Страница 50 из 172
Комплексность хозяйственно-культурного потенциала Чача и Илака и его особенности определялись, во-первых, их расположением на границе между оазисами с древнеземледельческой культурой и кочевой степью, в зоне активных экономических контактов кочевых и оседлых народов и сложных миграционных процессов; во-вторых, интенсивной разработкой богатых рудных месторождений с преимущественной добычей благородных металлов; в-третьих, постепенным перемещением на север основных торговых путей, соединивших страны Среднего и Ближнего Востока с Китаем, и активным включением в торговлю скотоводческих народов.
Все это способствовало интенсивному развитию земледелия, ремесел и активному процессу урбанизации.
Для периода раннего средневековья сведения письменных источников об Илаке отсутствуют, о Чаче они кратки и отрывочны. В первую очередь это сообщения китайских хроник Суйшу, Вейшу, Таншу, в которых владение под именем Ши или Чжеши с одноименной столицей упоминается с V в. н. э. (Бичурин, 1950, т. II).
Известны факты проходившей в пределах Чача борьбы эфталитов с тюрками, смены политической власти, участия в дипломатических миссиях (Бичурин, 1950, т. II, с. 278, 281).
Анализ сведений побывавшего здесь в 30-е годы VI в. Сюань Цзяна позволяет почерпнуть данные о структуре владения (Beal, 1884). О чачской торговле можно судить по «старым согдийским письмам» из Восточного Туркестана (Лившиц, Кауфман, Дьяконов, 1954), а согдийские документы дают ценные сведения об изменении размеров владения в период борьбы с арабами (Согдийские документы, 1962, вып. II, с. 78–79).
Первую характеристику чачского войска дали арабоязычные авторы Табари и ал Асир (Табари, BGA, т. 2, с. 1247; МИКК, 1978, с. 53).
Более детально владения описаны арабо- и персоязычными географами X в. Истахри, Мукаддаси, ибн Хаукалем и особенно анонимным автором Худуд ал Алама (Hudud al Alem, 1970). Наряду с характеристикой границ региона эти авторы сообщают об экономическом потенциале городов и торговых путей.
Однако сведения их очень скудны и часто противоречивы. Основные материалы для характеристики средневековой истории Чача и Илака содержат археологические источники.
По данным источников, в V в. регион вошел в состав эфталитского государства. В VI в. эфталиты столкнулись с Тюркским каганатом и бассейн Сырдарьи становится зоной активных боевых действий с хаканом Истеми, о котором источники говорят, как о правителе «с войском, казной и короной… от Китая до Гульзариума [Сырдарьи] и Чача». В середине VI в. каган Санжибу захватил, кроме Чача, Фергану и Согд. В результате в «Чаче, Параке, Самарканде и Согде много [мест] было разорено и стало местом пребывания сов» (Гафуров, 1972, с. 218).
Возможно, в этот период происходит выделение Илака, автономия которого базировалась на эффективной добыче золота и серебра.
При последующем дроблении каганата Чач и Илак входят в состав западного объединения, а после неудачного восстания в 605 г. против хакала к власти во владении приходят тюркские правители — тудуны.
Китайский путешественник Сюань Цзян отмечает в этом владении несколько десятков городов, управлявшихся феодалами, подчиненными тюркскому кагану (Beal, 1884, p. 452). Однако последующие междоусобицы в каганате способствуют росту независимости Чача и его более тесным культурно-экономическим связям с Согдом и Ферганой. Реальная опасность арабского нашествия в конце VII — начале VIII в. приводит к оформлению союза владений Мавераннахра под эгидой Тюркского каганата.
В составе коалиции Чач активно участвует в борьбе с арабами. В 712 г. оказывает помощь осажденному Самарканду, что вызывает в 713 и 714 гг. ответные карательные походы арабов.
В период борьбы происходит объединение Чача с северными степными районами вплоть до Отрара. Это укрепляет союз с тюркским каганатом.
В 723–724 гг. объединенным силам удалось нанести арабам поражение на Сырдарье. Лишь к середине VIII в. арабы разгромили тюркский каганат и осадили Чач. Воспользовавшись ослаблением владения и его столкновением с Ферганой, в середине VIII в. Чач попытались подчинить себе китайцы, захватившие его столицу и разрушившие ее. Однако в 751 г. они были разбиты арабами на Таласе, и Чач был включен в состав халифата. Его жители активно участвовали в антиарабской борьбе. Здесь находился один из очагов движения Муканны, и даже авторы X в. сообщали, что в Илаке много сторонников «людей в белых одеждах».
Таким образом, в политической истории Чача и Илака можно выделить два этапа. Первый этап: V — середина VI в., обе области входят в состав эфталитского государства. Второй этап: вторая половина VI — конец VIII в., Чач и Илак в составе тюркского каганата.
Эти этапы четко прослеживаются в археологическом комплексе, архитектурно-строительной технике, монетной системе и культурных связях, выявленных на многочисленных памятниках региона.
Вхождение Чача в состав эфталитского объединения не изменило его экономических связей и способствовало развитию традиционных форм земледельческо-скотоводческого хозяйства.
Включение области в состав тюркского каганата и частичная замена местных правителей тюркскими укрепляли экономические связи со степными кочевниками. Прослеживается их интенсивный переход к оседлости, особенно в адырной и предгорной зонах на границе со степью, а также в городах и сельских поселениях. Регион делится на ряд мелких владений, подчиненных центральному правителю и чеканивших свою монету.
Сосредоточение в руках Тюркского каганата международной торговли способствовало передвижению к границе со степью одного из ответвлений Великого шелкового пути, который стал проходить через Чач.
Ускорился процесс освоения горнорудных ресурсов в Чаткалокураминском районе. Особое внимание уделяется добыче и обработке благородных и цветных металлов, бирюзы.
Все это приводит к резкому росту сельских и городских поселений, к интеграции культурно-хозяйственного комплекса, усилению связей с соседними регионами, в первую очередь с Согдом, купцы которого господствовали на сухопутных торговых путях.
Формируется близкий к согдийскому облик материальной культуры, где наряду с согдийскими чертами отмечается влияние тюркской кочевой среды. Это прослежено в вооружении, архитектуре, бытовых комплексах, обычаях. Изменяется система денежной эмиссии.
Первые сборы археологических материалов из Ташкентского района относятся к последней четверти XIX в. Они представлены случайными находками, поступавшими в основном, начиная с 1876 г., в Туркестанский музей (Остроумов, Аничков, 1903). В 1895 г. был организован Туркестанский кружок любителей археологии (ТКЛА), члены которого провели обследование ряда средневековых памятников. Результаты этих изысканий вместе с интересными находками публиковались в Протоколах ТКЛА и «Туркестанских ведомостях». Среди них упомянуты Канка, Актепе, Ханабад, Шаркия, находки оссуариев в долине Ахангерана и в районе Ташкента, коллекции сфероконических сосудов, металлических изделий и др. Член кружка Е.И. Смирнов в 1896 г. готовит первую сводку древностей Ташкентского оазиса, в которую включаются городища Мингурюк, Ханабад, Ногайкурган и некоторые другие (Смирнов, 1896).
Новый этап археологических исследований наступает в 20-е годы нашего столетия. Систематизацией памятников занимаются А.А. Потапов, М.В. Воеводский, М.П. Грязнов, М.Е. Массон и Т. Миргиязов. Проведены раскопки в Тойтепе, в результате которых получена интересная коллекция оссуариев. Обследованы жилые и производственные памятники в долине Ахангерана (Массон М., 1935).
С середины 30-х годов В.Д. Жуков обследует памятники в верховьях Чирчика, а Г.В. Григорьев приступает к раскопкам городищ и поселений в его нижнем течении (Григорьев, 1940). Ряд средневековых памятников был выявлен в 1940 г. А.И. Тереножкиным при археологическом надзоре на Ташкентском канале (Древняя и средневековая культура Чача, 1979, с. 37–39). В 1940–1941 гг. он начинает стационарные раскопки за́мка Актепе близ Ташкента, позволившие В.Л. Ворониной впервые охарактеризовать архитектуру раннефеодального Чача (Тереножкин, 1948; Воронина, 1948).