Страница 38 из 57
Глава 16. Никогда не злите кошку
Стекло в окошке было разбито, и я без труда попала в обитель. Это было жилище ученого. Стены сплошь увешаны полками, на которых теснились книги, колбы, какие-то рукописи, скрученные в рулоны. В середине комнаты стоял огромный каменный стол. И на нем лежал мой дракон. Бледный и безжизненный. Багровый камень был уже кроваво-черным и пульсировал, словно настоящее сердце. А рядом со столом стояла Соланж и ножом била по пальцу Даймона, пытаясь отрубить его. У меня дыхания перехватило от ужаса и сострадания. Девица нервничала, что ничего не получается. Палец превратился в кровавое месиво, но кольцо прямо въелось в него.
– Ты долго еще будешь возиться? – раздался недовольный голос барона Фронде из другой комнаты.
– Ничего не получается этим ножом, еще и король осуждающе пялится на меня.
– А ты хотела, чтобы он подбадривал тебя? – издевательски засмеялся барон и приказал: – Иди, возьми топор. Стукнешь им по пальцу, а лучше сначала по голове за то, что не женился на тебе. И пожил бы еще немного, и ты покрасовалась бы в короне.
– Легко тебе говорить. Сам бы рубил палец.
– И давно отрубил бы, если бы не этот мерзкий запах драконьей крови. Хватит болтать, бери топор и за дело.
Еле слышно бормоча ругательства, Соланж покинула комнату, а я бросилась к столу и запрыгнула на него. Жалобный писк вырвался из горла. Что эти твари сделали с моим королем? Я пыталась спихнуть с его груди камень то передними, то задними лапами, но камень словно врос в тело. Подцепить его когтями было невозможно, я лишь оставляла рядом с ним кровавые дорожки.
– Моя Крошка…Зачем ты здесь? – с трудом шевеля губами прошептал Даймон. – Беги. Не дай им убить и тебя.
А для чего мне жизнь, если в ней не будет моего дракона?
Я била по камню лапами, слизывала кровь с изуродованного пальца и хрипела от бессилия. Ну почему я такая слабая?
Вопль отчаяния вырвался из глубины моего маленького, тщедушного тела и вдруг неожиданно приобрел совсем другое звучание. Диким утробным голосом я заорала на всю обитель:
– Мауурмарумауав!
И, наверное, для того, чтобы меня уж точно услышали злодеи в соседней комнате, еще дважды повторила призывный вопль мартовского кота.
Я думала, что от напряжения сейчас полетят искры из глаз. Рыжая шкура так натянулась, что казалось, вот-вот лопнет. А лапы начали выкручиваться во все стороны. Я спрыгнула на пол и тотчас же вскочила на…ноги. На две.И с удивлением уставилась на руки…Человеческие.
Сама не знаю почему, я выкрикнула в потолок: – Спасибо, Арнис! – и схватила нож.
Я торопилась, вдруг руки появились всего на несколько мигов. Не глядя на Даймона, подковырнула кожу рядом с камнем и начала проталкивать под него лезвие ножа. Рана стала кровоточить, но я упорно продолжала толкать лезвие, пока оно полностью не пролезло под камень. А затем взялась одной рукой за кончик ножа, в второй за ручку и резко дернула вверх. Камень, словно медуза отлепился от тела и свалился на пол. Я издала победный вопль и изо всей силы ударила по нему ножом. Лезвие сразу сломалось, но и камень, к моей безумной радости раскололся на множество осколков.
Я повернулась к изумленному Даймону, пытавшемуся подняться со стола. Не верящими глазами он смотрел на меня, и я неожиданно смутилась, бросив беглый взгляд вниз по моему телу, которое лишь до коленей прикрывало легкое, почти невесомое одеяние, вроде ночной сорочки, под которой больше ничего не было.
Но долго разглядывать друг друга нам не позволили. В комнату вбежали Соланж, барон и еще несколько мужчин.
– Эй, девка, откуда ты взялась? – высокомерно спросил барон еще не видя, что его камень валяется расколотым на каменном полу.
– Я тебе не девка, быдло! – со злостью выкрикнула я. Взяли тут моду подонки, называть меня девкой, что в том мире, что в этом. – Пошли вон отсюда!
– Что? Да я сейчас на куски изрублю и тебя, и твоего короля! – крикнул барон, выхватывая из рук Соланж топор.
А это ты уже зря сказал, козел. Никто не смеет прикасаться к моему дракону.
«Нет ничего страшнее обезумевшей бабы, – бывало говорил Семён. – Даже десантник старается обойти ее стороной».
Я прямо физически ощутила, как белеют от ярости глаза, а на голову опускается голубой берет Семёна. Сейчас бы еще гранату, чтобы зубами выдернуть из нее чеку и бросить в эту глумящуюся толпу.
Я покрутила головой, выискивая, чем заменить гранату. И увидела висевший на стене меч. Уже совсем не контролируя своих действий, под издевательский хохот я подбежала к стене и выхватила из ножен меч.
– Всех, суки, зарубаю! А ты, гнида, станешь первым!
Схватив меч я размахивала им по полукругу, не давая никому подойти к столу, где лежал Даймон, и орала все ругательства, которые слышала от Семёна, перемежая их криками «ВДВ не победить!»
Барон и его клика оцепенели. Нет, честно, они стояли и пялились на обезумевшую «бабу» со всклоченными волосами, белесыми глазами и перекошенным лицом, измазанным кровью дракона.
Я понимала, что скоро все очнутся и набросятся на меня, но дорог был каждый миг передышки, чтобы Даймон смог прийти в себя.
Вдруг стены башни содрогнулись от мощного удара, и на пол посыпались обломки кирпичей. Крышу словно снесло ураганом, и в проеме показалось лазурно-голубое небо, которое сразу заслонила тень от огромных крыльев.
– Наши, – выдохнула я, теряя сознание, и уже не видела, как в проем заглянула огнедышащая голова. Быстро оценив обстановку черничный дракон завис над полуразрушенной башней и опустил в проем свой длинный хвост.
Король не дал мне рухнуть на пол. Ему хватило сил обнять меня одной рукой, а второй вцепиться в чешуйчатый хвост, который выдернул нас из башни.
Убедившись, что ноги Даймона коснулись земли, Брюс сразу обернулся человеком. Приняв из рук друга бездыханную девушку, он не стал задавать вопросы, а залихватски свистнул. В небе появилась четверка кархиданов, запряженных в королевскую карету, которая уже через мгновение мягко приземлилась рядом с ними.
Усевшись в карете Даймон сделал большой глоток огневухи, а затем обильно полил ею раненый палец. Брюс так и держал девушку на руках. Она не приходила в сознание.
– Это Крошка, – сипло выдавил из пересохшего горла король и криво усмехнулся. – Ты был прав. Кошка оказалась необычной. И она спасла мне жизнь.
– Я всегда прав, мой мальчик, – с менторской интонацией мэтра Франсиса произнес Брюс, внимательно рассматривая лицо девушки. – Да она красотка. Кстати, ее зовут Лисанна, для друзей просто Лисси.
– Откуда это знаешь? Скажи еще, что тебе Крошка сказала.
– Нет, со мной она отказалась разговаривать, даже рыбка не помогла, – засмеялся Брюс и сразу становясь серьезным, озабоченно сказал: – Как подумаю, что мог не прийти с той рыбой, и мы даже не узнали бы, что тебя похитили.
– Как ты так быстро определил, где меня держат похитители?
– Твоя кошка попросила Аделин написать на бумаге «папа» и «Фронде» и показать мне. Оказалось, что Крошка не только играла с ней, но и помогала писать буквы. А еще пела песенки и читала сказки.
– Аделин и это написала? – Даймон заподозрил, что Брюс его дурачит. – Или ты сейчас разыгрываешь меня?
– Нет, Дейм. У нас прекрасная новость – малышка заговорила.
И глава Тайной канцелярии рассказал, как отдав приказ боевым магам занять позиции, он вернулся во дворец, но не нашел в нем ни короля, ни принцессу. А в галерее, ведущей в детскую, в лужах крови лежали мантикоты. Аделин, услышав голоса дяди и бабушки, вылезла из большой бельевой корзины, где она спряталась по просьбе Крошки, и бросилась на шею Брюса, протягивая клочок бумаги, на котором детской рукой были выведены два слова «папа» и «фронде». Когда с помощью Мелиссы, мистрикс Элоизы и Главного мага удалось привести в чувство Грэма и Грина, они рассказали о схватке с дракопёселями барона Фронде, и о похищении кошки. Услышав, что ее любимицу похитили, девочка впала в истерику и между всхлипами начала выкрикивать: «Лисси, Лисси, пожалуйста, не умирай».