Страница 26 из 1564
Двадцать шестого снег прекратился, облачность поднялась, и синоптики дали 2500, как ее нижнюю границу. Звено вылетело на облет района Кухмо. И тут выяснилось, что карты, предоставленные штабом армии, не имеют ничего общего с имеющейся конфигурацией дорог у противника. 54-я наступала по самому настоящему болоту. Дорога, которая по картам еще царского Генштаба, была, в настоящее время отсутствует. Разветвленная сеть проселочных дорог находится юго-западнее места начала наступления и занята противником. Очень много «вороньих гнезд» на деревьях. Это – воздушные и артиллерийские наблюдатели. Чтобы выполнить полный облет этой сети дорог, требуется три-четыре вылета. Основная сплошная линия обороны проходит по западному берегу реки Хуккайоки, примерно в пяти километрах от линии границы, использует все удобные для обороны места и перекрывает все лесные дороги. Глубина обороны на большинстве участков более тридцати километров.
Сам командующий не прилетел, приказал доставить все ему в Петрозаводск. Пришлось Кузнецову с раненой рукой лететь в Пески на У-2, пассажиром. Остальным предстояло совершить еще три вылета, чтобы завершить рекогносцировку. Но погода нас не баловала, вновь пошел снег и облачность опустилась. Противник активности не проявлял, его истребители работали исключительно по неохраняемым бомбардировщикам и связным самолетам. Те самые «вороньи гнезда» заменяли ему локатор. Там сидели добровольцы-наблюдатели, которые определяли марку самолета и передавали это в штаб ВВС/ПВО округи. Вступать в бои с истребителями полку LeR1 во избежание потерь воспрещалось. И тут наши локаторы засекли финскую батарею. Базы в тридцать километров хватило, чтобы высчитать ее координаты. Самим нам ответить с земли было нечем, пришлось взлетать парой, и отстреляться ракетами с малой высоты. Смогли повредить тягач и грузовик с расчетом. Еще до вылета сообщили в штаб армии о том, что засекли и вылетаем.
В этот раз Штерн прилетел лично, тем более что орудие смогли захватить и подорвать пограничники Ребольского отряда, ведь экспедиция жила у них, и их тоже беспокоили эти обстрелы. Эвакуировать орудие оказалось невозможно. Тогда и удалось задать вопрос командующему об орудиях корпусной или армейской артиллерии и о возможности вести контрбатарейную игру. Только перемещаться надо к Лендерам, там сосредоточена артиллерия противника. Там находится узел ПВО и какой-то штаб (8-й дивизии финнов, как позже выяснилось). Выяснилось, даже дивизионные артиллерийские полки участия в наступлении не принимали. Передовым полкам, кроме 76-мм «полковух» и противотанковых «сорокапяток», бороться даже с деревоземляными огневыми точками просто нечем. А основной артиллерии Красной Армии только дали команду подтягиваться к передовой. Вторая проблема: полное отсутствие бронированных бульдозеров. 54-я дивизия не окружена, она засыпана снегом, и противник не дает возможности почистить путь, по которому она прошла. Одиночные снайперы выбивают механиков-водителей и совершают обстрел групп прикрытия, рассеивая их. Требуется возводить опорные пункты и вешать на танки скреперы, как это сделали по нашему рецепту в 44-й дивизии. Определили основной наблюдательный пункт противника на горе Риковара. Еще один, поменьше, находится на вершине горы Хоманвара. Четырехугольник дорог в четырех километрах от границы – ключ к узлу обороны. Так как по дороге и окрестным лесам вообще никто не ходит, но видны свежие воронки, то участок минирован, а подрывается зверье. Многие хутора вообще стоят не занятые никем, видимо, местных жителей финны отселили и круто им не доверяют: они и русскоязычные, и православные. Церквушек с православным крестом сохранилось довольно много.
Командарм долго шевелил своими усиками, прежде чем слово молвить.
– Меня интересует треугольник Вяртсиля – Сортавала – Колатсельга. Отсюда достанете?
– Если с посадкой в Петрозаводске, то да, достанем, но наши локаторы туда не достают.
– А они там очень нужны?
– Соседи говорят, что активность авиации финнов там высокая.
– Есть такое. Ну, что ж, вот, высота 242,0, Лиозотур. Там находится ЗНП армии. Подъехать можно через Поросозеро, проводят. Третью станцию – установить в Кинелахти, там горушка прямо в поселке, доминирующая над местностью. Сами же жаловались, что база маловата. Такой треугольник устроит?
– Великоват, точность уменьшится, возможно, придется еще станции ставить.
– Ставьте. Вот, знакомьтесь, комкор Воронов, начальник артиллерии РККА. Николай Николаевич, вы познакомились с установкой? Что скажете?
– Моя фамилия, оказывается, фигурирует в составе их комиссии, вот только я об этом узнал всего день назад. Метод расчета баллистических кривых мне не совсем понятен.
– Это метод интерполяции, для уменьшения среднеквадратической ошибки. Имеет свои недостатки, но позволяет создать электромеханические вычислители, значительно ускоряющие работу. Оптимальное расстояние между станциями данной мощности – пятьдесят километров, товарищ комкор. – поздоровавшись и пожав протянутую руку, сказал Петр.
– Это мне уже говорили и показали опытный прибор-синхронизатор измерений. Для двух и более станций. – «Видать, Владимир Иванович расстарался, на “Ленинку” работает», – подумал я, но вмешиваться в диалог не стал, Петр сам твердо усвоил достоинства и недостатки прибора, который было необходимо синхронизировать во что бы то ни стало. Внимание со стороны начарта РККА вполне шло в русле задуманного.
– Ну, меня последнее время просто задергали всякими комиссиями и рассмотрением изобретений, которые чаще всего оборачивались фикцией, поэтому я дал команду адъютанту этими запросами меня не беспокоить. Хотелось бы ознакомиться с результатами тактического взаимодействия довольно дорогостоящей техники с войсками.
– Николай Николаевич, мы на войне, а не на рынке. Результат есть: артиллерия 9-й армии разгромила 9-ю дивизию финнов и разблокировала 163-ю дивизию, в результате действий одного звена самолетов-разведчиков и одного прибора. Так что прибор уже окупился, – за всех ответил Штерн и продолжил: – А у меня артиллерия отстала, благодаря предвоенным планам, и действовать пришлось опять этому же звену и погранотряду. Одним орудием крупного калибра у финнов стало меньше, плюс теперь я могу на направлении Кумхо задействовать более грузоподъемную авиацию, так как начал контролировать воздушное пространство в этом районе, и имеющихся истребителей должно хватить. Я ведь попытался снабжать 54-ю дивизию с помощью транспортников и Р-5, так их сбивать финны начали, пришлось истребители задействовать, а это просто смешно. Но после сброса груза они превращались в грозную технику, и потерь стало много меньше. Что скажете?
– Разрешите, товарищ командующий? – вновь подал голос неугомонный Петр, того и глядишь настроит против себя Воронова.
– Говорите.
– Сорок девятый полк не имеет связных радиостанций, судя по пятой эскадрилье.
– Николай Николаевич, а где Найденов?
– Да здесь он, вместе со мной прилетел, ушел на радиостанцию и до сих пор не вернулся.
Тут Петя всех «приколол»: достал из нагрудного кармана плоскую станцию и вызвал начальника радиостанции. После тех событий на Гусинской заставе они четыре таких «ходилки-говорилки» сделали и все машины первой группы испытателей были снабжены этими устройствами. Одна из них находилась в кунге РСБ, у начальника радиостанции. Дальность у них была махонькой, а батарею приходилось отдельно носить в другом кармане, но работала.
– Второй – первому.