Страница 64 из 93
Во всем этом калейдоскопе образов я четко видел только одно. Прекрасный Лик Матери, что смотрела с такой теплотой и любовью. Казалась такой мягкой, понимающей и согревающей. Такой нереальной, возвышенной и светлой… И я стоял перед ней. Маленький, грязный, в этой ненужной одежде… Этой скорлупке… И оттого было очень сложно, грустно и мерзко поднять пистолет и сделать первый выстрел. Игла прошила голову Матери, заставив ту дернуться и завыть. Протяжно, красиво, мелодично… Это было самое прекрасное, что я слышал в жизни. И поэтому мне хотелось слушать этот вой еще и еще… Так что второй раз нажать курок было намного легче. А потом третий, четвертый, пятый… И много-много раз, пока вместо игл из пистолета не начали вылетать лишь сухие щелчки. И даже тогда я продолжал стоять и нажимать на курок, с блаженством вслушиваясь в прекрасные воющие крики, что расходились по пространству словно круги на воде…
Разум возвращался медленно. Словно я выплывал из вязкой трясины, что никак не хотела отпускать свою жертву. Однако в какой-то момент я все же осознал, что стоять под капающей мне на макушку темно-зеленой жижей не очень хорошо. Да еще и без защитного шлема. Так что кое-как удалось выползти из-под нависающего сверху уродливого трупа Матери… нет, матки. Просто матки. Отползти и сесть, прислонившись спиной к ноге раскрытого Рино. Дрожащими руками перезарядить слишком большой для моих рук Вурдалак и задумчиво заглянуть в его дуло.
И вот такого меня и нашли ворвавшиеся в помещения бойцы имперской армии под предводительством леди Розетты: в одном комбезе, без шлема, всего в зеленой застывшей жиже, с дикими глазами смотрящего в дуло собственного гаусс-пистолета.
До сих пор не пойму, как меня только на месте не пристрелили?