Страница 116 из 187
Всё это было до того, как появился он, Чариос XVII. Люцифер не воспринял его, как серьезную угрозу, вечно выжидая, и поэтому Кацитус пал. Азазель, не смотря на все свои разногласия с братом, бросился защищать столицу и потерял всё. Из-за своей гордыни демоны недооценили людей и за это жестоко поплатились. Некоторым удалось избежать пленения и последующего рабства и укрыться в ледяных горах Хельхейма. Но это место было слишком суровым для выживания демонов, и их с каждым годом становилось всё меньше. Все реже Азазель получал вести оттуда. Его не раз звали в Хельхейм. Звали на свободу. Но он слишком хотел отомстить. Поэтому жил среди людей. Там, где жил его злейший враг. Не было и дня, чтобы в его адрес с губ Азазеля не слетало проклятье.
Демон залпом осушил бокал и встал из воды. Он не стал обтирать свое тело полотенцем. Лишь слегка подсушил короткие платиновые волосы. Просто обернул бедра полотном и накинул просторный банный халат. Слуга, ждавший его в коридоре проводил его в отведённую ему комнату. Как только он лег на шелковые простыни и его голова коснулась мягкой подушки, он провалился в безмятежный сон.
Его разбудили через пару часов. Азазель пришёл в бешенство, когда не нашёл своей одежды. Попытки слуги объяснить ему, что по приказу княгини их одежду выстирали, привели демона в ещё большую ярость.
— Я скорее сдохну, чем одену человеческую одежду! — возмущался он.
— Хорошо. Могу предложить тебе что-нибудь из своего гардероба, — улыбаясь, ответил Анцифер, стоя в дверях его комнаты, скрестив руки на груди. Один из слуг позвал его помочь разрешить недоразумение с одним из гостей. Анцифер сразу понял, о ком речь, и быстро явился на гостевой этаж. Азазель смерил его уничтожающим взглядом и, еле сдерживая гримасу отвращения, стал одевать белую рубашку, узкие черные брюки и высокие, до колен, замшевые сапоги. В отличие от него, Бельфегор с удовольствием расхаживала в закрытом платье из бардового шелка, которое ей невероятно шло.
— Надеюсь, столица вам понравится, — сказала София, когда они все собрались в столовой.
К сожалению, из детей Князя были только Анцифер и Милагрос.
— Нужно обязательно устроить вам экскурсию, — сказала Мили, с восхищением глядя на Азазеля, сидящего напротив, рядом с Анцифером.
— Может быть, дашь гостям отдохнуть с дороги, — с ноткой укора произнесла София.
Милагрос недовольно покосилась на мать. Во время обеда она не без удивления наблюдала, как ловко Азазель управляется со столовыми приборами. Так как-будто с ними родился. Бельфегор же, в свою очередь, не сводила жадного взгляда с Анцифера.
— Ваш супруг не присоединится к нам? — поинтересовалась демоница.
— К сожалению, нет. Он задержался в городе и будет только к ужину, — ответила София.
Далее обед прошёл в тишине. Как только он был закончен и все вышли из-за стола, демоница перехватила Цири в коридоре. Он поднимался по лестнице на третий этаж к себе в комнату. Она затащила его в коридор второго этажа и прижала к стене. Её руки обвили его шею, и она, притянув его к себе, впилась в его губы страстным поцелуем. Анцифер оторопел от такого напора и поначалу даже не отвечал на её поцелуй, который с каждым движением губ всё углублялся. Жар разлился по его телу. Он вспомнил жаркие ночи с ней и те её слова, что это для нее только удовлетворение её потребностей. Демон разорвал круг её объятий и отстранился от неё.
— Я соскучилась, — прошептала она, и её ладонь скользнула по его бедру, остановившись на ягодице. Она чувствовала упругость её мышц под своими пальцами, даже через ткань брюк. Он оторвал её руки от себя.
— Перестань вести себя так. Мы сейчас не в трущобах Анатей. И я не пленник Азазеля, — произнес он, холодно глядя на неё.
— Неужели ты забыл, как нам было хорошо вдвоём. Я безумно хочу это повторить. И я уверена, ты тоже. Ни за что не поверю, что ты не вспоминал те моменты, когда мы занимались любовью. Тебе ведь тоже это нравилось, — уверенно говорила она.
— Да, нравилось. И я безумно стыжусь этого. Ведь я не люблю тебя, — ответил он.
— А мне больше ничего и не надо, — тихо сказала демоница, прильнув к нему.
Внезапно Анцифер почувствовал на себе чей-то пронизывающий взгляд. Он взглянул на лестницу. Там стояла Ханна и не сводила с них печального взгляда. Её глаза были полны слёз. Она развернулась и побежала вниз по лестнице. Анцифер тяжело вздохнул. Ему не хотелось обижать Ханну, но и давать ей пустую надежду тоже был не намерен.