Страница 118 из 187
Чтобы успокоить народ, на семейном собрании княжеской семьи было принято решение распространить слух об отъезде Алессиона. Хотя некоторые горожане недоумевали. Почему старший княжич уехал во время болезни наследника. Подобные вопросы возникли и у аристократии. Но высказываться об этом негативно многие опасались. Всё-таки маги — это отдельная каста со своими порядками и законами.
Они медленно ехали по городу. Анцифер показывал рынок, лавки, харчевни, которые считал довольно неплохими, постоялые дворы. Так же ге обошёл вниманием достопримечательности: памятник рыцарю, победившему Бахамута, храм святого Михаэля, театр и городской парк. Азазель всеми силами пытался скрыть, что всё это его не интересует. Только у памятника он задержался. Огромный драконид, на голове которого стоял человек с воткнутым в основание драконьего черепа мечом. Демон как-будто вернулся в то время и вспомнил легендарную битву, в которой участвовал и сам, помогая сдерживать ярость чудовища. Тогда демонам, людям и богам пришлось объединиться и действовать сообща. Только так они смогли победить Бахамута. И он заснул на долгие годы. Заснул, но до сих пор не был уничтожен.
По дороге в поместье, когда они уже возвращались, Азазель всё думал, что же так изменило людей и может всё когда-нибудь стать как прежде.
Вечером гости были представлены светлейшему князю Альдо. Он сердечно поблагодарил Азазеля и Бельфегор за доставленный фолиант и пообещал вознаградить их, и располагаться в поместье столько, сколько потребуется.
Узнав от жены, что произошло дома во время его отсутствия, он слегка пожурил свою дочь, когда они все вместе отдыхали в беседке после ужина.
— Наука требует жертв, — оправдывалась девушка.
— Да, но это становится опасным, — сказал Анцифер.
— Что за адскую машину ты изобретаешь на этот раз? — усмехнулся Князь.
— Это было не изобретение, а исследование, — поправила отца Милагрос.
— И много было таких? — поинтересовался Азазель, впервые к чему-то проявив интерес.
— Не очень, — призналась княжна.
— Например, — произнёс Азазель, скрестив руки на груди.
— Ну, например, по моим исследованиям, Бахамут — это Бог из другого мира, призванный в наш мир, — ответила Милагрос, и он понял по её азарту, что рассказывать об этом ей интересно.
— И из чего это следует? — вмешалась в разговор Бельфегор.
— Это следует не только из исследований легенд о нём, но и из его поведения. Ну, представьте, вы Бог и сидите в своем храме. Принимаете подношения, выслушиваете молитвы. И тут — бац! — вас вытягивает в другой мир, и какой-то смертный ещё и требует, чтобы Бог ему подчинялся. Тут по неволе озвереешь. И, может быть, уничтожение нашего мира — это единственный для него способ вернуться в свой родной мир, — объяснила она.
— А то исследование демонических рогов, — напомнил Анцифер.
— Демонических рогов? — удивилась Бельфегор.
— Ну да, я выяснила, что костяной рисунок на рогах демонов, как и форма ушей у людей индивидуален. Нет двух одинаковых, даже у родственников, — ответила девушка.
— И сколько демонов при этом пострадало? — засмеялся Альдо.
— Почему сразу пострадало. Мои исследования абсолютно безвредны,— обиделась княжна.
Беседка наполнилась сдержанным смехом мужчин.
— Ты так и не рассказал про охоту на демонов, — напомнил Азазель княжичу.
— Это игра для детей от восьми до двенадцати лет. Они собираются в группы до восьми человек и охотятся на одного демона, которого выбирает лидер команды путем жеребьевки. Демон убегает по улице, и ему запрещено взлетать выше второго этажа зданий. Охотникам запрещается использовать колющие и режущее оружие. Можно использовать путы, расставлять ловушки. Если демон достигнет конца улицы, то он выиграл, — объяснил Анцифер.
— А если не достигнет, — спросил Азазель.
— Если не достигнет, то он проиграл и в качестве наказания катает всех детей из команды, — ответил Анцифер.
— Катает? — удивилась Бельфегор.
— Да. Привязывает к себе одного ребенка и летает с ним над площадью. И так с каждым из тех, кто за ним охотился, — продолжал Анцифер.
— Если будете здесь через месяц, то можете поучаствовать, — вставила Милагрос.
— Ладно, пойду, пожелаю спокойной ночи Кармину, — сказала княжна и покинула беседку.
Солнце постепенно клонилось к западу и почти скрылось за горизонтом, когда она постучалась в комнату наследника.
— Привет, Кармин. Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась девушка.
Парень читал книгу при свечах. Затем поднял взгляд на девушку.
— Не утруждай себя обязанностью приходить ко мне, раз этого не хочешь, — произнес он с равнодушием в голосе.
— Ну почему ты ведёшь себя так, как-будто считаешь, что всем обуза, — нахмурилась девушка.
— А разве это не так, — произнёс он, закрывая книгу.
— Не так. В этом году на празднике нам понадобится твоя помощь. Мы с Цири решили, что ты вполне справишься с ролью ведущего охоты на демонов, — сказала она, забираясь на кровать брата.
— Я не хочу в этом участвовать, — отозвался Кармин.
— Не будь занудой. Цири говорит, что ты должен принять участие. Это займёт тебя делом. И ты, в конце концов, перестанешь хандрить, — сказала она.
— Этот презренный уже распоряжается тобой, указывает, что и кому делать, — брезгливо фыркнул Кармин.
— Нет. Просто кому-то надо заниматься организацией. И почему ты с такой неприязнью отзываешься о нём. Разве он не достаточно помогал всё это время. Он помогал мне. Он заботился о Лесси, когда тот болел. Разве это не повод хотя бы быть ему благодарным, — возмутилась Милагрос.
— Благодарным? Он превратил мою жизнь в ад. И за это я должен быть ему благодарным. Жаль, что мне так и не удалось убить его,— с досадой сказал Кармин.
— Что... Что ты сказал? — не поверила услышанному княжна, вскочив с его кровати.
— Что слышала. Когда ему сделали первую операцию, я ночью пошёл в сад и вымазал руки грязью. Затем явился к нему в спальню и испачкал швы на его крыльях, надеясь, что он сдохнет от воспаления и заражения крови. Но эта тварь выжила. Во время следующей операции я нанял убийцу, которая под видом ассистентки присутствовала на операции и попыталась убить его, когда он ещё спал, но не вышло. Потом, во время осенней королевской охоты, я пытался столкнуть его в пропасть в горах. Сам, правда, чуть не погиб. И этот кретин спас меня. Даже никому не рассказал про это. Думал, я после этого в ногах у него валяться буду. Не дождется! — в сердцах выпалил Кармин.
Милагрос стояла возле, не сводя ошарашенного взгляда с наследника.
— Это не правда. Ты лжешь! — крикнула она.
— Можешь спросить у него. Тебе он врать не станет. Я всегда буду его ненавидеть. Будь он проклят! — зло произнёс Кармин.
Звук звонкой пощечины заполнил комнату. Кармин замер от неожиданности. На его лице медленно расплывался алый след от её ладони.
— Братьев не выбирают. И какой бы сволочью ты ни хотел казаться, этого не изменить. Пусть то, что ты сотворил, останется на твоей совести. И может быть, когда-нибудь ты поймёшь, как был неправ. Я только молю, чтобы для раскаяния не было слишком поздно, — сказала она и, развернувшись, выбежала из его комнаты.
Девушка, еле сдерживая рыдания, побежала по коридору. Все плыло вокруг, и земля уходила из-под ног. Было трудно дышать. Она добежала до своей комнаты и, рухнув на кровать, заплакала, уткнувшись лицом в подушку. Всё происходящее казалось кошмарным сном и ей хотелось поскорее проснуться.
— Пусть лучше ненавидят, чем жалеют, — тихо сказал Кармин после её ухода.
Парень откинулся на подушки и закрыл глаза. Непрошенные слёзы скатились по щекам. Боль теснила грудь. Как ни старался юный наследник престола убеждать себя, что поступает правильно и со всем сможет справиться в одиночку, что-то подсказывало ему, что на этот раз без помощи ему не обойтись. Хотя просить о ней его не заставит и угроза для собственной жизни. Особенно просить помощи у демона.