Страница 110 из 175
Глава 45
От двух дюн, где осталась Самара, до белого дома, к которому ему нужно было попасть, расстояние шесть километров, не больше. Но учитывая то, что он рассчитывал подойти к дому с запада, так, чтобы у даргов, охраняющих дом, и мыслей насчёт какой-либо опасности не было, то расстояние сразу увеличивалось на пару километров. В общем, за час он прошёл около половины пути. Луна уже вползла на небо, тени стали резкие, контрастные.
У него чуть сердце не остановилось. Из черной тени камня, мимо которого он собирался пройти, вдруг выросла другая тень, быстрая и огромная. Инженер едва не нажал на спусковой крючок, но за мгновение до этого понял. Он напугал стаю мотыльков-трупоедов. Горохов, переведя дух, убрал обрез и включил фонарик. Под камнем лежала здоровенная сколопендра, которой мотыльки уже лакомились. Мотыльки убить многоножку не могли, а кто мог? Дарги? Нет, сколопендра свежая, а выстрелов он не слышал. Большой варан с крепкой шкурой? Запросто. Но варан от своей добычи не отойдёт, пока всю её не сожрёт, да и следов на песке нигде нет. Шершни, только они. Хотел постоять немного, отдохнуть, но какой теперь тут отдых. Инженер поспешил уйти с этого места, снова меняя своё направление.
Вскоре в просвете между барханами он увидел далёкий свет, который уже не могла приглушить своим светом луна. Он шёл с юго-востока. Горохов достал оптику, влез на бархан и присмотрелся. Так и есть, это то, что ему нужно. Светлое пятно — это большой белый дом с мачтами ветротурбин и поблёскивающими в лунном свете солнечными панелями. Расстояние — пара километров. Но учитывая, что ему придётся подходить к нему не по прямой — три. Ему оставалось пройти ещё пару километров, и операцию можно было начинать.
Признаться, дорога далась ему очень непросто, инженер давно так не выматывался. Но он был уверен, что это всё от жары, и что он в хорошей форме.
Он нашёл небольшой камень у огромной поляны кактусов. Свалив под ним свою ношу, Горохов, распугав целое семейство ящериц, взобрался на камень и снова стал разглядывать в оптику теперь уже отлично различимый дом. Да, теперь Горохов не сомневался — он в исходной точке. Он спустился вниз и взял в руки рацию, нажал кнопку передачи.
— База, говорит странник, как слышишь, приём.
— Слышу отлично… Ну что ты так долго? — донеслось из рации уже через пару секунд. — Приём.
Ответ пришёл очень быстро. Она, что, сидела с рацией в руках, что ли? Говорила Самара с упрёком. Казачка, наверное, волновалась, но это её не оправдывало. Он ей, конечно, ещё выскажет за эти вольности. Никто, даже если он перехватит их разговор, не должен ничего понять. Слова, дающие хоть какой-то намёк на хоть на что-либо, должны быть исключены из употребления. Долго, не долго, откуда и куда, что, как и сколько, имена, координаты, топонимы — всё это произносить в эфир нельзя. Но на самом деле он должен был ей всё это объяснить, а не удовлетвориться тем, что казачка знает рацию и имеет навык работы с ней.
— Я на месте, можешь начинать, но не спеши, заходи с запада. Но близко не подходи. Держи ту же дистанцию, что и в прошлый раз. Приём.
— Поняла, начинаю. Конец связи.
Вокруг много саранчи, гекконы тявкают, дрофы кричат вдали, кажется, степь наполнена звуками, но среди этих привычных им звуков дарги сразу узнают звук моторчиков. Дроны — это то, что эти дикари ненавидят больше всего. Только дроны с камерами позволяли людям эффективно уничтожать даргов в их естественной среде обитания. Так что если твари, сидящие у входа в дом, опытны, они, услышав ненавистный им звук, переполошатся. А это было как раз то, чего Горохов пытался избежать. Он хотел всё сделать тихо. У него было несколько минут, пока дрон доберётся до нужной точки, и это время инженер собирался использовать с толком. Он сполз с камня, включил фонарик и осмотрел ноги. Искал клещей. Обувь, обмотки. Не нашёл. Очень хотелось сесть на песок. Но в этих местах, тем более рядом с кактусовым полем, этого делать было нельзя. Тут клещей должно было быть столько же, сколько и кактусов. Вот теперь время: он достал ту самую трубку и прикрутил её к стволу пистолета. Это очень простая и в то же время эффективная вещица. Пламя- и звукопоглотитель.
Он уже поработал с подобным приспособлением на стенде.
Инженер был человеком не очень эмоциональным, но пистолет с глушителем посчитал гениальным изобретением древних. Не то чтобы он был каким-то фанатиком разнообразного оружия, к оружию он относился с пониманием и уважением, но это оружие его не оставило равнодушным. Хлопок выстрела, произведённый через глушитель, был в несколько раз тише обычного выстрела. Казалось, что механизм оружия производит шума больше, чем сам выстрел. А ещё трубка гасила пламя. В общем, это было очень и очень страшное оружие ближнего боя, позволявшее его обладателю максимально эффективно использовать внезапность и чувствовать себя в относительной безопасности в первые, самые важные, секунды огневого контакта.
— Я на месте. Приём.
Он был рад слышать голос этой женщины, даже такое её участие значительно облегчало выполнение задачи.
— Обойди объект, близко к нему не приближайся. Приём.
Горохов не зря рисковал, посвящая Самару в это опасное дело, не зря тащил её с собой через реку и опасные пески. Не прошло и минуты, как она снова вышла на связь.
— Дарги!
«Глупая, орёт на весь эфир». Он морщился и надеялся на то, что сейчас в округе ни у кого нет рации, настроенной на их волну.
— Их не двое! — продолжает казачка. — Приём.
Но делать уже нечего, теперь прямо в эфире переучивать её он, конечно, не собирался, теперь он хотел побыстрее закончить эфир.
— Сколько и где они? Приём.
— Трое сидят перед входом.
«Трое! Днём там было два урода. Усиление на ночь? Или еще один охотился, когда мы осматривали дом в первый раз?»
— И ещё двое чуть дальше на дороге, сто метров от дома к реке. Жрут что-то. Приём.
«Пятеро. Это слишком много, — Горохов задумывается, — тут одной внезапностью дело уже не решить».
— Ты меня слышишь? Приём, — доносится из рации.
— Слышу, — отвечает инженер. Молчит пару секунд, обдумывая ситуацию, а потом принимает решение. — Тихонечко обойди дом и посмотри, нет ли даргов у южной двери. Приём.
— Поняла. Приём.