Страница 50 из 149
В нижнем слое Кюльтепе I обнаружены обсидиановые и каменные орудия, изделия из кости и рога, медные предметы, собрана значительная коллекция керамики. Основным материалом для производства орудий служил, как установлено, обсидиан месторождений Атис и Сисиан в Армении (Аразова Р.Б., 1974, с. 8). В коллекции древнейшего слоя Кюльтепе I представлены обсидиановые нуклеусы, пластины и отщепы (табл. XLI). Многочисленны нуклеусы одноплощадочные призматические и конусовидные (табл. XLI, 17, 18). Среди них имеются довольно крупные экземпляры.
Основной формой заготовок служили правильные призматические пластины, четырехгранные в сечении (Аразова Р.Б., 1974, с. 10–11). Отщепы использовались редко, только в качестве заготовок. Почти все пластины ножевидной формы, длиной иногда 10–15 см, частично обработаны по краям ретушью, имеют следы сработанности (табл. XLI, 12–16, 19, 20). Несомненно, часть их являются вкладышами для серпов. Характерно, что такие орудия, как резцы, изделия с подтеской, выемчатые пластины, присутствуют в комплексе в ничтожном количестве, а кремневых вкладышей серпов, острий и скребков вообще нет (Аразова Р.Б., 1974, с. 20). Найдены каменные зернотерки (табл. XLII, 1–3), ступки (табл. XLII, 4, 5), терочники и песты (табл. XLII, 6, 7), мотыги овальной формы (длиной до 15 см) со сквозным сверленым отверстием поперек лезвия (табл. XLII, 8). Среди каменных орудий имеются также клиновидные топоры-тесла (табл. XLII, 9, 10) и молоты (длиной от 9,7 до 19,7 см) с желобчатым перехватом (Абибуллаев О.А., 1959а, табл. 9, 3, 4). Обнаружены и каменные навершия булав шаровидной и грушевидной форм (табл. XLII, 12, 13), иногда с недосверленным отверстием. Одна гематитовая булава найдена в погребении (Абибуллаев О.А., 1963, с. 161).
Каменный инвентарь Кюльтепе I в общем типичен для раннеземледельческих поселений широкого ареала. В частности, он близок соответствующим категориям орудий центральнозакавказских поселений, но далеко не идентичен им. Самое существенное различие этих комплексов заключается, несомненно, в том, что нахичеванский комплекс не содержит тех многочисленных и разнообразных орудий архаического типа, которыми изобилуют поселения шулавери-шомутепинской группы. Он типологически ближе, конечно, соответствующим комплексам раннеземледельческих культур других областей, например, Месопотамии (культуры Хассуны и Халафа).
Орудия из рога и кости, обнаруженные в Кюльтепе I, также представляют собой обычный для раннеземледельческих поселений набор изделий. Среди них преобладают проколки и шилья (табл. XLII, 14–18). Обнаружены круглые в сечении тонкие длинные иглы с зашлифованной поверхностью (Абибуллаев О.А., 1959б, с. 448), скребки и лощила, изготовленные из оленьего рога и трубчатых костей особей крупного рогатого скота. На некоторых лощилах сделаны поперечные нарезки. Имеются орудия из коронной части рога и трубчатых костей со сквозными отверстиями, служившие мотыгами. Отметим также находки обработанных клыков кабана (Абибуллаев О.А., 1959б, с. 448). Указанные изделия из кости и рога, как известно, широко представлены в энеолитических памятниках Центрального Закавказья, однако на поселениях шулавери-шомутепинской группы они более разнообразны.
Значительный интерес представляет небольшая коллекция металлических изделий из нижнего слоя Кюльтепе I. Она состоит из семи медных предметов (Абибуллаев О.А., 1963, с. 161; 1965а). Это плоский ромбовидный предмет (табл. XLII, 19), четырехгранная проколка со стержнем (табл. XLII, 22), две бусинки (табл. XLII, 20) и три обломка неопределенных предметов (табл. XLII, 21). Спектральный анализ показал, что ромбовидный предмет и проколка содержат в своем составе соответственно 1,1 и 1,15 % мышьяка, а проколка — еще и 1,6 % никеля (Селимханов И.Р., Марешаль Ж.Р., 1966, с. 146–147, табл. 3).
В Центральном Закавказье металл встречен до сих пор на трех энеолитических памятниках. В Гаргалартепеси у стенки постройки 17, относящейся к нижнему горизонту поселения, найдена свернутая из медной пластинки цилиндрическая бусинка (Аразова Р.Б., Махмудов Ф.Р., Нариманов И.Г., 1972, с. 435), аналогичная по форме, обнаруженной на поселении хассунской культуры Ярымтепе I (Мерперт Н.Я., Мунчаев Р.М., 1977, с. 157, рис. 1, 4). Еще две находки — медные (?) стержень и игла — сделаны на Делисском поселении в г. Тбилиси (Абрамишвили Р.М., Окропиридзе Н.И., Небиеридзе Л.Д. и др., 1978, с. 471; Абрамишвили Р.М., Окропиридзе Н.И., Григолиа Г.К. и др., 1979, с. 493). Наконец, полукруглый медный предмет происходит с поселения Храмис Дидигора (Менабде М.В., Кигурадзе Т.В., Гогадзе К.М., 1980, с. 34). Таким образом, перед нами комплекс довольно архаичных по форме металлических изделий, нередко встречаемых в раннеземледельческих памятниках. Вместе с отдельными медными предметами с других памятников энеолита Южного Кавказа, которые будут отмечены ниже, они составляют коллекцию древнейшего металла Закавказья.
Обратимся к керамике Нахичеванского Кюльтепе I. Основную часть ее составляет посуда грубой выделки и слабого обжига, сделанная из глины с примесями соломы и в редких случаях песка. Она преимущественно светлых тонов, красного цвета; есть также сосуды бурого и серого цветов. Поверхность сосудов неровная, сглаженная или слегка залощенная. Вся посуда плоскодонная, редкие экземпляры имеют ручки. Выделяется несколько форм сосудов (Абибуллаев О.А., 1959б, с. 448–450; 1963, с. 162–163). Наиболее многочисленны миски или глубокие чаши (табл. XLIII, 1–6). Некоторые из них имели вместо ручек выступы, расположенные у верхнего края сосуда. Есть кувшины с округлым туловом и невысокой цилиндрической горловиной (табл. XLIII, 15–18). Немало баночных, бочковидных и цилиндрических сосудов (табл. XLIII, 7-14, 19–22), в том числе крупных и с ручками-выступами. Все отмеченные формы сосудов лишены орнамента.
Наряду с ними обнаружено небольшое количество расписной керамики. Она представлена 20 обломками и одним целым сосудиком. Ее можно расчленить на две группы. В первую входят целый горшочек и обломки сосудов (табл. XLIV, 1, 2, 4), отличавшихся хорошим обжигом, сравнительно высоким качеством выделки и тщательно залощенной поверхностью. Они были украшены сложными геометрическими узорами, выполненными черной, коричневой и красной красками (Абибуллаев О.А., 1963, с. 163). Ко второй группе относятся обломки сосудов, изготовленных из глины с примесью соломы или травы, но лучшего, чем массовая керамика с растительными примесями в тесте, качества. Они орнаментированы довольно простыми геометрическими узорами, выполненными черной, желтой и красной красками (табл. XLIV, 3). Учитывая, что расписная керамика первой группы по тесту, обжигу, качеству лепки и относительной сложности орнаментальных узоров резко отличается от остальных расписных черепков и от основной массы керамики нижнего слоя Нахичеванского Кюльтепе I, исследователь памятника О.А. Абибуллаев предположил, что она привозная. Расписная керамика второй группы, аналогичная по технологическим признакам массовой керамике слоя, по его мнению, изготовлена на месте в подражание импортным образцам (Абибуллаев О.А., 1963, с. 163). Импортная посуда представлена упомянутым целым экземпляром (табл. XLIV, 1), находящимся в экспозиции Музея истории Азербайджана (г. Баку). Это миниатюрный горшочек (высотой около 8–9 см) с округло-уплощенным дном, несколько вздутым туловом и сравнительно высокой (более 2 см) шейкой. Он красновато-розового цвета, залощен и украшен коричневой росписью. По тулову двумя горизонтальными линиями образован широкий пояс, заштрихованный почти вертикальными полосками. Коричневой краской расписан и самый край венчика с внутренней стороны, ниже которого той же краской выполнена волнистая линия (возможно, изображение змеи). Этот горшочек по форме, цвету, качеству и характеру росписи аналогичен соответствующим образцам халафской керамики (Dabbagh T., 1966, р. 23–24).