Страница 62 из 85
Глава 27
Камилла
Трудно поверить, как быстро пролетели весенние каникулы, когда я открываю свой шкафчик и достаю учебники по анатомии. Мой желудок сводит от нервов, потому что скоро увижу Гаврила впервые за две недели, и я злюсь на него, хотя и знаю, что не имею на это никакого права.
Он ясно дал понять, прежде чем между нами что-либо началось, что это будет только секс. Мне не следовало надеяться, что он передумает и напишет мне сообщение или позвонит.
Я подпрыгиваю, когда кто-то внезапно кладет руки мне на плечи сзади.
— Ты слышала, кто новый профессор математики? - Спрашивает Нат, ухмыляясь мне.
Я качаю головой.
— Нет еще. Кто это?
Выражение ее лица становится немного обеспокоенным.
— Ты сейчас взбесишься.
— Кто?
— Твой брат, Лука.
— Что? - Спрашиваю я, мотая головой. — Невозможно. Если бы мой брат собирался работать здесь после весенних каникул, он бы сказал мне.
Нат выгибает бровь.
— Тогда кто это?
Она кивает в сторону коридора, и мой желудок опускается, когда я вижу Луку, идущего по коридору в элегантном костюме.
— Ублюдок, - бормочу я.
Он замечает меня и ухмыляется.
— Привет, сестренка.
— Какого хрена ты здесь делаешь? - шиплю я.
— Так не принято разговаривать с профессором, верно?
— У тебя нет квалификации, чтобы преподавать здесь, Лука. Что за черт?
— Oaк обратился ко мне, так как им срочно нужен был учитель по математике. - Он пожимает плечами. — Я сказал, что попробую. Я был одним из лучших математических гениев за всю историю обучения в СА.
Этого не может быть.
Во-первых, если Лука будет ошиваться поблизости, это значительно усложнит то, что происходит с Гаврилом. Если Лука нас поймает, он убьет его и отправит меня прямиком домой. А, во-вторых, чертовски неловко, что мой брат преподает здесь.
— А как же война в Чикаго? - Я спрашиваю.
Он пожимает плечами.
— Если я понадоблюсь Массимо, он меня позовет. Я здесь не пленник. На выходные буду возвращаться в Чикаго.
— Это безумие. - Я качаю головой. — Что, черт возьми, Массимо и Лео думают об этом?
Он вскидывает бровь.
— Как будто у них есть право голоса в том, что я делаю, Камилла.
— Я спрашивала не об этом.
— Они думают, что я трачу время впустую, но на самом деле мне насрать. - Он проводит рукой по шее. — Это освежающе - уехать на время подальше от города.
Я тяжело вздыхаю.
— Ты пытаешься разрушить мою жизнь.
— Не будь такой мелодраматичной. В любом случае, у тебя осталось всего несколько месяцев до окончания СА.
От этого напоминания у меня сводит живот, ведь я знаю, что как только закончу учебу, любые отношения с Гаврилом закончатся. Две недели я провела в Чикаго на весенних каникулах и не слышала от него ни слова. Я знаю, что он пытается донести свою мысль. Прояснить, что это просто развлечение без обязательств, но, к сожалению, я была привязана к этому мужчине еще до того, как он меня трахнул.
— Почему ты не сказал мне, что будешь здесь преподавать? - Я встряхиваю волосами. — Черт, мы могли бы вернуться вместе.
Лука ухмыляется.
— И упустить выражение твоего лица, когда ты поймёшь? Я так не думаю.
Я бью его кулаком в плечо.
— Придурок.
— Осторожнее, Камилла, или я отправлю тебя к Ниткину.
Я сжимаю челюсть, когда меня обдает жаром, поскольку он не знает, что это значит на самом деле. Если бы он знал, то никогда бы не отправил меня к нему.
— Не могу в это поверить.
Нат смеется.
— Хотя и забавно наблюдать за вашей перепалкой, мы опаздываем на пытки.
— О, моё любимое, - ухмыляется Лука. — Пытки – веселый урок. Я бы с удовольствием вел его, но пока обойдусь математикой.
Я качаю головой.
— Я официально тебя ненавижу.
Он пожимает плечами.
— Ты переживешь это.
Я хватаю свою сумку из шкафчика и захлопываю его, прежде чем броситься по коридору прочь от него. Лука может быть настоящим мудаком, но это новый уровень.
— Подожди! - кричит Нат, догоняя меня по коридору.
— Прости, я просто так зла на него.
Она смеется.
— Да ладно, все не так уж плохо.
Я сердито смотрю на нее.
— Скажи это мне, когда твой брат станет преподавателем в академии.
— Этого никогда не случится.
— Именно. Но можешь себе представить, если бы это произошло?
Она вздрагивает.
— Не совсем.
— Я не могу допустить, чтобы Лука болтался рядом. Он - кошмарный сон.
Нат улыбается.
— Он мне всегда нравился. С ним весело.
Я скриплю зубами, так как чувствую, что Лука понравится многим студентам. Он всегда был немного клоуном, вот почему я не могу представить его профессором. Он ни к чему не относится слишком серьезно.
— Неважно. - Я смотрю на часы и ускоряю шаг. — Мы опоздаем, если не поторопимся.
Мне не терпится попасть на урок Гаврила вовремя, так как последнее, что мне нужно, это получить наказание от него в первый же день после возвращения.
И все же, даже когда злюсь на него, я не могу сдержать бабочек, порхающих в моем животе, и чувство головокружения, распространяющееся по мере того, как я приближаюсь к его классу. Это жалко.
— Ты в порядке? - спрашивает Нат, хмуро глядя на меня.
— Да, почему нет?
Она качает головой.
— Ты просто выглядишь немного бледной.
Я пожимаю плечами.
— Возможно, это как-то связано с тем, что мой чертов брат работает здесь профессором, - вру я.
Она кивает.
— Логично.
Мы обе заходим в класс за секунду до звонка и быстро занимаем свои места в первом ряду.
Я чувствую на себе взгляд Гаврила, но не смотрю на него. Этот мужчина – мудак, раз не связывался со мной в течение двух недель, и после этого я не буду первой вступать в контакт.
Ева уже сидит на своем месте.
— Вы двое чуть не опоздали, - шепчет она.
Нат пожимает плечами.
— Мы разговаривали с Лукой, братом Камиллы. Он временный профессор математики.
Ева приподнимает бровь.
— Почему ты нам не сказала?
Я сжимаю челюсть.
— Потому что еще пять минут назад я даже не знала.
Удар линейкой по парте заставляет меня подпрыгнуть, я поднимаю взгляд и вижу, что знакомые карие глаза пристально смотрят на меня.
— Тишина, Морроне. Ты едва успела сюда вовремя, а теперь болтаешь на моем уроке.
Я стискиваю зубы и сужаю глаза.
— Приношу свои извинения.
Его челюсть тверда как камень, лишь мускул подергивается на ней.
— Ты останешься после урока.
С этими словами он поворачивается и идет обратно к началу класса, оставляя меня смотреть ему вслед.
— Что за черт? Не похоже, что я была единственной, кто разговаривал, - шепчу я Нат.
Она просто пожимает плечами и достает свой учебник.
В глубине души я знаю причину, по которой он придирается ко мне, и это потому, что он хочет, чтобы я осталась и он мог использовать меня как свою игрушку. Однако я так легко не сдамся. Две недели от него не было ни слова, даже простого сообщения с вопросом, как у меня дела, а теперь он думает, что все вернется на круги своя.
Боль сжимает мою грудь, ведь я понимаю, что он предупреждал меня о том, что не стоит слишком привязываться к нему с самого начала.
Секс для меня – это всего лишь сделка. Никаких привязанностей.
Получается, что это я не права. Идиотка, которая обещала не привязываться, но все равно влюбилась. Хотя Гаврил дал понять, что его не интересуют отношения или связь со мной, кроме секса.