Страница 15 из 141
Тангуты упорно сопротивлялись. Сам тангутский правитель Ань-цюань не раз поднимался на городские стены. К счастью, стены Чжунсина оказались достаточно прочными, чтобы выдержать длительную осаду. К тому же монголы еще не имели опыта взятия больших городов, которым они овладели позднее, после знакомства с военной техникой китайцев, чжурчжэней, тангутов[182]. Стояла глубокая осень. Начались сильные дожди. Осада явно затягивалась. Тогда монголы решили запрудить протекающую поблизости реку и затопить город. По приказу Чингис-хана была сооружена большая плотина. Потоки воды хлынули в город. Положение осажденных ухудшилось. Ань-цюань срочно отправил посольство к чжурчжэням с просьбой выслать войска. Наиболее благоразумные цзиньские сановники, видимо и раньше выступавшие за союз с Си Ся против монголов, предлагали немедленно начать войну с Чингис-ханом. «Если Си Ся погибнет, монголы обязательно нападут на нас, — говорил один из них. — Лучше уж совместно с Си Ся атаковать их и в хвост и в гриву!»[183]. Но только что занявший престол цзиньский государь Вэй Шао-ван относился к тангутам враждебно. «Моему государству выгодно, — заявил он в ответ, — когда враги его нападают друг на друга. О чем же беспокоиться?»[184]. Чжурчжэни отказались помочь тангутам.
Чжунсин был на краю гибели. В городе начали рушиться подмытые водой дома. Опасность угрожала стенам города.
Но случилось непредвиденное. В январе бурный поток прорвал сооруженную монголами плотину и затопленным оказался монгольский лагерь. Монголы начали переговоры о мире. С этой целью представитель Чингис-хана Эда прибыл к Ань-цюаню. По-видимому, монголы в первую очередь настаивали на том, чтобы тангуты стали их союзниками в последующих войнах. Но тангуты, соглашаясь быть «правой рукой» Чингис-хана, настойчиво отказывались стать участниками его походов, ссылаясь на свою оседлость: «Кочуем мы недалеко, а городища у нас глинобитные. Если взять нас в товарищи, то
Вместо участия в войнах тангуты предложили монголам большой выкуп — верблюдов, сукна, охотничьих соколов: «Так докладывал Бурхан (тангутский царь. — Е. К.). И он сдержал свое слово: собрал со своих тангутов столько верблюдов, что с трудом их доставили к нам»[186]. Ань-цюань отдал также Чингис-хану в жены свою дочь. Тангутская принцесса, известная в монгольских источниках под именем Чахэ, стала третьей женой Чингис-хана[187]. По сведениям Рашид ад-Дина, монголы оставили в Си Ся наместника (правителя — шихнэ) и гарнизоны[188], что маловероятно, так как победа монголов была далеко не полной, а последующий ход событий исключает наличие монгольских гарнизонов.
Но тангуты были вынуждены признать свою зависимость от Чингис-хана.
Весной 1210 г., видимо согласно договору, монголы отпустили взятого ранее в плен тангутского полководца Вэймин лин-гуна.
Поход 1209 г. был первой большой победой Чингис-хана за пределами монгольских степей. Тангутское государство слыло сильным противником, и победа над ним возвысила монголов в глазах соседних народов и поколебала уверенность у многих их будущих противников. В решающий момент войны 1209–1210 гг. чжурчжэни отказались поддержать своих соседей. Союз Си Ся и Цзинь при условии его неукоснительного соблюдения мог бы сдержать натиск монголов. После подчинения тангутов Чингис-хану такой союз стал невозможен, ему помешали не только зависимость тангутов от Чингис-хана, но и их обида на неразумный отказ соседей. Война с тангутами закончилась победой, и Чингис-хан незамедлительно приступил к осуществлению своей главной задачи — сокрушению могущества чжурчжэней, вассалами которых они были.
С 1211 г. монгольские войска регулярно нападали на Цзинь.
А в Си Ся третье монгольское нашествие, как и первое, привело к смене государя. В 7-м месяце (10 августа — 9 сентября) 1211 г. Ань-цюань был вынужден отречься от престола: через месяц он скоропостижно скончался на 42-м году жизни. На престол был посажен ставленник группировки, осуществившей переворот, Цзунь-сян[189].
После качала войны монголов с чжурчжэнями тангуты по настоянию монголов и в отместку Цзинь грабили пограничные районы чжурчжэньского государства. В конце концов в 1214 г. это привело к войне между Си Ся и Цзинь, длившейся десять лет. В 1216 г. чжурчжэни предприняли большой поход против Си Ся во главе с самим императором. Они осадили Яньчжоу, Ючжоу, Сячжоу, Вэйчжоу, Линчжоу и другие важные центры восточных районов Си Ся[190] (в современном Ордосе). Однако пока чжурчжэни осаждали тангутские города, на Цзинь напали монголы. Тангутские войска поддержали монголов и в конце осени 1216 г. взяли цзиньскую заставу Тунгуаиь[191]. Однако через месяц чжурчжэньский полководец Ваньянь Сабу разбил тангутов в Динси, затем чжурчжэни нанесли поражение монголам и возвратили Тунгуань[192].
В феврале 1218 г.[193] монголы предприняли вторую попытку уничтожить Си Ся. Монгольские войска осадили Чжуисин, предварительно захватив и разграбив ряд городов, встретившихся на их пути. Цзунь-сян струсил и отказался лично возглавить оборону столицы. Он приказал своему старшему сыну Дэ-жэну, наследнику престола, оборонять город, а сам уехал в Силян и оттуда выслал к монголам посольство для переговоров о мире[194]. В это время монголы готовились к походу на Запад. Повторение длительной осады столицы Си Ся не входило в их расчеты. Си Ся втянулось в столь выгодную для монголов войну с Цзинь. Поэтому, судя по «Сокровенному сказанию», монголы выдвинули одно-единственное условие — чтобы тангутские войска присоединились к походу на государство хорезмшахов. Посол Чингис-хана обратился от его имени к императору Си Ся с такими словами: «Ты обещал быть моею правой рукой. Так будь же ею теперь, когда я выступаю в поход на Сартаульский народ[195], который порвал мои золотые бразды»[196]. Тангуты ответили решительным отказом. Чингис-хан, пообещав расправиться с ними после похода на Запад, увел войска с их территории[197].
Это была не просто угроза. Надо было готовиться к новой войне. А для этого нужен был мир с чжурчжэнями. В 1218 г. тангуты обратились к дзиньскому двору с мирными предложениями[198]. Чжурчжэни отказались. Тогда тангуты пытались вступить в союз с государством Южное Сун[199], на этот раз против Цзинь, по-видимому рассчитывая этим маневром повлиять на чжурчжэней.
В то время как монгольские армии вели войны в оазисах Хорезма, на берегах Инда и в далеких степях Южной России, оставшиеся в Монголии полководцы Чингис-хана не переставали тревожить границы Цзинь. Война с чжурчжэнями и страх перед монголами вынуждали тангутов стать их «невольными помощниками»[200]. Существует мнение, что в конце 1221 г. тангутское посольство ездило для переговоров в ставку Чингис-хана на Запад[201]. Возможно, какие-то переговоры имели место, поскольку в октябре тангуты разрешили монгольскому полководцу Мухали провести войска через территорию Си Ся для нападения на цзиньский округ Цзячжоу. 50-тысячный тангутский корпус присоединился к монгольским войскам. Взяв Цзячжоу, монголы оставили там гарнизон и угрожали пограничным областям Си Ся, Цзунь-сян отправил к Мухали посла. Мухали потребовал, чтобы тангутский посол встал перед ним на колени. Но посол Мину (Марбу) ответил, что он не может совершать коленопреклонение, не получив на то приказа своего государя. Чтобы припугнуть тангутов, Мухали напал на пограничный с Си Ся г. Яньань. Мину, видимо, с согласия Цзунь-сяна, вернулся в лагерь Мухали, подарил ему коня и совершил коленопреклонение[202].
182
Н. D. Martin, The Mongol Wars with Hsi-Hsia, стр. 201.
183
У Гуан-чэн, Си Ся шу ши, гл. 40, стр. 26.
184
Там же.
185
С. А. Козин, Сокровенное сказание. Монгольская хроника 1240 г., М.—Л., 1941, стр. 180.
186
Там же, стр. 181.
187
«Юань ши», гл. 1, стр. 30; «Сюй Цзы-чжи тун-цзянь». гл. 158, стр. 1731.
188
Рашид ад-Дин, Сборник летописей, т. I, кн. I, стр. 144.
189
«Сун ши», гл. 486, стр. 3796.
190
«Цзинь ши», гл. 134, стр. 827.
191
Там же, гл. 14, стр. 106.
192
«Сюй Цзы-чжи тун-цзянь», гл. 160, стр. 1759.
193
По мнению Дай Си-чжана, поход был в конце 1217 г. См. «Си Ся цзи», гл. 27, стр. 11б–12а.
194
«Юань ши», гл. 1, стр. 31; «Сюй Цзы-чжи тун-цзянь», гл. 161, стр. 1765; «Цзинь ши», гл. 15, стр. 111.
195
У Хэниша — «на мусульман» («Die Geheime Geschichte der Mongolen»), Leipzig, 1948, стр. 128.
196
С. А. Козин, Сокровенное сказание, стр. 186.
197
Там же, стр. 187.
198
У Гуан-чэн, Си Ся шу ши, гл. 41, стр. 1а; «Цзинь ши», гл. 134, стр. 827.
199
«Сун ши», гл. 486, стр. 3796.
200
N. D. Martin, The Mongol Wars with Hsi-Hsia, стр. 208.
201
Мартин пишет: «Из дневника даоского мудреца Чан-чуня мы узнаем, что 27 октября 1221 г. святой и его свита встретили тангутского посла, возвращающегося от Чингис-хана» («The Mongol Wars with Hsi-Hsia», стр. 207). В тексте дневника Чан-чуня посол назван «дун Ся ши» («посол с востока [из] Ся») («Чан-чунь чжэнь Си ю цзи» — «Записка о путешествии на запад праведника Чан-чуня», гл. I, изд. «Сыбу бэйяо», стр. 8). Поскольку речь идет не о после из Си Ся, а «после с востока из Ся», а Ся было древним названием Китая вообще, русский переводчик «Си ю цзи» Палладий Кафаров считал, что речь идет просто о «китайском после», указав в примечании, что это был посол из Цзинь. См. «Труды членов российской духовной миссии в Пекине», т. IV, 1866, стр. 306, 409, прим. 305.
202
«Юань ши», гл. 119, стр. 892; гл. 149, стр. 1071; «Сюй Цзы-чжи тун-цзянь», гл. 162, стр. 1777.