Страница 62 из 149
К сожалению, мы не можем говорить сейчас более или менее точно о размерах посевных участков каждого раннеземледельческого поселения, о том, сколько пшеницы и ячменя собирали с этих участков, и т. п. Видимо, обработке подвергалась пригодная для посева площадь близ каждого поселения — не менее 20–30 га. Собранный урожай хранился в зернохранилищах, каковыми служили ямы, специальные хозяйственные постройки округлой формы, пристроенные к жилым сооружениям или находившиеся рядом с ними, и, наконец, крупные (высотой до 1 м) глиняные сосуды, вкопанные в полы некоторых помещений.
На всех раннеземледельческих поселениях Закавказья и Дагестана обнаружено большое число разнообразных каменных орудий, использовавшихся для обработки продуктов земледелия: ступки, зернотерки, песты и терочники. Зернотерки округлой и овальной форм сильно сработаны. Нередко они использованы с двух сторон, в результате чего многие из них уплощены. Зернотерок ладьевидной формы с приподнятыми краями здесь почти нет. Надо сказать, что на хассунских и даже халафских поселениях такие зернотерки сравнительно редки. В Месопотамии они широко распространяются лишь в убейдское время, а в Закавказье — в эпоху ранней бронзы.
Имеющиеся данные, таким образом, показывают сравнительно высокий уровень земледельческого хозяйства Закавказья в эпоху энеолита. О том же говорят находки на нескольких поселениях шулавери-шомутепинской группы (Шомутепе, Шулаверисгора и Дангреулигора) косточек культурного винограда.
Наряду с земледелием важное значение в хозяйстве энеолитических племен Закавказья и Дагестана имело скотоводство. Установлено, что к рассматриваемому периоду в Закавказье были доместицированы все основные виды домашних животных. Обитатели раннеземледельческих поселений Южного Кавказа имели в своих стадах быков, коров, овец, коз и свиней. Знали они и собаку. Специальные исследования показывают, что в Закавказье крупный рогатый скот (Bos Taurus primigenius) появился уже в самом начале неолита (Межлумян С.К., 1972, с. 49). Судя по обнаруженным на раннеземледельческих поселениях остеологическим материалам, здесь в рассматриваемую эпоху разводили довольно крупных быков (Межлумян С.К., 1972, с. 48; Цицишвили А.Л., 1966, с. 13).
К настоящему времени изучены остеологические коллекции многих раннеземледельческих памятников Закавказья и Дагестана, но, к сожалению, результаты исследований еще не полностью введены в научный оборот. Приведем некоторые опубликованные данные. Так, кости мелкого рогатого скота в Шомутепе составляют 57 %, крупного — 25, свиней — 5,5, собак — около 3 %. Таково же примерно соотношение костей домашних животных в Тойретепе (соответственно 52,5; 25,5; 14,3 и 0,5 %), Гаргалартепеси (49,3; 23,4; 15,8 и 9,8 %) и Бабадервиш (49, 36,5 и 5 %). Остальная небольшая часть (до 9,5 % максимально) костей принадлежит диким животным (Нариманов И.Г., 1977, с. 57). Близки показатели определения видового состава животных из квемо-картлийских поселений и поселений Техут, Хатунарх и Цахкунк в Армении (Межлумян С.К., 1972, с. 166, прил. 2). Исключение составляет, видимо, поселение Шулаверисгора, где крупного рогатого скота было несколько больше (Цицишвили А.Л., 1966, с. 12–13; Джавахишвили А.И., 1973, с. 36). Приведенные данные показывают, что в стадах отмеченных поселений преобладал мелкий рогатый скот, а на втором месте был крупный рогатый скот. Повсеместно, как видим, разводили свиней и содержали собак. Роль охоты была невелика. Охотились, судя по костным находкам, на оленя, безоарового козла, косулю, лисицу, медведя, кабана, джейрана, дикого барана, мелких грызунов, бобра (Межлумян С.К., 1972, с. 166, прил. 2; Бендукидзе О.Г., 1979а, с. 40–44, табл. I; Бендукидзе О.Г., 1979б, с. 61–63, табл. I). На некоторых поселениях обнаружено небольшое количество костей рыб и птиц. В числе последних — фазан, кавказский тетерев, дрофа, стрепет и др. (Бендукидзе О.Г., 1979а, табл. I; Бендукидзе О.Г., 1979б, табл. I). В Южном Закавказье, судя по материалам Аликемектепеси (данные по другим памятникам отсутствуют), соотношение в стаде мелкого и крупного рогатого скота было совсем иным. Здесь преобладал крупный рогатый скот. В Аликемектепеси кости быков составляют 43 %, мелкого рогатого скота — 36,2, лошадей — 7,5, свиней — 6,1, собак — 2,6, диких животных — менее 5 % (Нариманов И.Г., 1977, с. 58).
Исключительно важен в данном случае факт присутствия в Аликемектепеси костей лошади, да еще в таком значительном количестве. На раннеземледельческих поселениях Закавказья костей лошади нет, за исключением поселения Арухло I, где найдены четыре кости от двух особей, и стоянки Цопи, где обнаружен зуб. Последние принадлежат, как предполагают, диким лошадям (Бендукидзе О.Г., 1979а, табл. I; Бендукидзе О.Г., 1979б, с. 63–64). В Аликемектепеси лошадь была уже, вероятно, одомашнена. Более того, здесь представлены, видимо, две породы лошади (Нариманов И.Г., 1977, с. 58). Таким образом, поселение Аликемектепеси дает древнейшее свидетельство наличия лошади во всем кавказско-переднеазиатском регионе. Становится очевидным, что не позднее IV тысячелетия до н. э. на Южном Кавказе была уже доместицирована лошадь и что Юго-Восточное Закавказье (Муганская равнина) является одним из древнейших очагов разведения этого животного. Как известно, проблема доместикации лошади привлекает сейчас большое внимание палеозоологов и многих других исследователей древнейшей истории Евразии. В этой связи, конечно, соответствующие данные по Аликемектепеси представляют значительный интерес.
Остеологические материалы Гинчинского поселения свидетельствуют, что там разводили преимущественно овец и коз и значительно меньше — крупный рогатый скот и свиней. Соотношение крупного и мелкого рогатого скота составляет в Гинчи 1:9. Несмотря на развитое скотоводство, охотничий промысел играл еще большую роль в хозяйстве обитателей поселения, причем главными объектами охоты были олени и дикие козы (Гаджиев М.Г., 1975, с. 55–56).
Таким образом, приведенные данные со всей очевидностью свидетельствуют о том, что основу хозяйства населения Закавказья и Дагестана рассматриваемой эпохи составляли земледелие и скотоводство. По-видимому, важнейшее значение имели они и в экономике племен Кавказского Причерноморья и Центрального Предкавказья этого периода. Надо признать, что мы до сих пор не располагаем материалами, позволяющими более конкретно изучить основы хозяйства данных регионов Кавказа. В частности, мы не знаем пока, какие злаки там выращивали и каков был состав стада обитателей энеолитических поселений. Представляется, что общий уровень развития земледелия и скотоводства в Закавказье и Дагестане был сравнительно выше, чем в остальных областях Кавказа. Мы наблюдаем здесь уже вполне сложившееся земледельческо-скотоводческое хозяйство примерно того же уровня развития, как, например, в Месопотамии VI–V тысячелетий до н. э. Земледелие было мотыжным, хотя, судя по находке крупного землеобрабатывающего орудия в Арухло I, не исключено, что обитатели некоторых поселений уже тогда начали переходить к вспашке посевных участков орудиями, используемыми с помощью тягловой силы. Что касается скотоводства, то применительно к Центральному Закавказью и Дагестану, где ведущую роль играло овцеводство, можно предполагать, что оно, видимо, уже в этот период постепенно становится полукочевым. Другими словами, отгонная или так называемая яйлажная форма скотоводства, которая получает на Кавказе и, в частности, в Закавказье и Дагестане широкое развитие в последующие эпохи, начинает складываться в рассматриваемый период. В Юго-Восточном Закавказье, судя по остеологическим материалам Аликемектепеси, в скотоводческом хозяйстве важнейшее значение имело разведение крупного рогатого скота, что не исключено и для Мильской степи того времени. Отметим, что и в эпоху ранней бронзы в Закавказье в целом больше разводили овец и коз, и лишь в отдельных районах в составе стада преобладал крупный рогатый скот (Мунчаев Р.М., 1975, с. 383).