Страница 36 из 73
— Тяжелый крейсер противника выходит из боя. Легкий крейсер противника уничтожен. Фрегат противника уничтожен…
Несмотря на плотный заградительный огонь, еще часть ракет сумела пробиться к целям. Пошли попадания и новые доклады об уничтоженных и пораженных кораблях. Тактические анализаторы пытались определить степень повреждения вымпелов противника и показатели оставшейся у них боеспособности. Данные на столе тактика менялись каждую секунду.
Десять вражеских отметок исчезло. Марк нахмурился, задумчиво почесав переносицу. Десять кораблей за три сотни ракет! Причем ни одного корабля первой линии! Жертвами в основном стала всякая мелочь, сбитые щиты «Старого Наемника» не в счет. Ракетный залп оказался куда менее эффективен, чем он рассчитывал. Все-таки наемники сделали выводы из прошлых побед дома Фобос и разгрома флота дома Гарат. Да и корабли у наемников куда лучше, чем у большинства Благородных домов и среди них преобладают легкие крейсера и фрегаты, многие из которых изначально создавались для прикрытия кораблей первой линии от ракетных атак.
Собственно во многом именно поэтому малышей и таскают с собой в общем строю, не давая им действовать отдельно от кораблей первой линии.
Но если эффективность ракетной атаки оказалась куда меньше ожидаемой, то появление флота дома Фобос и дальнейший анализ сил вызвал в рядах наемников закономерную панику. От Марка не ускользнул тот факт, что произвести маневр под названием отступление первым решила часть кораблей на правом фланге построения наемников. В том числе и крейсер Вереса. Спешно развернувшись в сторону зоны перехода в SCT-1122, они стали постепенно ускоряться, сразу обозначив свое нежелание самоубиться о стену кораблей первой линии дома Фобос.
Решение поспешное, но разумное. При таком соотношении сил лучше заранее отступить, пока все не закончилось постыдным бегством.
Дурной пример оказался заразителен. Корабли наемников стали спешно разворачиваться и уходить. О сопротивлении никто не думал. Да и восемь лидеров прорыва делали его перспективы весьма туманным.
Если при внезапной атаке на близкой дистанции у наемников и были хоть какие-то не слишком большие, но все же шансы на победу, то в прямом противостоянии этих шансов просто не было. Небольшое численное преимущество нивелировалось тотальным превосходством дома Фобос в огневой мощи. Путь к отступлению был свободен, а шансы выдержать недолгий огневой контакт при привязке довольно высоки — вот наемники и не стали корчить из себя героев.
— Построение Р-1. Приготовиться к ракетной атаке! — донеслось по общему командному каналу.
Часть фрегатов и корветов, шедших во втором эшелоне, начала ускоряться, постепенно догоняя и обгоняя лидеры прорыва и тяжелые крейсера, выстроившие в пространстве четкий вертикальный квадрат, центром которого стали «Сантьяго» и «Октавиан Август».
— Пять минут. Альфа ноль, ноль, сорок четыре. Цель групповая скоростная. Сто двадцать четыре единицы, — подтвердил слова Джи оператор сканера пространства «Октавиана Августа».
Ракетная контратака наемников не стала неожиданностью даже для Марка. Для наибольшей эффективности работы систем ПРО, вымпелам дома Фобос придется немного изменить курс, что выльется для наемников в выигрыш столь необходимого им для привязки времени.
— Курс ноль, двадцать. Альфа ноль, ноль, сорок четыре. Ориентация в пространстве по «Сантьяго», — быстро сориентировалась Джи, внося поправки в курс флота, чтобы корабли могли более эффективно использовать максимальное количество систем ПРО.
Марк сжал и разжал кулаки, прогоняя кровь по занемевшим рукам. В использовании ракет есть один недостаток — у противника тоже есть ракеты. И он (вот ведь подлый гад!) их использует.
Множество красных точек вошли в зону действия первых систем ПРО. Хаотично заметались, пытаясь обмануть системы наведения. Часть из них исчезла. Но другая прорвалась к своим целям. Восемь ракет прошли сквозь жидкий строй кораблей первого эшелона и рванулись к «Октавиану Августу». Четыре отметки тут же исчезли. Еще три почти сумели достичь цели. Но «почти» в бою равно поражению. И только последняя ракета, сделав невообразимый, больше похожий на цирковой кульбит маневр, впилась в нос лидера прорыва.
«Октавиан Август» слегка вздрогнул всем корпусом. Консоль перед Марком мигнула, переживая скачок напряжения в сети.
— Щит семьдесят шесть! — доложил один из операторов.
— Пожар в C-12. Обесточены сектора C-11, C-13, C-14, — вторил ему сосед.
Переведя дух, Марк впился взглядом в показатели кораблей дома Фобос. По всему выходило, что обошлось без потерь. Попадание в «Октавиана» не стало единственным, но большинство ракет все же удалось сбить. А оставшиеся только и смогли, что просадить щиты нескольких вымпелов, не нанеся серьезных повреждений. Все же ракеты не зря считаются вспомогательным оружием. Ударить из засады, добить поврежденные вымпелы противника, выходящие из боя — вот их главное предназначение. А в лобовой атаке по готовому врагу они разом теряют свою эффективность.
— Тактикам кораблей распределить цели в порядке коэффициента эффективного поражения. Огонь по готовности! — Приказы от Джи по общему командному каналу шли один за другим. А единственной задачей Марка было подтверждение тех из них, что касались «Октавиана Августа».
Определяясь с будущей жертвой, одна из башен «Октавиана Августа», хищно поводила стволами лучевых орудий главного калибра, выискивая достойную их ужасающей мощи цель. Точно определить точку упреждения не представлялось возможным — дистанция и маневры уклонения делали свое дело. Проанализировав маневры цели, система наведения выбрала несколько наиболее вероятных точек, предоставив канониру выбрать одну из них. Когда живой, зато обладающий таким качеством как удачливость придаток к умной автоматике сделал свое дело, башня открыла огонь.
Выплюнув толстые лучи, два ствола выбросили из систем охлаждения похожее на пороховой дым облачко хладагента, которое тут же рассеялось. Первый луч прошел мимо цели, зато второй оказался точным и мазнул по корпусу лишившегося щитов легкого крейсера, испаряя металл брони. Когда он иссяк, борт корабля обзавелся длинным обгоревшим шрамом на внешнем бронекорпусе, неважно выглядевшим, но не слишком опасным. Тактический анализатор башни провел оценку повреждений противника и уменьшил коэффициент боеспособности цели на два процента — помимо корпуса луч повредил одну из оборонительных турелей.
Но на этом неприятности для попавшего в фокус внимания «Октавиана Августа» легкого крейсера не закончились. Еще несколько пучков лучей соединили на короткий миг его корпус со стволами орудий лидера прорыва. И одно из этих попаданий стало фатальным. Пробив внешний и внутренний бронепояс, один из лучей добрался до ракеты, оставшейся в одной из ракетных шахт.
Почему легкий крейсер не выпустил ее? Была она неисправна или капитан, он же и хозяин корабля решил сэкономить, ведь закупка вооружения тяжким бременем ложилось на его карман — это так и осталось неизвестным. Сначала детонировали топливные баки, а затем и боеголовка.
Крейсер вздрогнул всем корпусом, словно по нему ударили гигантским молотом, большая часть его правого борта исчезла, поглощенная энергией взрыва. Но и это не стало концом. Потеря значительной части маневровых двигателей снизило эффективность маневров уклонения и системы наведения «Октавиана Августа» хладнокровно рассчитали необходимое упреждение. Слаженный залп всех лучевых орудий поставил точку в судьбе так и оставшегося для Марка безымянным легкого крейсера. Потеряв управление он начал хаотичное вращение, поспешно отстреливая в холодную пустоту спасательные капсулы.
Бой продолжался. В такие моменты Марк не следил за временем. Прилив адреналина делал время какой-то абстракцией, счет шел только на количество выстрелов и попаданий. Последних, впрочем, больше не было.
Несмотря на потери, большая часть кораблей наемников все же достигла зоны привязки. Дистанция все еще была велика, делая точное прицеливание той еще лотереей с неопределенным исходом. «Октавиану Августу» с его целью просто повезло. Остальные вымпелы наемников прорвались через яростный огонь не получив серьезных повреждений.