Страница 22 из 25
Судьбу открытия Фарадея можно было бы назвать драматичной. "Шли годы, усилия его ни к чему не приводили". Но для ученого это не было неудачей, а тем более поражением. Заключительная часть текста, в которой говорится о "знаменитом, конечном, историческом" результате, о достижении цели представляет собой всего лишь одно предложение. Являясь логическим завершением текста, оно все - таки контрастирует с основной частью. Ведь счастье - это не "пункт назначения", а трудный и увлекательный путь к открытию, это не столько результат, сколько процесс познания. Конечно, восхищают достижения ученого, но свет заслуженной славы, кажется, тускнеет, меркнет в сравнении с сиянием постоянного труда и вдохновенного поиска.
(1)Гоголь велик в каждом своем зрелом, то есть в каждом "гоголевском” произведении.
(2)"Ревизор", или "Мертвые души", или "Игроки", или "Шинель" -это образцы истинно мировой литературы, тот язык мира, на котором человек познает человечество.
(3) В определенном смысле Гоголь близок к другому русскому гению - Менделееву, потому что подобно менделеевской таблице химических элементов он создает таблицу человеческих образов и характеров.
(4)3десь у него свой метод: он рассматривает то или иное свойство человека - жадность, грубость, хвастовство, беспредельную отвагу или ничтожество, - персонифицирует эту черту в одном образе и соответственно получает Плюшкина, Собакевича, Хлестакова, Тараса Бульбу или Шпоньку.
(5) Конечно, он не закончил эту работу, но, кажется, никто в мировой литературе не сделал в этом направлении столько же. (6)Даже Бальзак. (7)Даже Диккенс.
(8)Бросим взгляд на его творчество в целом, и тогда мы увидим, что он был предтечей если не всех, так очень многих современных литературных направлений.
(9)Разве "Шинель" не предшествует современному реализму?
(10)А что такое современный мистицизм в литературе? (11)Это -"Вий" и "Портрет".
(12)Школе исторического романтизма в ее современном виде предшествовал "Тарас Бульба". (13)Это отнюдь не рыцарский роман, но в то же время это подлинный романтизм.
(14)Художественно-социологическим исследованиям предшествовали "Мертвые души". (15)Художественному бытописанию - "Старосветские помещики", "Коляска".
(16)Детектив? (17)Это - "Игроки".
(18)Водевиль? (19)Это - "Женитьба"
(20)Эссе? (21)Это - "Выбранные места из переписки с друзьями", "Театральный разъезд".
(22) Кажется, ни один писатель за всю историю существования художественной литературы не угадал столько путей, столько возможностей, заложенных в литературе, сколько Гоголь.
(По С. Г. Залыгину)
Имя Гоголя известно каждому. Все мы с детства помним его героев: отважного запорожца Тараса Бульбу, легкомысленного вруна Хлестакова, "прекраснодушного" прожектера Манилова. Кажется, о Гоголе написано и сказано так много, что и добавить нечего. Но текст С.Залыгина открывает новые грани творчества великого писателя. Рассуждая о значении Гоголя в мировой литературе, автор не ограничивается привычным утверждением величия и гениальности писателя, основателя критического реализма. Он заставляет читателя взглянуть на творчество писателя с иной, несколько неожиданной стороны.
Композиция рассуждения четкая и логически верная. В первой части С. Залыгин формулирует главную мысль: "Гоголь велик в каждом ... произведении". Чтобы акцентировать внимание читателей на этом утверждении, используются контекстные синонимы: 1 и 2 предложения. Далее этот тезис аргументируется. Мастерство Гоголя как создателя человеческих образов и характеров общеизвестно. А вот мысль о том, что большинство жанров и направлений современной литературы берут свои начала в гоголевском творчестве, стала для меня открытием. Чтобы убедить читателя в правомерности этого довольно оригинального суждения, автор использует такие языковые средства, как синтаксический параллелизм в 16-19 предложениях, риторический вопрос в 10 предложении. Отбор общественно-политической лексики соответствует публицистическому стилю: "человечество", "предтеча", "современный", "история". Необычное сравнение Гоголя с Менделеевым помогает представить масштаб гоголевских открытий.
Нельзя не согласиться и с выводом статьи (то, что это статья, подтверждается публицистическим стилем текста): истинное значение Гоголя - в даре предугадать дальнейшее развитие литературы и сделать первые шаги в новом направлении. Убедительность вывода подчеркивается повтором: "столько путей, столько возможностей". "Читая Гоголя" назвал свою статью Залыгин. Только читая и перечитывая то, что кажется уже хорошо известным, можно увидеть в давно знакомом нечто новое, необычное, оригинальное, талантливое. Побольше бы таких открытий!
(1)Густой утренний туман пал на озеро Кубенское. (2)Не видать берегов, не видать белого света. (З)Как и когда поднялось солнце, я не заметил. (4)Туманы отдалились к берегам, озеро сделалось шире, лед на нем как бы плыл и качался.
(5)И вдруг над этим движущимся, белым в отдалении и серым вблизи льдом я увидел парящий в воздухе храм. (6)Он, как легкая, сделанная из папье-маше игрушка, подпрыгивал в солнечном мареве, а туманы покачивали его на волнах своих.
(7)Храм этот плыл навстречу, легкий, белый, сказочно прекрасный. (8)Я отложил удочку, завороженный.
(9)3а туманом острыми вершинами проступила щетка лесов.
(10)Уже и дальнюю заводскую трубу я увидел, и крыши домишек.
(11)А храм все еще парил надо льдом, опускаясь все ниже и ниже, и солнце играло в маковке его, и весь он был озарен светом, и дымка светилась под ним.
(12) Наконец храм опустился на лед, утвердился. (13)Я молча указал пальцем на него, думая, что мне пригрезилось, что я в самом деле заснул, что мне явилось видение из тумана.
(14) - Спас-камень, — коротко молвил товарищ мой.
(15)Не отрывая глаз от удочки, товарищ пробубнил мне историю этого дива. (16)В честь русского воина-князя, боровшегося за объединение северных земель, был воздвигнут этот памятник-монастырь.
(17)Предание гласит, что князь, спасавшийся вплавь от врагов, начал тонуть в тяжелых латах и пошел уже ко дну, как почувствовал под ногами камень, который и спас его. (18)И вот в честь этого чудесного спасения на подводную гряду были навалены камни и земля с берега.
(19) На лодках и по перекидному мосту, который каждую весну сворачивало ломающимся на озере льдом, монахи натаскали целый остров и поставили на нем монастырь. (20)Расписывал его знаменитый Дионисий.
(21)Я смотрел на залитый солнцем храм. (22)Озеро уже распеленалось совсем, туманы поднялись высоко. (23)Среди огромного, бесконечно переливающегося бликами озера стоял во льду храм — белый, словно бы хрустальный, и хотелось ущипнуть себя, увериться, что все это не во сне, не миражное видение.
(24)Я смотрю и смотрю на Спас-камень, забыв про удочки, и про рыбу, и про все на свете.
(В. Астафьев)
У каждого своя дорога к Храму. В страданиях и муках обретают истину одни, к другим понимание ее приходит как внезапное озарение - чудо... В.Астафьев, писатель, всю жизнь стремившийся к свету добра, красоты и правды, создавший произведения о тяжелейшем историческом пути народа, о тернистой дороге человека к истине, в своем рассказе повествует о таком чуде - явлении храма.
"Густой утренний туман пал на озеро Кубенское". Как начало тонкой пейзажной зарисовки воспринимается это предложение, но глагол "пал" сразу же настраивает на особый, торжественно-печальный лад, заставляет увидеть далекое поле боя, на котором пали храбрые воины. Повторяющийся устаревший глагол "не видать" создает ощущение погружения во тьму: теряются не только контуры берегов, тонет в этой густой пелене весь "белый свет". Теряется, исчезает, тонет, но не пропадает, потому что возрождение мира и души так же неизбежно, как наступление дня.