Страница 38 из 50
Но я уже выдернул из передатчика штекер наушников. Меньше всего мне сейчас хотелось выслушивать нотации за то, что беспокоюсь о человеке, который мне небезразличен.
Я выпрыгнул из кокпита и побежал в сторону выезда с пит-лейна. Кто-то из маршалов хотел было меня задержать, но я оттолкнул его и выбежал на трассу. После чего помчался к гравийной ловушке первого поворота.
На эвакуаторы уже грузили два из трёх вылетевших болидов. Ещё один как раз смогли перевернуть обратно и доставали оттуда Лизу.
К тому времени, как я подбежал к ним, гонщика кое-как вылезла из машины и теперь подрагивающими руками снимала шлем. Кто-то из медицинской бригады придержал меня за плечо, крича что-то на смеси голландского и английского, но мне на него было фиолетово.
— Лиза! Лиза, ты как?! — завопил я.
Шлем и звук моторов с пит-лейна ощутимо глушили мой голос.
— А? — повернулась она ко мне и слегка пошатнулась, отчего её слегка поддержал маршал. — А, это ты… Я в норме, Жумакин… Иди обратно…
— На хрена ты туда полезла?! Я же предупредил тебя, чтобы ты была в безопасности!..
— А не п-пошёл бы ты со с-своими с-советами, Ж-жумакин… — Лиза мотнула головой, взмахнув косичками. — Я х-хотела их уб-беречь… А к-как по-другому это м-можно бы было сделать…
Внезапно она отвернулась, и её вырвало.
Повинуясь указаниям сотрудника в оранжевом комбинезоне и белом шлеме, настойчиво тянувшего меня прочь от места аварии, я направился назад к пит-лейну.
М-да, мне и в голову не могло прийти, что Лиза воспримет мои слова перед стартом как руководство к действию! Я даже не думал, что она решится пожертвовать собой, своей гонкой, чтобы вклиниться между болидами и не дать уже им попасть в серьёзный замес.
Определённо, она сумасшедшая. И именно за это хочется её уважать.
Пауль не произнёс ни слова, пока я забирался в болид и меня по новой пристёгивали механики. И хотя бы за это я был ему благодарен.
* * *
В той гонке я, кстати, пришёл вторым. После рестарта за сэйфти-каром и зелёных флагов Норрис уехал в отрыв, и Йоэл безуспешно пытался его преследовать. Я видел повреждения на прикатанных передних покрышках Эрикссона, заработанные в ходе практик, и старался беречь свои шины, дабы иметь запас для обгона.
И обгон последовал. Предупредив команду, что без борьбы следовать за напарником я не буду, я пристроился тому в хвост и спустя несколько минут вышел вперёд на главной прямой, опередив Йоэла за счёт слипстрима ещё до торможения. А затем уже сам отправился в погоню за Ландо.
Но британца было не догнать. На финише между нами разрыв составлял секунд шесть, а от других — и того больше.
Стало ясно, что с поула Норриса победить почти невозможно. И тут важными должны были стать итоги второй квалы этапа.
Я не знаю, как Лиза убедила медиков допустить её к сессии, но на квалификацию в субботу днём она выехала вместе со всеми. Наверное, это было чем-то сродни моей езде с гематомой мозга, когда я стремился к титулу в «Ф-4», но в более мягкой форме.
И что удивительно — она всё также атаковала на максимум! Я даже не поверил сначала, когда после завершения увидел её в тайминге на третьем месте к ближайшей гонке и на пятом — к заключительной. Но в то же время был рад, что ничего серьёзного с Лизой, судя по всему, не случилось.
За ту пробежку мне выписали предупреждение, а команде — штраф в тысячу евро. Похоже, федерация тоже не любит, когда один идёт другому на выручку…
Ландо ожидаемо взял оба поула… но тут в игру должны были вступить судьи.
Дело в том, что под самый конец второй квалы в барьер въехал Дарувала на «Хайтеке». Появились жёлтые флаги, но не все гонщики успели под них сбросить скорость. Я-то успел, так как об этом знал. А вот девять других пилотов — буквально половина всего пелотона! — провалили выполнение этой инструкции. Причём среди этих девяти были и Норрис, и Форман, и Гюнтер, и даже Эрикссон. Всем выписали по две позиции штрафа на старте второго заезда, что автоматически ставило меня на второй ряд вместе с Норрисом. Лизе же предстояло начинать гонку пятой.
С командой мы обговорили возможные варианты стратегии. Если мне удастся обогнать Норриса, то о борьбе за более высокие места придётся забыть, чтобы сберечь шины и обороняться от Ландо, потому что если я убью резину в погоне за лидерами, то британец точно меня пройдёт за нижнюю ступеньку на подиуме. Поэтому мы решили не рисковать, а самим поиграть «вдолгую», оказывая давление на Ландо по шинам. Йоэлу же сказали просто прорываться вверх с обидной пятнадцатой позиции.
Однако сюрпризов гонка не преподнесла. Айлотт, занявший итоговый поул, поехал в отрыв от Хьюза, а Норрис, с которым я и Лиза чутка поборолись на первом круге и на рестарте после вылета Пике, с лёгкостью оставил позади уже нас. При этом под конец у меня самого начались проблемы с резиной, и меня «съела» ещё и Лиза.
Остальные бодались между собой, и до нас им было далеко. В том числе и Йоэлу, который ничего не мог сделать с машинами впереди. Уик-энд у шведа определённо складывался не очень удачный.
В завершающем заезде этапа удача нам улыбнулась чуть больше. Стартовав третьим, я без проблем опередил Габсбурга, а Лиза — «розовую стрелу» Гюнтера. Но всё же у «Карлина» было преимущество по работе с резиной на этой трассе: Норрис опять от меня уехал, а Форман, наоборот, приближалась. В конце концов мне пришлось её пропустить. Иначе, думаю, она бы меня просто вытолкнула.
В целом, картина была ясна: «Карлин» прибавил. Из-за провалов Йоэла они на двадцать шесть очков обходили нас в кубке команд, и уже закрадывались лёгкие подозрения, что они-то его и выиграют, в то время как мы сможем потягаться лишь за личное чемпионство.
В зачёте пилотов расстановка сил теперь была следующая:
1. Ландо Норрис («Карлин») — 261 балл (5 побед, 11 подиумов, 7 поулов, 6 БК, 2 схода).
2. Елизавета Форман («Карлин») — 261 (2 победы, 10 подиумов, 3 БК, 1 сход).
3. Максимилиан Гюнтер («Према») — 258 (3 победы, 9 подиумов, 2 поула, 1 БК, 1 сход).
4. Я («Мотопарк») — 237 (2 победы, 8 подиумов, 2 поула, 1 БК, 2 схода, 1 ДСК).
5. Йоэл Эрикссон («Мотопарк») — 236 (4 победы, 9 подиумов, 1 поул, 3 БК, 1 сход).
6. Каллум Айлотт («Према») — 190 (3 победы, 7 подиумов, 6 поулов, 5 БК, 4 схода).
Двое гонщиков шли впритык. Трое — почти вплотную. Пять — довольно близко. Шесть — оставляли отдельную группу, которую остальные при всём желании не смогли бы догнать.
И у нас оставалось девять гонок на то, чтобы выяснить: кто сильнейший.
* * *
В это же время, Москва
— …Итак, Константин, мы очень рады, что вы откликнулись на наше предложение. Взамен вам гарантируется полная безопасность и отсутствие каких-либо претензий по поводу растраченных денег…
— Я так и знал, что вы не отстанете… Ладно, где подписать?
Этап 8. Нюрбургринг, сентябрь
Воскресенье, 20 августа, Зандворт
Лиза шла по пит-лейну, волоча за собой красный, утыканный наклейками саквояж. Над трассой сгущался вечер, и команды готовились разъезжаться по своим базам. В следующий раз они соберутся вместе лишь в сентябре, чтобы снова сразиться за звание быстрейших.
После аварии до сих пор немного мутило. Пришлось закатить такой скандал в медцентре, чтобы её допустили на остальные гонки… Но она своего добилась. И это стоило того: четвёртое и второе место, ещё один заслуженный подиум. Но…
Пальцы с силой сжались на ручке саквояжа.
Норрис… Как же быстро, всего за два этапа отыграл он своё огромное отставание. А учитывая, что команда теперь точно будет работать на него, можно заключить, что шансы на титул будут лишь таять.
«Гадство. Выиграв “четвёрку”, я так надеялась, что и в “тройке”, пусть и не с первой попытки, но всех порву… А что в итоге? Не-ет, вторым номером играть я не буду. Пусть пода…»
Она резко остановилась, заметив того, к кому подошла.