет заключён оборонительный договор против австрийского императора, недовольного тем, что ещё кусочек Священной Римской империи оттяпан. Подписание пакта будет сдобрено передачей от Португалии Маальцу трёх галеонов (в качестве тыковки на морковке).
Две русские армии бродили по Европе, как призрак коммунизма. Одна была послана шведами, чтобы отколупнуть относительно небольшое герцогство от Мекленбурга. Сначала великолепно подготовленные "солнышки" царя Иоанна взяли Нойбранденбург, затем подошли к Нойштрелицу. Местный герцог выставил двенадцатитысячный корпус для полевого сражения вместо того, чтобы отсидеться в осаде и был бит в пух и прах. Его дюжина пушек не соответствовала требованиям времени, пехота состояла из простых мирных крестьян, а трёхтысячный гвардейский отряд кавалерии был разгромлен во встречном бою шеститысячным корпусам "русских тяжей", вооружённых для первой стычки копьями. Ну, а бронированные пехотинцы, естественно, победили небронированных. В конце концов, раненый герцог сдался сам и сдал свой земельный огрызок присутствовавшим представителям шведского короля.
Ещё один корпус, шведский, но побывавший в армии Вяземского, выйдя из Штеттина двинулся вдоль левого берега Одера на Шведт, а затем до самого Франфурта-на-Одере. Солдаты в своё время подкупили по относительно дешёвым ценам хорошее льежское стрелковое оружие и трофейные миланские двойные кольчуги. Плюс, силушку раскачали под руководством русских инструкторов, усилили дисциплину и исполнительность. После чего их направили к Шпрее, чтобы в день "Х" корпус подошёл к Берлину. Конечно, тяжело, но шаг за шагом план реализовывался. Ещё один корпус, сорокатысячный, подготовленный и вооружённый в Швеции, должен был добраться до реки Гавель и двинуться вдоль неё к тому же Берлину. Тут-то шведы почувствовали на себе всю ненависть бранденбуржцев. Память о жестокостях предыдущей войны ещё не затихла, так что немцы сопротивлялись отчаянно повсюду. Осаду Берлина удалось организовать лишь к октябрю. Шведам повезло, что в этот год польская армия тоже бороздила просторы, но уже Восточной Померании. Король Август, конечно же строил планы, но гонористые ляхи под ручку с казаками-беспредельщиками просто грабили местные земли, соревнуясь в жестокостях и браваде.
Герцог прусский и курфюрст бранденбургский, Фридрих Третий, разрывался на части, пытаясь заткнуть все дыры. Любитель "всего французского, включая болезнь", слабовольный и бесхарактерный, не знал за что хвататься. Имея тридцатипятитысячную армию он снова и снова рыскал глазами по карте, не понимая, где применить своих вояк в первую очередь. Австрийский император Леопольд Первый ничем не мог помочь недавнему союзнику, поэтому советовал крепиться, а там уж бог поддержит. В общем, не приняв открытого сражения, немецкая армия приготовилась к долгой осаде.
Генерал Кузьмин потихоньку подгрёб под Вяземского всё, что французы позволили, и в сентябре закончил поход двумя сражениями в Гессен-Касселе. Всё бы ничего, но семидесятитысячная армия, как бы сама собой, оказалась в двух шагах от того самого Мюльхаузена. Приятный сюрприз для французов, однако! А вот Карл Лотарингский был взбешён.
- Идиоты! - распекал он своих шпионов, - вы же утверждали, что русские не собираются входить в Тюрингию. Что прикажете теперь делать?
- Но мы имели достоверную информацию из Брюсселя, ваше высочество. Это какая-то случайность.
- Болваны, мне теперь придётся располовинить с таким трудом собранную армию. Или дать сражение сразу и Дофину, и Вяземски. Как вы это себе представляете?
Идиоты и болваны ничего не могли представить, кроме разгрома немецких войск. Хоть по кускам, хоть совместно. Впрочем, когда принц утих, кто-то посоветовал подкупить или русского генерала, или самого Вяземского. Правда, при здравом осмыслении, стало ясно, что сумма будет исчисляться миллионами. И где их взять?
Русские лидеры в Европе уже запутались в разнообразии территорий, имевших сходные названия, но различающиеся или приставками, или рангом. Германия состояла из множества мелких земель и их напыщенных владетелей. А сам Мальцев вообще удивился, когда выяснилось, что Август, король Польши, ни разу не курфюрст Саксонии (пока ещё). Мало того, перед Кузьмой лежало герцогство Загсен-Кобург, а не электорат Саксен (всего-то пара точек над одной гласной и чуток другой диалект жителей). И если ввязываться в сражение с Лотарингским, к чему призывали французы, то нужно пилить на юг порядка семидесяти вёрст. Под дождём, кстати, а значит в грязи тонуть. Иоганн Георг Третий Саксонский (правильный курфюрст) не влезал в войну Аугсбургской Лиги, но очень боялся русских тартар. Поэтому сам предложил Карлу помощь в финансировании взятки маркизу Кузьмину. И готов выложить целый миллион ради дела спасения своей страны. Благородные доны посоветовались и решили, что пара миллионов (суммарно) вполне удовлетворит генерала. Гонца с щедрым предложением отправили в Херсфельд, где тот встретился с "продажными московитами". Взятку пришлось принять, так как подобный вариант рассматривался ещё в начале года. Тем более, что франки взывали к "благому делу", но ничего более ощутимого не предлагали. Их тоже можно понять, ибо война за Пфальцское наследство уже велась даже в Северной Америке.
Жёны наших лидеров отметились очередными ребёнками. Мишка наконец-то обзавёлся дочкой и вечно мешался под ногами у нянек. Благоверной это надоело.
- Миша, пойди куда-нибудь на войну, что ли. Дай людям спокойно заботиться о дщери, - ласково уговаривала Глаша, грозя каким-то скипетром.
- Ну и ладно, - расстроился венценосный папаша, - пойду и науправляю вам всем так, что мало не покажется.
Вот и указал подчинённым, дабы готовили на следующий год экспедицию на Пурус, да ещё и Абрантуша припахал, чтобы пару евойных кораблей в состав эскадры включить. С капитанами, которые на реке Амазонке побывали. Нормальные люди обычно исследуют дальние дали одним-двумя судёнышками, а тут целая флотилия собиралась. Совсем попаданец оказался без мозгов и внутренних тормозов. Правда, искренне ждал, когда шведский король даст добро на махинацию с землями. И мы подождём вместе с ним.