Страница 21 из 57
Король лишь небрежно скользнул взглядом по сияющим разными цветами бумагам, с которыми, впрочем, бонна не торопилась расставаться и цепко держала в руках. И обратился к Главному магу, появившемуся в детской следом за воспитательницей.
– Мэтр Франсис, исключите мисси Вандерлин из Лиги наставников и аннулируйте ее лицензию.
– Ваше Величество, я работала в трех королевствах. Мои методы в них считаются новаторскими и изучаются в Академиях наставников.
– Меня не волнуют чужие подданные. В моем королевстве вы больше близко не подойдете ни к одному ребенку. А ваши «методы» обязательно будут представлены и в нашей Академии наставников, как крайне вредные и неприемлемые.
Даймон не успел закончить фразу, как в детскую ворвалась бабушка короля с верной Розой.
– Простите меня, Ваше Величество, за мою.. – произнесла мистрикс Элоиза, а я скептически скривилась.
Сейчас и бабка начнет каяться в легковерии и доверчивости, а также в полном непонимании процесса воспитания. Какие же все хитрые, сразу идут на опережение событий, чтобы избежать гнева короля. Одна я простая и прямолинейная, не только все говорю в лоб, а сразу и бью.
Но старушенция меня удивила и заставила посмотреть на нее другими глазами.
– Простите мою горячность и несдержанность, – закончила пожилая женщина.
Выхватив из рук бонны бумажки, она свернула их трубочкой и треснула ею по плечу заносчивой воспитательницы.
Та взвизгнула от неожиданности и тут же получила аналогичный удар от Розы.
Я прямо взбодрилась, как от струи свежего воздуха. А бабка не так уж и плоха. Возможно даже мы с ней из одной породы.
Не давая мисси Вандерлин опомниться и начать как-то сопротивляться, вернее, оправдываться, бабушка вызвала стражника и приказала ему запереть мисси в ее комнате и лунарий не кормить.
– Дорогая Элоиза, вы слишком разгорячились. Надо немного успокоиться, – опасаясь за ее здоровье, озабоченно произнес мэтр Франсис, подходя к раскрасневшейся женщине.
– Вы правы, Франсис, гнев мешает мне мыслить разумно, – отдышавшись произнесла бабушка короля и сделала несколько глубоких вздохов. А затем своим обычным властным голосом приказала стражнику: – Закрыть на три лунария и давать только молоко два раза детскими порциями.
– Браво, Элоиза, – зааплодировал мэтр и снисходительно сказал оторопевшей воспитательнице: – Новатор всегда обязать испытать все сначала на себе. Через три лунария я охотно выслушаю ваши выводы по новому методу воспитания.
Когда стражник увел пытавшуюся возражать бонну, в детской вновь раздались слова раскаянья. Теперь уже «плакались» мэтр, бабка и даже Роза. Мне это надоело, и я ворчливо сказала Грэму и Грину:
«Что они воют друг перед другом? Лучше бы научили принцессу читать и писать. Тогда бы уже ни одна сволочная воспитательница не смогла их обмануть».
И тут я поняла, что для своих приятелей уже не малая, а главная. «Коты» восприняли мои слова, как приказ.
Громко откашлявшись Грин вкрадчиво произнес:
– Я, конечно, извиняюсь, что вмешиваюсь, но тут это…такая мысль пришла. Может как-то научить принцессу читать?
– И писать, – сразу поддержал друга Грэм. – Или хотя бы рисовать. Тогда ни одна сволочная воспитательница не сможет вас обмануть.
Ребята, вы обалдели? Я не настолько великая, чтобы цитировать меня дословно. Вон, как Брюс дернулся, услышав иномирское словечко. Даа, мне надо лучше фильтровать свою речь. Мантикоты ведь такие простые, что слышат, то и говорят. Хорошо еще, что «бабка короля» как-то прокатила. Хотя… фигушки обманешь инквизитора. Вот и сейчас, все плачут и целуются, а он внимательно изучает меня взглядом. Я тоже хороша – ответно пялюсь на него. Так, быстренько «включаем кошку», пока тайный советник сам не начал гоняться за мной с кочергой.
Печальное настойчивое мяуканье сразу прекратило все обсуждения и призвало заняться обыденными делами.
– Мои малышки, вы сегодня так настрадались, – воскликнула бабушка короля, одной рукой обнимая Аделин, а второй гладя меня по голове. – Сейчас мы хорошенько развлечемся и пороемся в шкатулках с драгоценностями, а затем вкусненько пообедаем и поиграем в саду.
Бабулька, я начинаю тебя любить. Такой распорядок дня мне очень нравится и судя по заблестевшим глазкам, Аделин тоже. Весело переговариваясь с Розой бабушка отвела нас в свои покои, а мужчины остались в детской.
– До сих пор не могу отойти от этой мисси Вандерлин. Какой я отец, если позволил так издеваться над своей дочерью? – с горечью произнес Даймон.
– Вы заняты королевством, Ваше Величество. А это тяжкая ноша, – мягко возразил ему мэтр Франсис. – Вы вовремя вмешались и пресекли преступные методы мисси Вандерлин, пока они не успели нанести урон здоровью принцессы. А проявить любовь и внимание к дочери, Ваше Величество, вы сможете, когда сами начнете учить ее писать и читать. Фамильяры подсказали хорошую мысль. Даже не ожидал от них такой сообразительности.
– Мы сами удивляемся, как они поумнели в последнее время, – с едва уловимой иронией произнес Брюс. – Прямо чудо какое-то, иномирское.
Он хитро посмотрел на друга, тот недовольно нахмурился, а мэтр с воодушевлением подхватил:
– Наверное на них так повлияла ответственность за котенка. Разбудила наблюдательность и смекалку.
– Да, да, конечно. А скажите, мэтр, как продвигается дело с артефактом для проверки невест? – ловко перевел тему Брюс, и Главный маг, сразу извинившись, поспешил к мистрикс Элоизе, чтобы обсудить окончательный дизайн украшения. А заодно выпить бокальчик огневухи для снятия стресса и вкусно пообедать в приятной компании.
– Продолжаешь подозревать Крошку во всех грехах? – холодно спросил друга Даймон. – Скажи еще, что она сама заставила «бедную» мисси Вандерлин носиться по детской с кочергой.
– Даже, если и заставила, я благодарен ей за Аделин, – серьезно произнес Брюс. – Я тоже был плохим дядей. Мы с тобой оба слишком погрязли в политике. Козни оппозиции, набеги из Кальваноса, убийства магов – от всего этого голова кругом идет. А у тебя еще и отбор висит на шее. Я уже сам готов шепнуть Крошке: «Гони всех невест».
– Опять за свое? – упрекнул король, начиная заводиться. Порой друг ужасно раздражал своим упрямством. И прозорливостью…которая никогда не подводила.