Страница 66 из 101
В зале поднялась волна возмущённых возгласов.
— Тихо, — не повышая тона, повторил Вэйлор.
— Тем не менее, Грань не вернула тебя домой, — качнул головой Рюдзин, когда Властелин Стали жестом позволил ему говорить. — А место, занимаемое мной, говорит само за себя: мне нет смысла идти против блага всех.
— Место? — хохотнул Властелин Востока. — Ты-то и заикаешься о месте, тощая ящерица? Твоё место — под хвостом у лошади!
Рюдзин неожиданно переглянулся с Нерисом, после чего с хлопком сложил веер и медленно обошёл кресло Властелина Запада.
— Наконец-то я могу это сделать, — с улыбкой сказал он, падая на мягкое сидение.
Повисла тишина.
— Ты не можешь!.. — возопил кто-то.
— Кто дал тебе право?!
— Чжэнь давно поддался безумию и сгинул, — хлопнул веером Рюдзин. — Эта тема не поднималась только потому, что Север, Юг и Восток решили придержать трагическую весть. На ваше же благо, дражайшие… хм, могу ли теперь назвать вас сотоварищами, любезные хранители? Родственниками? Братьями? А, не так уж и важно, как. Цветок остаётся цветком, Властелин — Властелином, а дракон…
— Это место должно принадлежать вану Юйлуню! — вдруг прорычал Хэн Фанг.
Властелин Водопадов поднял руку, заставив своего советника успокоиться.
— Тише, Фанг, — раздался его голос из-под вуали. — Место принадлежит Рюдзину по праву сильного и по согласию двух из троих — повелителя Ананты и повелителя Нериса.
— Они бы никогда не были заодно! — вскочил кто-то. — Всё подстроено! И вы, повелитель Гор, почему вы молчите?!
— Я могу не соглашаться с волей Севера и Юга, — развёл руками Властелин Востока, — вот только их глаза смотрели в одну сторону. Хотя, пожалуй, меня не затруднит повторить: место этой тощей ящерицы — под хвостом лошади, ха-ха-ха!
Уж не это ли было ценой, которую Нерис заплатил за жизнь Триши? Понятно, почему Ананта поддержал Рюдзина, но Нерис…
Чёрт, всё вышло из-под контроля! Теперь совет смотрел только на Рюдзина. Моя проблема перестала их волновать, когда кто-то, по их мнению не самый достойный, занял место Властелина Запада.
— Тишина! — громогласный голос Властелина Стали заставил всех заткнуться. — Довольно споров. Деяния Властелина не могут вредить Грани, а посему… посему повелитель Рюдзин действовал на благо всех нас.
— Именно-именно, — улыбаясь, согласился Рюдзин. — Всё, что я совершил, идёт на благо порядка. И чем вы скорее это примите, тем лучше будет. Всем нам, всем нам…
— Ты — не один из нас, — вскочил кто-то из драконов. — Жалкий дух, не сумевший справиться даже со своими обязанностями. Это место не может быть твоим!
— Вы оспариваете решение Юга и Севера? — чуть ли не прорычал Вэйлор, и в зале повисла могильная тишина — кажется, даже дышать перестали все, разом. — Вы, повелитель Хаэтьи, не согласны с регламентом, по которому избирается один из четырёх?
Больше никто возмущаться не стал.
— Закончим на этом, — вернулся к бесстрастному тону Властелин Стали. — Приношу извинения за сложившуюся сумятицу, однако дальнейшее ваше участие в совете…
— И кому она теперь будет принадлежать?! — опять вскочил не самый терпеливый дракон. — Вернёте её Нерису?
— Повелителю Нерису, — поправил Вэйлор, после чего посмотрел на Рюдзина. — Решение остаётся за создателем.
— Мне всё равно, — отмахнулся болотный гад, — пусть сама что-то решит.
Больше полусотни пар глаз уставились в мою сторону. По спине пробежали мурашки.
— Я… я вернусь в Корбеник.
Из зала совета не вышла — вылетела с такой паникой, что не разбирала путь перед собой. В ушах колотился набат, сердце стучало с перебоями, воздуха не хватало, хотя лёгкие работали исправно, и дышать получалось полной грудью.
Не то чтобы я возлагала на совет какие-то надежды, но эти слова… это отношение ко мне…
Там не было союзников. Триша права, никто не помогает мне просто так.
Никто.
Потому что Нерис молчал. Не встревал. И слова не вымолвил, даже не взглянул на меня ни разу. И то, что он… он знал, какое место занял Рюдзин. Более того — сам посадил его туда. С болотным гадом теперь не могут не считаться, не могут игнорировать его.
Меня кто-то поймал. Крепко сжал, ткнулся носом в мой висок, что-то зашептал. Я не вырывалась — не видела смысла.
Эти взгляды в конце, эти чёртовы взгляды…
— Госпожа, — донёсся до меня голос Шада, и я наконец-то поняла, что поймал меня именно он.
Не кто-то из слуг, не кто-то из драконов. Шад.
Мой верный телохранитель.
— Пожалуйста, — всхлипнула я и совсем обмякла, — по имени. Не надо этого. По имени, по имени…
— Рита, — послушно исправился он. — Я… я рядом с вами. Расскажите мне.
— Да какой… — глотая слёзы и пытаясь восстановить дыхание, отозвалась я. — Да какой в этом всём смысл, чёрт подери?! Я не знаю… не знаю, кому верить, что говорить… какой смысл?! Ничего не поменялось, ничего! А я верила, верила ему! Думала, что он защищает!
— Рита, — повторил Шад и аккуратно поднял моё лицо.
— И ты, и тебе!.. — не знаю, кто укусил меня за пятку, но истерику было уже не остановить, и я дёрнулась, насколько хватало сил. — И ты, ты!..
Даже одной рукой он держал меня достаточно крепко.
— Что — я? — сощурился телохранитель.
— Я тебя не понимаю! — заорала прямо ему в лицо. — Госпожа, служение, вот вся эта чертовщина! Почему я?! От меня никакой пользы, я тебе никак не помогу, никак не защищу, если… если кто-то из них… да я здесь в положении куда хуже, чем у тебя. Я никто! Никто.
Нервные смешки сами вырвались наружу вперемешку со слезами.
— С момента своего появления я служил, потому что такова моя природа, — чуть отстранившись, Шад наклонился ко мне и аккуратно вытер слёзы. — Мне предназначено быть фамильяром. Но с вами… с вами всё не так. Я знаю.
— Не убедил, — отведя взгляд в сторону, проворчала я.
Но эмоции мигом затаились, заняли выжидательную позицию. Этот перепад пугал, однако я понимала — окажись передо мной Рамон или кто-то ещё, продолжила бы истерить без оглядки на то, какой меня увидят. А вот перед Шадом расходиться во всю силу было стыдно.
— Вы важны мне…
— Тогда обращайся ко мне на «ты», — выдохнула я и украдко взглянула на него.
Видимо, у меня совсем уже крыша поехала, но вся эта ситуация и его слова… это позволило как-то собраться, остановить слёзы. Переключиться на что-то более понятное и простое. Почувствовать хоть какую-то почву под ногами.
— Я не могу проявить к вам неуважение, — нахмурился Шад.
— От обращения уважение не зависит, — ткнувшись в него лбом, возмутилась я и обняла его. — А мне… мне так будет приятнее.
Шад весь одеревенел.
— И… извини меня, — прошептала я. — За то, что было до этого. Я обещала выпустить тебя, как только ты попросишь, но не сделала этого.
— Ты беспокоилась обо мне, — глухо отозвался друг, находясь мыслями где-то совсем не здесь.
— Это не оправдание.
Поняв, что ему может быть неуютно, я всё-таки отстранилась. И заметила, что Шад превратился в ярко-алый помидор — от подбородка и до кончиков ушей. Когда наши взгляды встретились, он закрыл лицо руками.
— Вы… ты… вы…
От его смущённого бормотания камень с души свалился. Сложившуюся ситуацию это не меняло, но теперь меня хотя бы не трясло в панике и плакать не хотелось.
Хотелось напиться и выкурить трубку. Лучше бы подошли сигареты, потому что трубка воспринималась как нечто, чем стоило наслаждаться, а не нервно затягиваться, думая о том, как из жопы выбираться. Но и так — сойдёт.
Внезапно Шад переменился в лице и заслонил меня собой. Я робко выглянула из-за его спины и увидела Нериса.
Приятно, что друг увидел опасность и в своём наставнике. Встал между нами. Я не объяснила ему всего, не назвала имён, только расплывчато жаловалась и всхлипывала, а он…
Впрочем, Шад знал Властелина Севера лучше, чем я.
— Могли бы мы… поговорить? — Нерис выглядел несколько пристыженным и виноватым.