Страница 76 из 155
Я рассмотрел 17 подобных зеркал, найденных в погребениях VI–IV вв. до н. э. на савроматской территории. Все они крупных размеров и большинство не орнаментировано, кроме двух экземпляров. Зеркало из кургана у с. Сара украшено на одной стороне ручки, у ее основания, тонким пунктирным орнаментом из параллельных линий и арочек (рис. 35Б, 8). Зеркало из кургана группы Тара-Бутак имеет на одной стороне диска гравированный узор из трех концентрических кругов по периферии и треугольника у основания ручки (рис. 45, 7г). Диски зеркал круглые или слегка овальные, обычно плоские, одинаковой толщины, как по краям, так и в средней части. Лишь на зеркале из кургана 7 урочища Бис-Оба на расстоянии 2 см от края диска есть утолщение, которое образует низкий, слегка выпуклый, концентрический валик (рис. 15, 4а). Он получился в результате проковки диска только в средней части. Нечто подобное мы видим и на зеркале из акбулакского кургана: его диск имеет широкий ободок, а центральная часть диска слегка вдавлена проковкой (рис. 38, 17). Акбулакское зеркало, датированное началом IV в. до н. э., может быть признано прототипом зеркал с широким выпуклым валиком, характерных для прохоровской культуры.
Савроматские зеркала описанного типа обычно связывают по происхождению с греческими или греко-скифскими зеркалами из северочерноморских колоний и курганов Скифии[647]. Действительно, в Скифии зеркала этого типа встречаются довольно часто. Появились они там уже в VI в. до н. э.[648] Однако все архаические греческие зеркала, найденные в северочерноморских городах, отличаются от скифо-сарматских зеркал этой простейшей формы. Такие зеркала неизвестны и в памятниках меотов Прикубанья, широко пользовавшихся изделиями греческих мастеров. Нет никакого основания рассматривать происхождение данного типа как результат упрощения определенной греческой формы, ибо в восточных районах Евразии зеркала этого типа появились уже в конце эпохи бронзы. Такие зеркала мы видим в составе кладов начала I тысячелетия до н. э., найденных в с. Садовое и на берегу р. Сукулук Фрунзенской обл. Киргизии[649], где ни о каком греческом влиянии говорить не приходится. Зато совершенно тождественные зеркала в значительном количестве были найдены в древнеиранском некрополе В Сиалка (X–VIII вв. до н. э.)[650]. С территории древнего Ирана эти зеркала попадали в Среднюю Азию (впрочем, можно предположить, что Средняя Азия и была их родиной), а отсюда были заимствованы савроматами и скифами, которые почти не изменили их форму, ибо они отличаются от древнеиранских лишь несколько большей шириной ручек.
Заслуживает внимания и тот факт, что большая часть находок зеркал с плоским диском и длинной ручкой была сделана в оренбургских степях, где, возможно, существовал центр их производства.
Вариантом зеркал I типа являются два зеркала из кургана у с. Сара. Их форма та же, только край диска слегка отогнут и заострен путем проковки (рис. 35Б, 14; 72, 2). Они датируются временем не позднее начала V в. до н. э. В цивилизованных странах Востока зеркала подобной формы с длинной ручкой и вертикальным бортиком появились очень рано. Так, например, они были известны древним индийцам культуры Хараппы и Мохенджо-Даро[651].
II тип. На рубеже VI и V вв. до н. э. у савроматов распространяются зеркала II типа, генетически связанные с образцами I типа. Зеркала II типа имеют большие круглые или слегка овальные диска и отлитые вместе с диском короткие плоские ручки прямоугольной или трапециевидной форм (рис. 12, 5; 14, 2а; 16, 1д; 17, 12; 18, 7; 21, 3а; 47, 1г; 72, 3, 4, 6). Зеркало неудобно держать за короткий черенок; он был приспособлен для прикрепления деревянной или костяной ручки. Об этом свидетельствуют парные или тройные отверстия на черенках некоторых зеркал, предназначенные для закрепления ручки из другого материала. Обычно ручки делались из дерева и поэтому не сохранились. До нас дошла лишь костяная ручка зеркала из Соболевского кургана (рис. 14, 2б); на ее верхнем конце сделана площадка, удобная для скрепления ручки с черенком зеркала. В ней просверлены три отверстия, точно соответствующие отверстиям черенка; в одном из них сохранилась железная заклепка.
Зеркала II типа также имеют вариант, отличающийся загнутой закраиной диска. Два зеркала с острым и слегка загнутым бортиком найдены в Ново-Кумакском могильнике (рис. 72, 4, 6). У одного из них короткий черенок сильно стерт и на нем есть неровное отверстие, что явно свидетельствует о скреплении черенка с ручкой, вероятно, сделанной из дерева.
Мне известно 12 зеркал II типа, относящихся к V–IV вв. до н. э. Как и экземпляры I типа, они найдены главным образам в Приуральской области и только одно зеркало (рис. 12, 8) — на территории Поволжья. Любопытно, что оно отлито из самородной меди со следами железа и никеля. Такая медь характерна для южноуральских меднорудных месторождений[652]. Вероятно, это зеркало было изготовлено в Южном Приуралье. Вероятно также, что эта форма — восточного происхождения, так как наиболее ранние находки подобных зеркал происходят из Суз и некрополя В Сиалка, в котором известны и зеркала I типа[653]. Они найдены, кроме того, в Персеполе, Ассирии, Палестине и Египте[654].
Зеркало из Персепольской сокровищницы ахеменидского времени имеет закраину подобно зеркалам Ново-Кумакского могильника[655]. Палестинское зеркало V в. до н. э., найденное в Athlit, сохраняло костяную ручку, которая была скреплена с коротким черенком при помощи бронзового штифта. Д. Причард отмечает, что подобные зеркала часто встречаются в Египте и других областях древнего Ближнего Востока[656]. Различные варианты этих зеркал встречаются в памятниках скифо-сарматского времени Урала, Казахстана и Алтая[657]; известны они и в Скифии[658].
Зеркала этого типа найдены также в погребениях IV в. до н. э. некрополей Боспорского царства[659]. Вероятно, они местного изготовления, но сама форма, скорее всего, была заимствована из скифо-савроматского мира.
III тип. В двух челябинских погребениях, которые я отношу к VII–VI вв. до н. э., были найдены массивные литые зеркала в виде круглого диска диаметром 10,5 см с вертикальным бортиком и центральной петлей на оборотной стороне (рис. 9, 3а, 4а; 72, 5). В других районах савроматского мира подобных зеркал до сих пор не найдено. В археологической литературе этот тип зеркала единодушно называется сибирским, хотя по вопросу о его происхождении существуют два мнения. Одни исследователи связывают появление подобных зеркал в Сибири и затем в Скифии с китайским влиянием[660], другие, напротив, признают, что зеркала этой формы проникли в Китай из Сибири[661]. Для решения вопроса о происхождении данной формы надо обратить внимание на тот факт, что металлические круглые и плоские зеркала с боковым ушком появились в Южной и Западной Сибири в карасукское время[662]. В это же время в Киргизии известны плоские прямоугольные зеркала с центральной петелькой (из клада в с. Садовое)[663]. На этой основе где-то на востоке Сибири создаются зеркала III типа. Они появляются в Минусинской котловине в тагарское и на Алтае в майэмирское время. В первой области они редки и относятся только к ранней стадии тагарской культуры[664]. Более выразительны находки таких зеркал в майэмирских памятниках Алтая[665], где они соответствуют по времени редким находкам таких зеркал в погребениях Южной России преимущественно скифского архаического периода (не позднее V в. до н. э.)[666]. На промежуточной территории между Челябинском и Алтаем, а именно, в Северном и Центральном Казахстане, также известны находки зеркал, тождественных по форме алтайским и челябинским[667]. Крупные экземпляры найдены в низовьях Сыр-Дарьи, в курганах VII–VI вв. до н. э. могильников Тагискен и Уйгарак (исследования хорезмской экспедиции 1961–1963 гг.).
647
Rau P. Die Hügelgräber römischer Zeit…, стр. 91; Шилов В.П. Калиновский курганный могильник, стр. 434.
648
Ильинская В.А. Керамика скифских погребений Посулья. — ВССА, стр. 183, табл. V, 6; Либеров П.Д. Хронология памятников Поднепровья скифского времени. — ВССА, стр. 160, табл. I, 54.
649
Кибиров А., Кожемяко П.Н. Новые памятники эпохи бронзы. — Труды ИИ АН Киргизской ССР, вып. II. Фрунзе, 1956, стр. 37–46 и рис. 2, 5; Зимма Б. Очаг андроновской культуры в Северной Киргизии. — Труды ИИЯЛИ Киргизского ФАН СССР, вып. II. Фрунзе, 1948, стр. 126, рис. 10.
650
Ghirshman R. Fouilles de Tépé-Sialk…, v. II, табл. XXIX, 8, LVII, LIX, LXV, LXVIII, LXX, LXXIII.
651
Маккей Э. Древнейшая культура долины Инда, стр. 90, 91, табл. XIX, 1 и XXII, 3.
652
Ханин И.Я. К вопросу о древней металлургии и металлообработке на территории Нижнего Поволжья. — Труды СОМК, вып. III. Саратов, 1960, стр. 163.
653
Ghirshman R. Fouilles de Tépé-Sialk…, v. II. табл. LXXIX; Louis le Breton. The Early Periode of Susa. Mesopotamian Relations. — «Iraq», v. XIX. pt. 2. London, 1957, стр. 118, рис. 41.
654
Louis le Breton. The Early Periode of Susa…, стр. 118. рис. 41; Schmidt E. Persepolis. v. II. Chicago — Illinois, 1957, табл. 81, 53; Rawlinson G. The Fife Great Monarchies…, v. I, стр. 575 (рис.); Pritchard J.B. The Ancient Near East in Pictures. Relating to the Old Testament. Princeton — New Jersey. 1954, стр. 21, рис. 71.
655
Schmidt E. Persepolis, v. II, табл. 81, 53.
656
Pritchard J.B. The Ancient Near East…, стр. 21, рис. 71; Catalogue général des Antiquités Egiptie
657
Берс Е.М. Археологическая карта г. Свердловска и окрестностей. — МИА, № 21, 1951, стр. 212, рис. 6, 3; Збруева А.В. История населения Прикамья…, стр. 78, табл. XVII, 22; Черников С.С. Восточно-Казахстанская археологическая экспедиция 1950 г. — КСИИМК, XLVIII. 1952, стр. 88; он же, Отчет о работах Восточно-Казахстанской археологической экспедиции 1948 г. — Известия АН Казахской ССР, № 108, серия археологическая, вып. 3. Алма-Ата, 1951, стр. 70; Агеева Е.И., Максимова А.Г. Отчет Павлодарской экспедиции 1955 года. — Труды ИИАЭ Казахской ССР. т. 7. Археология. Алма-Ата, 1959, стр. 57, табл. I, 58; Киселев С.В. Алтай в скифское время. — ВДИ, 1947, № 2, стр. 169, рис. 9.
658
ДП. вып. II, табл. XIII, 228–231; Либеров П.Д. Хронология памятников Поднепровья…, стр. 160, табл. I, 54.
659
Капошина С.И. Некрополь…, стр. 129, рис. 24.
660
ZE, Bd. XXIX, 5, 1897, стр. 141, 157; Смела, т. III, стр. 71; Mi
661
Reinach S. La représentation du galop dans l’art ancien et modern. — Revue archéologique, v. XXXVIII. Paris, 1901, стр. 2.38; Tallgren A.M. Collection Tovostine, стр. 56.
662
Теплоухов С. Опыт классификации…, стр. 53, табл. I, 51; Комарова М.Н. Томский могильник, памятник истории древних племен лесной полосы Западной Сибири. — МИА, № 24, 1952, стр. 43, рис. 25.
663
Кибиров А., Кожемяко П.Н. Новые памятники эпохи бронзы, стр. 41, рис. 5.
664
Merhart G. Bronzezeit…, стр. 24, табл. II, 4; Киселев С.В. Древняя история Южной Сибири. — МИА, № 9, 1949, стр. 117, 131; Martin F.R. L’âge du bronze…, табл. XXVII, 6; ZE, Bd. XXIX, 5, 1897, стр. 144, рис. 4.
665
Руденко С.И. К палеоантропологии Южного Алтая. — Сб. «Казаки», вып. 3. М., 1930, стр. 142, рис. 2; Грязнов М.П. Памятники майэмирского этапа эпохи ранних кочевников на Алтае. — КСИИМК, XVIII, 1947, стр. 11, рис. 4, 10, 12.
666
Смела, т. II, табл. XXIV, 19; т. III. стр. 72; ZE, Bd. XXIX, 5, 1897, стр. 144, рис. 3; Ильинская В.А. Керамика скифских погребений Посулья, стр. 181, табл. IV, 3; Либеров П.Д. Хронология памятников Поднепровья…, табл. I, 68, 95.
667
Грязнов М.П. Северный Казахстан в эпоху ранних кочевников. — КСИИМК, 61, 1956, стр. 10, рис. 2, 4; Кадырбаев М.К. Памятники кочевых племен Центрального Казахстана (VII в. до н. э. — VI в. н. э.). (Автореф. канд. дисс.). Алма-Ата, 1959, стр. 5; Акишев К.А. Памятники старины Северного Казахстана, стр. 31, табл. VII.