Страница 55 из 228
Ближайшие параллели в скифских древностях, преимущественно в находках из курганов лесостепи, находят железные боевые топоры с длинным обухом (табл. 28, 19), тогда как двулезвийные железные секиры относятся к числу древностей фракийского круга (табл. 28, 25). К раннескифским типам принадлежат и редко встречающиеся в нескольких погребениях Трансильванской группы наконечники копий (табл. 28, 17). Все находки удил и псалиев В. Васильев относит к древностям скифского типа, что неверно.
К числу скифских принадлежат лишь железные трехдырчатые псалии из погребения 9 у с. Кристешты и бронзовые — из погребения в Чипэу (табл. 28, 32). Как те, так и другие характерны для скифской архаики. Не имеют аналогий в скифских древностях удила и псалии с петлями в разных планах из погребения в Аюде (табл. 28, 21, 24) и удила с крупными кольцами в петлях — из того же могильника (табл. 28, 30). К числу гальштатских форм относятся бронзовые пронизи для перекрестных ремней и другие бронзовые украшения, которые, видимо, являются принадлежностью конского убора (табл. 28, 27–29, 31, 33, 38).
Скифскими по происхождению следует считать бронзовые крестовидные бляхи, по-видимому, относящиеся к колчанам (табл. 29, 21, 22). Близкие параллели в Скифии имеют лишь те из них, которые украшены в зверином стиле (табл. 29, 22). Наряду с ними есть гладкие и орнаментированные параллельными насечками, лишь по форме напоминающие скифские (табл. 29, 21). К числу скифских принадлежит большинство найденных на территории Трансильванской группы бронзовых зеркал (табл. 29, 18, 19). Но наряду с ними встречены два зеркала с геометрическим рельефным орнаментом на обратной стороне диска, не имеющих аналогий в скифском мире (табл. 29, 23). Скифскими можно считать и случайно найденные в двух местах бронзовые навершия (табл. 28, 39), хотя следует отметить, что наиболее близкие к ним по форме происходят с территории Венгрии, а не из Северного Причерноморья.
Что касается личных украшений, то браслеты и серьги с шишечками на концах, а также с обрубленными концами (табл. 29, 20) связаны с кругом фракийских или гальштатских древностей, которые в VI в. до н. э. проникают в лесостепные районы Северного Причерноморья. К типичным фракийским относятся фибулы нескольких типов VI в. до н. э. (табл. 29, 26, 29). Возможно, дериватом скифских украшений являются бронзовая витая гривна и серьги с грибовидными и коническими шляпками (табл. 29, 27, 28).
Из двух бляшек в зверином стиле одна (из погребения 10 в Бэица) близка к типично скифским (табл. 29, 30), а вторая (случайная находка из Шейка-Мика) весьма оригинальна по стилистическим особенностям (табл. 29, 25).
Всесторонний анализ находок позволил В. Васильеву подтвердить высказанное ранее мнение о датировке Трансильванской группы памятников в пределах начала VI — первой половины V в. до н. э. Более поздних материалов скифоидного типа на этой территории пока пет.
В. Пырван впервые сопоставил так называемые скифские памятники бассейна р. Муреш с агафирсами Геродота. В настоящее время к такой точке зрения склоняется большинство как зарубежных, так и советских исследователей. Однако в определении территории, запятой этим пародом, мнения ученых расходятся. Одни (к их числу принадлежит и В. Васильев) ограничивают земли агафирсов только пределами Трансильванской группы памятников, другие, например, А. Вульпе, расширяют локализацию агафирсов, включая в их пределы территории по обе стороны Карпат. В современной Румынии к землям агафирсов А. Вульпе относит район восточных Карпат, занятый памятниками группы Бирсешты-Фериджеле, а на Украине — район памятников Куштановицкой группы (Vulpe A., 1967, р. 206). Однако А. Вульпе считает, что район восточных Карпат был периферийной областью агафирсов, где жили другие племена, лишь в VI — начале V в. до н. э. находившиеся под властью агафирсов.
Существует мнение об еще более значительной территории агафирсов, в которую включаются земли племен, оставивших памятники не только Куштановицкой, но и Западноподольской групп на правобережье лесостепной Украины, а также памятники VI — начала V в. в лесостепи Молдавской ССР и Румынской Молдове. Однако Трансильванская группа памятников существенным образом отличается от названных групп прежде всего обрядом, а также значительным числом вещей, сделанных на месте, хотя и по скифскому образцу. Вместе с тем упомянутые группы дают близкую к трансильванской керамику фракийского облика.
Существенные разногласия имеются по сей день среди ученых относительно этнической принадлежности и происхождения агафирсов. Все исследователи признают пришлый характер населения Трансильванской группы и его отличие от фракийцев — местного населения Карпато-Дунайского района. Отсутствие стабильных поселений и небольшое количество погребений в могильниках позволили В. Васильеву считать пришлое население кочевниками и присоединиться к тем исследователям, которые видят в нем скифов. Вместе с тем, разбирая черты обряда и вещевой комплекс, В. Васильев пришел к выводу, что памятники Трансильванской группы ближе всего к лесостепным, особенно левобережным. А отсюда следует заключение о происхождении пришлого населения с территории лесостепной Скифии. Этот вывод уже подверг справедливой критике С.А. Скорый, который предполагает, что в создании этой группы должны были участвовать скифские кочевники из степи Северного Причерноморья наряду с обитателями лесостепных районов (1983, с. 90).
Наиболее близкой к истине мне представляется гипотеза, высказанная А. Вульпе, по которой агафирсы — это иранцы, народ, родственный скифам, но не скифы (Vulpe A., 1980, р. 220). Придя на территорию современной северо-западной Румынии в начале VI в. до н. э., он был ассимилирован местным фракийским населением и в первой половине V в. до н. э. окончательно растворился в местной среде.
Венгерская, или Потисская, группа памятников.
Венгерская группа скифообразных памятников включает могильники, единичные погребения и случайные находки. Поселений пока не известно. Большинство памятников расположено в северо-восточной Венгрии между Тисой и Дунаем и в изгибе Дуная на правом его берегу, т. е. на Большой Венгерской низменности.
Первая сводка древностей скифского облика, главным образом случайных находок, была сделана Я. Хампелем в 1893 г., а более полная — П. Рейнеке в 1896–1897 гг. Позднее появились работы Мартона Лайоши и Гезы Надь, учитывающие и ставшие известными к тому времени могильники и отдельные погребения. По наиболее значительными из исследований, вышедших до и в начале второй мировой войны, следует признать статьи II. Феттиха (Fettich N., 1928, 1931) и М. Пардуца (Parducz M., 1940, 1943). Крупные раскопки могильников, получивших название «скифские», проводились в 30-х годах и особенно интенсивно — в конце 40-х и в 50-х годах нашего столетия. Наиболее полное отражение и осмысление получили материалы, сопоставляемые со скифскими древностями в работах А. Боттиана (Bottián А., 1955) и особенно М. Пардуца (Parducz M., 1952, 1954, 1955, 1965а, б, 1973). Хотинская группа скифообразной культуры в южной Словакии, близкая к Потисской, известна по работам М. Душека (Dušek M., 1955, 1964, 1971).
В настоящее время на территории Венгрии исследованы более 20 могильников, значительное количество одиночных погребений и несколько курганов. Всего обнаружено около 1 400 погребений. В юго-западной Словакии изучен огромный Хотинский могильник. Венгерские археологи разделяют все открытые ныне памятники на три территориальные подгруппы, но различия между ними слабо заметны как по обряду, так и по инвентарю. Наиболее полно исследованные могильники, такие, как Сентеш-Векерзуг (151 погребение), Бекешчаба-Фениеш (77 погребений), Чаньтелек (28 погребений), дают погребения с трупоположениями и трупосожжениями. Способы захоронения в тех и других случаях неодинаковые. Среди трупоположений есть погребения в скорченном состоянии на правом и реже — на левом боку, вытянутые на спине и изредка сидячие (табл. 30, 39, 40). Ориентированы погребения по-разному, по преобладают западная и восточная ориентации покойников или с отклонениями к югу и северу. Трупосожжения, как правило, производились на стороне. Кальцинированные кости и зола ссыпались в урны или погребались на дне ямы в рассыпанном состоянии (табл. 30, 38, 41, 42). В могильнике в Чаньтелек известны случаи частичного трупосожжения. Все погребения, как трупоположения, так и трупосожжения, находились в сравнительно неглубоких ямах до 1 м глубиной без каких-либо деревянных или каменных конструкций.