Страница 35 из 66
Изоморф отпрянул, втянул множественные конечности, превращаясь в ствол с мощным хвостом. Ударил им с замахом, отшвыривая Тима, как падаль. Когда в один прыжок Ирт оказался на капитанском мостике, Тим поднялся, прижимаясь спиной к стене. В ногах плавала слабость. Весь полет Ирт провел в его позвоночнике и нервных узлах, понимал то, что делал он как капитан, думал его мыслями. "Гордость Португалии" раскрывалась перед ним сектор за сектором: арсенал, навигация, топливный отсек. Ирт, наверняка, знал команды, на которые крейсер отзовется пением плазмы. Проклятье! Чертово чудище наелось информации, как плоти, и может справиться с управлением, если Тим не помешает. Не применит силу.
Ирт не обращал внимания на капитана на нижнем уровне, вглядывался в голографические строки и изображения, при этом менял форму. Возвращал свой человеческий облик. Сначала из навершия и капюшона проступило сосредоточенное, четко очерченное лицо, потом багровый ствол оплыл, высвобождая шею и плечи. Похоже, он думал, что компьютер крейсера послушается лишь человека.
По спине прошел холод. Теперь столкновение неизбежно. Нужно перешагнуть через страх и отчаянное нежелание оставаться один на один с проклятой планетой. С порожденными им самим призраками. "Управление на меня", — отдал мыслеприказ, помедлил, и, с усилием слепляя воедино образы и слова, добавил: — "Изолировать и обездвижить изоморфа".
Короткая вспышка кольца генератора. Ирт не успел никак отреагировать, в мгновение заледенел на капитанском мостке. От яростного крика колени Тимоти подогнулись, пришлось опереться спиной о стену. Поздно. Непоправимое сделано. Медленный вдох и выдох — единственное, что сейчас может помочь.
"Блокировать звуки изоморфа", — мыслеприказ рвался в голове шепотом на грани слышимости.
Слава богам и границам разума вселенной, тишина наступила сразу. Полная, глухая. Еще бы пара гневных нечеловеческих выкриков, и страхи Чаги парализовали бы волю.
Тим прикрыл глаза, стараясь найти внутри себя точку равновесия и покоя. Снова медленный вдох, выдох. Он здесь один и решать ему. Голограмма Орфорта висела и с полнейшим равнодушием ждала дальнейших действий. Главное избавиться от лишних эмоций и действовать последовательно. Бывший контр-адмирал прекрасно знал, что и когда нужно делать.
— Переместить на нижний уровень панель управления и голограмму. Запустить первичное сканирование планеты. Приготовить разведывательные боты к высадке.
Как бы то ни было, он останется здесь, в зоне офицерских мест. Пусть Ирт торчит на капитанском мостике величественной фигурой морпеха. Может, почетное место склонит к простому и быстрому убийству вышедшей из повиновения зверушки. Но позже.
Тим тряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли, и открыл на экране данные по арсеналу. Разведывательные боты укомплектованы всем необходимым, но все-таки, все-таки… Что если после выполнения миссии снова придется ступить на серый мох Стен Флаа? Если, конечно, останется жив, сняв с Ирта оковы. Наблюдательного оборудования: роботов, плазмодронов и отражателей — недостаточно. Он быстро перебирал строки арсенальных папок, закидывая в виртуальные корзины ботов все что могло бы пригодиться.
— Прости, Ирт, — произнес он неожиданно для себя и нажал старт снаряженных под завязку ботов.
Теперь подождем. Он бросил взгляд на капитанский мостик. Высокая фигура изоморфа сохраняла человеческую форму, но рябь световых всполохов гуляла по ее поверхности. Тим ткнул в данные по генератору силового поля. Ого, как вырывается! Энергии, чтобы удержать Ирта, хватило бы на защиту человека от астероидного дождя на Луне. Тима пробил истерический смех. Безопасность на крейсере весьма затратное удовольствие. Жаль, что маршал роев не плеснул дополнительную пинту топлива на маленькую войнушку вокруг капитанского мостика. Не догадался.
Результаты первичного сканирования Орфорта придут через три часа. А вот роботам разведчикам понадобится часов тридцать, чтобы их высадка на планету дала хоть какие-то осмысленные результаты. Нужен короткий отдых. Сначала сон, а потом идеи. Не поднимая голову на пленника, Тим развернулся и двинулся к боковой лестнице. На середине подъема ощутил как сильно сутулится. Чага недовольно ворочался: сознание давило чувство вины и страх. Не помогала даже уверенность в правильном выборе.
Через три часа глубокого наведенного сна Тим ощутил спокойствие и внутреннюю собранность. Или сумел убедить себя в этом. Уцепился за рабочий настрой и загнал в далекие уголки сознания мысли Чаги. Тот барахтался на самом краю воображаемой черной пропасти, но как-то держался, не давал столкнуть себя вниз. Но ничего, надо справляться с собственными демонами. Один внутри, другой снаружи. Парочка — не разлей вода. Стянутый силовой ловушкой, изоморф наверняка кипит от ярости. В собственном соку. Может так и свариться вкрутую. Не плохо бы.
Тим хохотал бы, как сумасшедший, представляя беспомощное бешенство Ирта, если бы второй частью своей личности не боялся последствий.
— Распаковать первичные данные сканирования, — проговорил он старательно ровным голосом.
Орфорт все также висел под "Гордостью Португалии", и его вид нисколько не изменился. Космос вокруг оставался пуст и спокоен.
— Сопоставить полученные данные с имеющимися по временным точкам до нападения на Орфорт. Оценить степень повреждения.
Хотелось все произносить вслух. Своего рода начало неизбежного разговора и объяснения с Иртом. Искусственный интеллект крейсера затеял на голоэкране пляску цифр, строк и картинок. Такую долгую, что наблюдение за ними начало погружать в транс. Когда танец графики замер, пришла смесь печали и облегчения.
— Знаешь, Ирт, на Орфорте все плохо.
Тим сообщил громко и даже поднял голову, чтобы Ирт мог лучше слышать. Хотя ему в общем-то без разницы.
— Просторов больше нет. Они стерты по всей планете. Исчезли. Там вообще ничего нет, кроме земли, рек и голых гор.
Рот внезапно пересох, в горле запершило.
— Но это результаты сканирования с орбиты. Может быть, плазмодроны обнаружат что-нибудь, что отсюда не разглядеть.
Он мог бы добавить, что степень повреждения — необратимая. Так ее предварительно оценивал компьютер. Искусственный интеллект исходил из внешних данных и судил с позиции целесообразности вмешательства. Следовал простой вывод: им нечего здесь делать. Они вдвоем не силах возродить уничтоженную жизнь и могут только вернуться. После того как получат более точную картину произошедшего. По мертвым полям пробегут суетливые роботы, поищут живую мелочь, возьмут химические пробы, и тогда выводы станут окончательными.
— Извини, что так вышло. Я…
А что собственно он? Не прилетел пораньше и не шарахнул ядерным радиальным по уничтожившей земли Флаа кристаллической дряни? Не научил этих пожирателей плоти выстраивать эшелонированную позиционную оборону, пока ползал по Нишам Изысканий и выпрашивал еду в мешке на израненном теле? За что ему к дьяволу извиняться?
— Мы ничем не поможем Орфорту, — проговорил он, чтобы ощутить хоть какую-то определенность.
Изоморф не выглядел как возможный собеседник. С застывшего тела исчезла рябь движения. Лицо стало темным, мертвым, с затянутыми глазницами древних скульптур.
— Ирт! — произнес Тим громче и тут же добавил: — Снять блокировку звука, ослабить давление поля. Ирт, ты слышишь меня?!
Чудище молчало. Никакой попытки вырваться. Более того — ни малейшего движения. По телу Тима прошла крупная дрожь, дыхание сбилось, воздуха резко перестало хватать. Сжавшееся горло засвистело, а в ушах нарастал грохот. Приступ паники. Чага хорошо знал, как она умеет ломать тело, но Тим давно не испытывал ее во всей полноте и власти.
— Хозяин! — прохрипел он. — Освободить! Полностью! Быстрее!
Глава 14. Дыхание холода
По телу изоморфа долго и бестолково ползали паучьи лапки манипуляторов. Генераторное кольцо над операционным столом проблёскивало фиолетовыми искорками, а плоский экран выдавал невнятицу жизненных показателей. Тим практически успокоился. Эмергентный пакет скафандра впрыснул лошадиную дозу транквилизаторов и блокировал панический приступ. Тим вызвал операционный модуль крейсера уже понимая, что делает.