Страница 35 из 268
— Извиняюсь. — Кувыркс пососал обожженные пальцы. — Отличное заклинание. Никогда не удавалось по-настоящему овладеть им.
Волшебник грузно уселся на останки сэндвича с беконом.
— Я не вполне уверен, — произнес он. — Будет интересно понаблюдать. Но лучше это делать снаружи. Вероятно, все станет так, как будто прошедшей недели никогда не существовало.
— Она внезапно умрет?
— Ты не понял. Она уже неделю как мертва. Всего этого, — он неопределенно взмахнул руками в воздухе, — не произойдет. Убийца сделает свое дело. Ты сделаешь свое. История излечит сама себя. Все будет в порядке.
С точки зрения Истории, разумеется. По сути, никакой другой точки зрения не существует.
Мор уставился в узкое окошко. Из него был виден дворцовый двор, открывающийся на залитые огнем улицы. Там, улыбаясь, смотрел в небо один из портретов принцессы.
— Расскажи мне о портретах, — вымолвил он. — Похоже, это дело рук некоего волшебника, — Я не уверен, действуют они или нет. Видишь ли, люди начинали расстраиваться, сами не понимая отчего. Это только усугубляло положение.
Умом они жили в одной реальности, а телом — в другой. Очень неприятно. Они никак не могли привыкнуть к мысли, что принцесса все еще жива. Мне показалось, что картины могут оказаться неплохой идеей. Но дело в том, что люди просто не видят того, чего, как говорит им ум, здесь нет.
— Я мог бы подтвердить это, — с горечью отозвался Мор.
— И это была моя задумка, чтобы в дневное время по городу ходила стража и выкрикивала имя принцессы, — продолжал Кувыркс. — Мне казалось, что, если люди все-таки поверят в нее, тогда новая реальность действительно станет настоящей.
— Мм-м-м? — Мор оторвался от окна. — Что ты имеешь в виду?
— Ну, в общем… Я рассчитывал, что достаточно большое количество уверовавших людей смогут изменить реальность. В отношении богов это срабатывает. Как только люди перестают верить в какого-нибудь бога, он умирает. А если в него верит много народа, то он становится сильнее.
— Не знал. Я думал, боги — это боги, и все.
— Они не любят, когда эта тема обсуждается, — пояснил Кувыркс, роясь в грудах книг и пергаментов, заваливших его рабочий стол.
— Что ж, возможно, это срабатывает в отношении богов, потому что они особенные, — ответил Мор. — Люди, они… более вещественны. С людьми это не пройдет.
— Неверно. Предположим, ты выйдешь отсюда и начнешь слоняться по дворцу. Один из стражников, скорее всего, заметит тебя, подумает, что ты вор, и выстрелит из арбалета. Я хочу сказать, в его реальности ты будешь вором. Хотя на самом деле это не так. Но мертв ты будешь так же, как если бы это было чистой правдой. Вера — мощная штука. Я волшебник. Мы знаем толк в таких вещах. Погляди-ка сюда.
Он выудил из мусорного завала книгу и открыл ее на куске колбасы, которым пользовался в качестве закладки. Глядя через его плечо, Мор нахмурился при виде витиеватого магического письма. Строки двигались по странице, крутились и изгибались. Они делали это, стараясь избежать возможности быть прочитанными не-волшебником. И общее впечатление создавалось неприятное.
— Что это такое? — спросил он.
— Это Книга Магики Альберто Малиха — Великого Мага, — растолковал волшебник. — Что-то вроде теории магии. Не стоит слишком внимательно вглядываться в слова, их это возмущает. Смотри, здесь сказано…
Его губы беззвучно задвигались. На лбу волшебника распустились маленькие почки пота, решили объединиться, вместе отправиться вниз и посмотреть, чем там занимается нос. Глаза Кувыркса увлажнились.
Некоторые люди любят посидеть, уютно расположившись в кресле с хорошей книжкой. Однако ни один человек с полным набором шариков в голове не захочет посидеть таким образом с магической книгой. Даже отдельные слова в ней ведут самостоятельную жизнь и обладают мстительным характером. Короче, чтение такой книги здорово смахивает на ментальный арм-рестлинг. Немало начинающих волшебников положили свои жизни, пытаясь прочесть гримуар, который был им не по зубам. Люди, услышавшие их вопли, находили лишь остроконечные туфли, испускающие классический свистящий дымок, да книгу, ставшую чуть-чуть толще.
С любителями побродить по магической библиотеке случаются разные вещи. Такие вещи, что по сравнению с ними перспектива быть схваченным за лицо щупальцами Тварей из Подземельных Измерений покажется легким массажем.
По счастью, Кувыркс оказался обладателем сокращенного издания, в котором наиболее вредные страницы были скреплены специальными защелками (хотя в тихие ночи он слышал, как заключенные слова раздраженно скребутся внутри своей темницы, точно паук в спичечном коробке; любой, кому когда-либо приходилось сидеть рядом с человеком, слушающим плейер, сможет в точности представить себе этот звук).
— Вот это место, — указал Кувыркс. — В нем говорится, что даже боги…
— Я видел его раньше!
— Что?
Трясущимся пальцем Мор ткнул в книгу.
— Его!
Кувыркс странно посмотрел на юношу и исследовал левую страницу. На ней была картинка с изображением пожилого волшебника. Волшебник держал книгу и подсвечник. В его позе ощущалось такое достоинство, что дальше некуда.
— Это не имеет отношения к волшебству, — вспылил он. — Это просто портрет автора.
— А что написано под картинкой?
— Э-э. Здесь сказано: «Эсли вы с удавольствием прочитали сею Книгу, то ваможно, заинтересуетесь и другими праизвидениями, вышыдшыми из-под пера…»
— Нет, что написано под картинкой?
— Это легко. Это сам старик Малих. Любой волшебник знает его. То есть он основал Университет. — Кувыркс хихикнул. — В Главном зале стоит одна его известная статуя. Как-то во время Развеселой Недели я забрался на нее и приделал…
Мор не отрываясь смотрел на изображение.
— Слушай, — тихо произнес он, — у этой статуи с носа случайно не свисает капля?
— Я бы не сказал, — ответил Кувыркс. — Статуя была мраморная. Но я не могу взять в толк, с чего ты так завелся. Множество людей знает, как он выглядел. Он знаменитость.
— Он ведь жил очень давно?
— Где-то две тысячи лет назад. Я никак не пойму, почему…
— Но я готов держать пари, что он не умер, — заявил Мор. — Бьюсь об заклад, однажды он просто исчез. Я прав?
Какое-то мгновение Кувыркс сохранял молчание.
— Забавно, что ты заговорил об этом, — медленно пробормотал он. — Я слышал такую легенду. Говорят, он творил очень странные вещи. Говорят, во время попытки провести Обряд АшкЭнте задом наперед, его втянуло в Подземельные Измерения. Все, что от него осталось, это шляпа. Трагично, очень трагично. Да и шляпа-то была так себе; ее прожгло в нескольких местах.
— Альберто Малих… — произнес Мор, наполовину обращаясь к самому себе. — Хорошо. Мне это нравится.
Он забарабанил пальцами по столу. Звук получился странно приглушенным.
— Извиняюсь, — промямлил Кувыркс. — С сэндвичами с патокой у меня тоже пока осложнения.
— По моим расчетам, стена движется со скоростью медленно идущего человека, — сказал Мор, рассеянно облизывая пальцы. — А ты не можешь остановить ее силой магии?
Кувыркс покачал головой.
— Только не я. Меня расплющит в лепешку! — весело воскликнул он.
— В таком случае, что произойдет с тобой, когда стена придет?
— О, я вернусь к своей прежней жизни на Стенной улице. Как будто я никогда не покидал ее, И всего этого не происходило. Жалко, однако. Готовят здесь очень прилично и белье стирают бесплатно. Кстати, как далеко, ты сказал, она находится?
— Полагаю, милях в двадцати отсюда. Кувыркс закатил глаза к небу и зашевелил губами. В конце концов он подвел итог:
— Это значит, что стена прибудет сюда примерно завтра в полночь, как раз ко времени коронации.
— Чьей коронации?
— Ее.
— Но ведь она уже королева!
— В каком-то смысле. Но официально не является ею до тех пор, пока не будет коронована. — Кувыркс усмехнулся. Озаренное пламенем свечи, его лицо казалось покрытым пляшущим тенистым узором, вздрагивающим и меняющим очертания при каждом движении щек. — Если хочешь, могу предложить следующее сравнение: это похоже на разницу между тем, чтобы перестать жить, и тем, чтобы стать мертвым.