Страница 1 из 89
Глава 1
— Екатерина Алексеевна, я посчитал, — поправляя пальцем тапок, жаловался наследный (через одного) принц по телефону любимой приемной бабушке. — Если загрузить «Союзмультфильм» одними только моими проектами, нам потребуется шестьдесят восемь лет, четыре месяца, два дня…
— Я поняла, Сережа, — аккуратно прервала поток страшных цифр. — Но даже тебе мы не можем позволить занять все мощности целиком, — поняла она меня неправильно.
— Какие там мощности? — вздохнул я. — У нас огромная страна. Почти двести пятьдесят миллионов человек — это не считая соцблока, где дети дружественных нам народов тоже хотят смотреть как можно больше мультфильмов. А еще — остальная планета, где того же самого очень хотят дети врагов. Но они же не виноваты, что они враги? — грустно спросил я. — И мы можем производить гораздо больше мультфильмов. Я еще маленький и многого не понимаю, но неужели в такой огромной стране не найдется немножко художников, пленки, краски и помещений?
— Мы с Борисом Николаевичем подумаем, — грустно вздохнула Фурцева.
— Спасибо большое, Екатерина Алексеевна! — поблагодарил я. — До свидания.
Повесив трубку, показал Вилке большой палец, и мы пошли ко мне в комнату — слушать запись КГБшного ВИА.
— Хоть щас миньоном выпускай. Они в каком там звании? — спросил я у сидящей за моим столом с чашкой кофе в руках девушки.
Родные в гостях у Судоплатовых, чаи гоняют, план про бабу Таню придумывают.
— Они гражданские, — покачала она головой. — Но из хороших семей. А еще — их растили музыкантами, и они к такой работе готовы.
— Нет причин тебе не верить, — широко улыбнулся я.
По Вилкиному лицу пробежала тень, и я огласил:
— Время смотреть «Время»! — включил телек, и мы переместились на диван. — Можно? — указал на укутанные длинной юбкой Виталинины коленки.
— Смотря что.
— Ничего из категории «для взрослых», — уточнил я.
— Можно, — разрешила она.
Прилег. Кайф!
— Мальчишка! — мелодично хихикнула Вилка, с улыбкой наклонившись надо мной.
— Вот ради этого кадра все и делалось! — заявил я, изобразив пальцами «рамку», и сел обратно.
Виталина вдруг густо залилась краской и спрятала лицо в ладонях.
— Ты чего?
— Прекратить приручение, пионер Ткачев! — промычала она в ладони.
— Не прекращу — вдруг получится, — привычно ответил довольный я. — Смотри, мой добрый друг-автолюбитель!
Вилка убрала ладони, потихоньку возвращая обычный, слегка румяный цвет лица.
На экране Щелоков в парадном мундире пожимал руку упитанному черноволосому мужику в генеральско-милицейской, столь же парадной, форме.
— Кто это?
— Тикунов, Вадим Степанович, — ответила Вилка. — Сегодня назначен первым заместителем министра внутренних дел. Прошлый убыл послом в Новую Гвинею.
— Который должен был занять должность Щелокова, если бы Николай Анисимович не был большим другом Леонида Ильича? — сверился я с внутренней википедией.
— Он, — подтвердила Виталина, с любопытством в глазах посмотрев на меня.
— Про это назначение я не знал, — пожал я здоровым плечом. — Я далеко стараюсь не лезть: меньше знаешь — крепче спишь. Но сигнал понятен — старайся как следует, или тебя заменит товарищ Тикунов. Потешная многоходовочка завершена, ручной министр МВД успешно получен.
— И что теперь? — хихикнула Вилка.
— Будем дружить, потихоньку воспитывать из него человека, — улыбнулся я. — Сериал про Высоцкого снимать, сырьё скоро будет напечатано в «Молодой гвардии», а я подкину товарищу министру идею с ним ознакомиться. Он уже один сериал заказал, мне Екатерина Алексеевна по секрету поведала — в телевизоре уже разрабатывается, рабочее название — «Знатоки». Получается — два сериала. Кислую мину бывшего председателя КГБ, про которое ни одного, представила? Сейчас мы с тобой слепим роман и сценарий, а потом еще к Юлиану Семенову съездим, попросим и его сценарий слепить — про Штирлица. И будет у наших силовиков баланс. Именно за этим я просил тебя достать вот эти немножко секретные дела, связанные с работой нашей контрразведки в Африке! — погладил полуметровую, в три ряда, стопку папок около дивана. — Все было впитано и переварено, пока ты подозрительно долго сидела в туалете. — озадаченный взгляд. — Ты что, какаешь как обычные люди?
Фыркнувшая девушка отвесила мне средней мощности щелбан.
— Как бы там ни было, — потер лоб и попросил. — За машинку, агент Вилка! Пиши название: «ТАСС уполномочен заявить».
— Погоди! — остановил отстучавшую заголовок девушку и пошел добавил громкости.
Надо бы пульт изобрести.
-…на сессии выступил министр рыбной промышленности Ишков.
«Считаю необходимым передать сбыт продукции под ведомство министерства рыбного хозяйства».
— Предложение было одобрено делегацией во главе с товарищем Косыгиным.
— Бери пустую папку, — велел я Вилке, выключая телевизор — все с дедом понятно, нифига с соправителем советоваться не хочет!
Она закатила глаза — эксплуататор! — но папку достала.
— Пиши «Рыбное дело». Начало: 21 апреля 1969 года.
— Записала, — откликнулась она.
— Лист первый: докладная записка Генеральному секретарю ЦК КПСС СССР Андропову Ю.В. от внештатного консультанта С. Ткачева. «Когда добыча и сбыт сырья находится в одних руках, сразу же расцветает воровство. Вы создали голема. С наилучшими пожеланиями, С. Ткачев».
— Ты серьезно хочешь, чтобы я это отправила? — брезгливо вынув лист из машинки двумя пальцами, спросила Виталина.
— Госбанк же несколько раз в год панические записки отправляет, — хохотнул я. — Чем я хуже? Главное — сигнал подать, а потом, когда одобривший это замечательное изменение товарищ Косыгин не захочет переделывать обратно, чтобы не терять лицо, мы с тобой уберем папку года на два-три, и дальше, когда «Рыбное дело» как следует настоится, пойдем туда ломать пальцы и вынимать черную икру из банок с надписью «Килька». Юрий Владимирович любит копить папочки, значит и мы должны так делать.
Вилка неодобрительно посмотрела на меня.
— Товарищ Косыгин — наше все, — серьезно сказал я. — Я это понимаю — помимо того, что он — один из подпирающих Юрия Владимировича столпов, он еще и чуть ли не единственный, кто разбирается в советской экономике. Он нам нужен, и мы будем с него пылинки сдувать, — подумав, добавил. — По возможности. Но лучше вообще не сталкиваться. Я же не удержусь и наговорю всякого, — пояснил в ответ на мелькнувший в ярко-зеленых глазах вопрос.
Виталина хихикнула и кивнула — поняла и одобряет.
Вернулись к «ТАССу…», и просидели над ним до возвращения родных. Вилка в процессе радостно попискивала — нравится! Проводили отказавшуюся от позднего ужина машинистку (диета, надо полагать), и мама поделилась новостями — послезавтра мы идем в цирк с бабой Таней и бабой Эммой.
По пути к школе я вспоминал субботники из будущего — они сохранились и в школе, и в университете, и даже попытались сохраниться на работе, но в процессе посещения первого из них выяснилось, что местный хитрый начальник проставил на себя ставку дворника, а мы, стало быть, делаем работу за него, и больше не субботники я не ходил — что характерно, с нулевыми штрафными санкциями.
Здесь и сейчас, однако, все совсем по-другому, и пусть дворников Советской стране хватает, немного им помочь хочется — для себя же убираем! Более того — целый Ленин бревно таскал, а я спрячусь за жалкую справку о двух не менее жалких пулевых ранениях? Ну уж нет!