Страница 2 из 10
– И что? Это какой-то показатель к тому, чтобы не иметь возможности их завести?
– Простите! Я сама не понимаю, что говорю! Я не похищала его! Я просто нашла его у себя под столом, а потом начала искать его маму и не нашла… – начав истерически объяснять и извиняться, свела она фразу на нет, замолчав в конце предложения. Видать, слова закончились.
– Яй! – отвлекает опять наше внимание на себя Рустик, и я со вздохом понимаю, что сын с места не сдвинется, пока не доест.
– Докормите его, и мы забудем о произошедшем, – великодушно киваю я в сторону молочной каши, стоящей перед ними на столе. Киваю официанту, чтобы принес мне кофе, и сажусь за столик.
Мика
– Не думали подрабатывать няней? – прилетает неожиданный вопрос от Нурлана. И нет бы мне пошутить насчет того, что глупо было бы возвращаться к истокам, я тупо качаю головой, как всегда теряясь в его присутствии.
Но разве можно меня винить, когда рядом такое сосредоточие мужественности и красоты? Красивее мужчины я в жизни своей не видела!
– А если я повышу вам оклад? – прищуривается он. – Смотрю, опыт обращения с детьми у вас есть.
– Вы хотите, чтобы я работала на вас няней? – не понимаю я его затеи. Зачем нанимать бухгалтера на роль няни?
Опыт у меня, к слову, имелся. Вынянчила двоих замечательных деток своих предыдущих хозяев.
– Это ненадолго, – словно в этом нет ничего необычного, кивает он. – Скажем, начнем с трех дней и посмотрим, как пойдет.
– Что пойдет? – глупо хлопаю я глазами, отвлекаясь от кормления пухлика.
– Ваше общение с этим… С моим сыном, – исправляется он, хотя явно собирался сказать что-то другое.
Я же опять впадаю в ступор от его слов о сыне. Откуда взялся ребенок, если он не женат? У нас ведь не принято рожать до брака… Или это ребенок от одной из его любовниц?
Сердце в очередной раз колет от болезненной ревности, и я обзываю себя последними словами за свою глупость.
Это какой же дурочкой надо быть, чтобы влюбиться в этого бабника, который только и делает, что порхает от одной бабочки к другой?
Но разве сердцу прикажешь? Оно, глупое, всё на что-то надеется…
Может, это и есть мой шанс? Если я соглашусь быть няней, он, может, и обратит наконец на меня внимание!
– А как же моя основная работа? – спрашиваю я, решившись. Ведь не просто так этот чудо-ребенок набрел именно на меня? Что это, если не знак свыше?
– Останется за тобой, не переживай. Мне сейчас главное – найти того, кто управится с ним, – кивает он на довольно лопающего кашу малыша. – Я уже устал искать нянек. У меня сроки, как ты знаешь, так что твоя задача – сладить с ним. Твоя зарплата останется за тобой, так же как и дополнительная оплата няньки.
Чуть было не ответив, что не нуждаюсь в оплате, успеваю прикусить язычок в последний момент. Ну кто в наше время соглашается работать за просто так? Он же сразу поймет, что что-то не так!
– Хорошо, – киваю я смиренно. – Когда мне приступать?
– Прямо сейчас, – допив кофе, встает начальник. – В шесть занесешь его в мой кабинет.
– Подождите! – в панике прошу я его. – Где же мне с ним сидеть всё это время?
– Ладно, можешь побыть в моем кабинете, там хоть диван есть, – вздыхает он и уходит, пока я продолжаю сидеть в полнейшем шоке.
– Ну и вредный же у тебя папочка, пухлик.
Глава 2
Мика
«Интересно, о чем думало мое глупое сердце, влюбляясь в этого бессердечного?»
– спустя два дня думаю я, поднимаясь на лифте в его квартиру.
– Где тебя так долго носит?! – рычит он, только открыв для меня дверь своего пентхауса.
– Пробки, – пожимаю я плечами, уже по опыту зная, что длинных объяснений он на дух не переносит.
Спасибо хоть за такси платит, иначе бы мне пришлось вставать в пять, а не в шесть. Я уж молчу про утреннюю давку в метро.
– Всё, я ушел, буду в девять, – тут же надевает он пальто, даже не дождавшись, пока я отойду с порога.
– Как это в девять?! – возмущаюсь я. – Рабочий день заканчивается в шесть!
– Рабочий, может, и заканчивается, но у меня дела, – словно это само собой разумеется и я могла бы догадаться сама, говорит он.
– А у меня вы спросить не забыли, может, у меня тоже дела?! – не могу я сдержаться.
За эти два дня господин начальник уже изрядно вытрепал мне нервы, наравне с главным бухгалтером, который, несмотря на то, что получил приказ не трогать меня, то и дело приставала с разными поручениями и требовала того или иного документа.
– За те деньги, что я тебе плачу, у тебя других дел кроме моего ребенка и быть не должно, – высокомерно заявляет мне этот небожитель и выходит из квартиры, хлопнув дверью.
– Ну, супер! Золушка, сделай это, сделай то! – зло бурчу я себе под нос, наконец разуваясь и вешая свой пуховик в шкаф. – Вот тебе и шанс на любовь!
Иду на поиски своего сладкого пухлика, который, как и ожидалось, преспокойно себе спал в хозяйской спальне.
Мне было жутко неловко и волнительно каждый раз, когда я заходила сюда. Учитывая то, сколько раз в своих мечтах я тут побывала… Ну нет! Не надо сейчас опять превращаться во влюбленную дурочку!
Хватит уже того, что я как последняя идиотка заглядываю ему в рот, терпя просто ужасное отношение!
Даже когда я работала служанкой, со мной так не обращались!
На самом деле семья, принявшая меня после смерти моей единственной родственницы, стала мне очень близка. Именно они помогли мне получить высшее образование и встать на ноги. Муж моей бывшей хозяйки даже выкупил для меня квартиру, за которую я вносила платежи каждый месяц, сумев избежать ипотеки и огромных процентов.
– Новый год скоро, а жизнь всё та же… – грустно вздыхаю я, подходя к окну и смотря на круживший снег. – Ничего волшебного так и не предвидится.
– А-а-ах, – раздался вдруг ленивый лепет проснувшегося малыша, отвлекая меня от невеселых дум.
Качнув головой и отбросив эти глупости, я подхожу к кроватке и протягиваю ручки к довольному моим присутствием карапузу.
– Слава богу, ты не такой вредный, как твой папочка, – прижимаю я к себе теплого и вкусно пахнущего после сна ребенка.
Любопытство всё еще не оставляло меня, ведь, судя по всему, мамы Рустамчика в жизни Нурлана не наблюдалось. Неужели умерла? Ведь другого объяснения тому, что женщина могла отказаться от такого сладкого ребеночка, я не видела.
– Бедный мой, ты совсем как я, – целую его в макушку, крепче прижимая к себе. – У меня тоже давно нет мамы, – вздыхаю я, оживляя в голове мамин образ, который с годами померк. Но то ощущение тепла и уюта, когда родные руки нежно касались волос, оно осталось всё тем же. Я даже могла возродить его на миг, явственно ощущая медовый запах, что исходил от нее.
– Что толку грустить, да? – иду со своим лапой на кухню, зная, что с утра малыш тот еще троглодит, и, если не покормить, начнется настоящее представление. – Покушаем и пойдем играть, – усаживаю я его в детский стульчик. – Надо бы сказать твоему папе, что неплохо бы обустроить для тебя детскую. Ты вон уже какой большой, а своей комнаты нет. А у падишаха, между прочим, четырехкомнатный пентхаус! Мог бы и детскую для тебя сделать.
Нурлан
– Я уже думала, ты про меня забыл, – как всегда, манерно тянет Аллочка, стоит мне усадить ее к себе в машину.
– Ну что ты, малыш? Конец года, работа, сама понимаешь, – улыбаюсь ей самой своей лучшей улыбкой, беря за аккуратные пальчики и прикладывая их к губам.
– Откуда мне знать? Работа – это, знаешь ли, не мое, – кокетливо кладет она вторую руку мне на колено, ведя ее вверх по бедру.
Вот это мне в ней и нравилось. Алла никогда не строила из себя то, чего нет. Девушка прекрасно знала, для чего я хотел с ней встретиться, а также знала, что получит за свою сговорчивость щедрый подарок. Я уж молчу об удовольствии в постели.
– Слушай, раз ты так занят, может, пропустим этот ужин и поднимемся сразу ко мне? – томно шепчет девушка, уже добираясь своими пальчиками до самого важного.