Страница 142 из 175
— Папа о твоей встрече с Юрком будет знать через десять минут или уже знает. Тарасов ему уже, наверное, сообщил.
— Ну что ж, это, по-моему, соответствует нашим планам.
Они прошли зал под пристальными взглядами вооружённых людей и остановились у дверей.
— Да, соответствует, только ты не забывай, что у нас с тобой должна состояться встреча, — напомнила ему Людмила. — Я не хочу, чтобы Папаша прикончил тебя до того, как мы встретимся.
— Вы так говорите, как будто это свидание.
— Приезжай и узнаешь.
Вот и встретились, поговорили с местными «предпринимателями». У него, кажется, даже голова поболела немного, от пережитых ощущений, наверное. Горохов шёл к КПП по солнышку и совсем не замечал жары. В карманах взрывчатка и аккуратный тяжёлый сверточек. Он достал его, развернул, чтобы убедиться: так и есть, отличная оловянная проволока, свёрнутая в моточек. Тысяча рублей, если не больше. Господа «предприниматели» знают, чем соблазнять небогатых инженеров. В принципе, ситуация была ясна.
Молодой Рыня заявил, что Папа им поперёк горла, но он транслирует чужие мысли. На самом деле местный «бомонд» решил дистанцироваться от главного местного бандита. Мол, Папаша Дулин в списке Трибунала на первом месте, а мы-то тут при чём? Мы не при чём, мы не с ним, мы сами по себе, и вообще, мы предприниматели, а не бандосы. Если бы они просто хотели подсидеть Папу, то светиться не стали бы, ждали бы, пока какой-нибудь очередной уполномоченный или даже военные Папочку не похоронят. Вот тогда дождался бы Юрок папин трон, и денежки не нужно было бы тратить и рисковать нужды бы не было. Но нет, они сбилась в стаю и готовы помогать правосудию, готовы рисковать и тратить деньги, а значит… Хотят уйти от криминала, пока ими самими не заинтересовался Трибунал. Или… или здесь затевается что-то такое, что напугало даже этих тёртых калачей. Может, это то самое строительство? Слишком много вопросов. Слишком много. А кто на эти вопросы может ответить? Горохов остановился в тени одного красивого дома и достал сигарету, обычно он так часто не курил, но тут что-то захотелось.
«Перспективы», «респектабельным». Эти слова не давали ему покоя. «Юрок читает-то, наверное, с трудом, откуда он их знает?». И кто же ему их нашёптывал длинными жаркими ночами?
Люсичка. Сногсшибательная красотка с глазами цвета янтаря. Хладнокровная и беспощадная баба по кличке Проказа. Женщина, готовая убивать и ложиться в постель с кем угодно, хоть с банкиром-жуликом Брином, хоть с бандосом Юрком Дулиным. Что её интересовало в Губахе? Биологические материалы, конструкты из санатория. Что её интересует теперь? Да то же самое. Для этого она его руками убрала доктора Рахима. И теперь, управляя бандосами помельче, хочет убрать главного бандита. Для чего? Да для того, чтобы ей уже никто не мешал в этом городе делать то, что она захочет. И Юрок ей верит, слушает её с открытым ртом. Неудивительно, она умеет убеждать и добиваться поставленной цели, как никто другой. Людмила Васильевна, Люсичка Проказа, поглядишь на её маникюр и ведь никогда не подумаешь, что это вовсе не крашеные ноготки, а настоящие когти пятиметрового варана. С ней нужно быть осторожным.
Так размышляя, Горохов дошёл до проходной, где дежурный без всяких вопросов выдал ему его оружие. Пластид ему не пригодился. Пока.
— Слушай, тут у меня одна мысль есть, — сразу начал Баньковский, как только Горохов заглушил двигатель мотоцикла.
— Мысль? — Горохов вздохнул. Сейчас он шёл в свою палатку и собирался поесть и ещё подумать над всем тем, что услышал на сходке. И заодно над предложением Людмилы Васильевны встретиться на нейтральной территории. Но Толику нужно было ответить. — Ну и что это за мысль?
— Тут эти деятели… ну эти, из «Инженерных решений», нового бота-техника привезли, пока тебя не было.
— Что? Бота прислали? — инженер остановился. — «Айтуган и Рыня… Молодцы, хотят показать, что они уже готовы оказывать любое содействие».
— Да, привезли, и Дячин говорит, что этот новый ещё умнее, чем прежний, — рассказывал Баньковский. — Дячин сказал, что этому новому можно задавать расширенную программу.
— Интересно, — произнёс Горохов, — ну а мысль-то у тебя какая?
— Слушай, а почему бы нам не заняться торговлей этими ботами? А? Вот подумай, на севере ничего подобного почти нет, только разнорабочие, а умных нет совсем.
— Надо будет обдумать, — ответил инженер, надеясь, что на этом их разговор будет закончен.
— А что тут думать? — Толик уже проникся идеей и готов был убеждать его. — Ты представляешь, какие деньги на этом можно зарабатывать? И никакой воды не нужно, купил тут, продал там, ты ведь знаешь людей из водокомпаний?
— Толя, я подумаю, — обещал Горохов, и скрылся в палатке.
— А когда подумаешь⁈ — орал с улицы Баньковский.
— Толя, отстань, я сажусь есть.
Горохов сел, ожидая, пока Самара подаст еду. Она молчала, всё ещё была зла на него за историю с серёжками, а это ему было даже на руку. Инженеру нужно было всё обдумать, так как разработанная им операция входила в завершающую фазу. Самую опасную фазу.