Конунг

Крохотная мушка ничего не «заметила». У нее не было сейсмодатчиков, поэтому точечный подземный взрыв прошел мимо ее «внимания». Так же как и то, что ему предшествовало. Ее камера продолжала фиксировать и транслировать мирную голограмму: мужскую и женскую головы над бурлящей черной водой.

Маленькая, с палец, стрелка с наконечником из металлокерамики вонзилась в рыхлый вулканический туф и растопырилась внутри множеством усиков, когда закрепленная на хвостовике нить рванула стрелу назад.

Всего этого я, конечно, не увидел, только услышал глухой удар и затем низкое гудение натянутой металлической струны.

Щелчок охватившего струну крепления, и моя напарница, совершив безупречно чистый прыжок, понеслась, стремительно разгоняясь, над темным ущельем. Я прыгнул следом… К сожалению, не так чисто. В воздухе меня занесло вправо, так что я, цепляясь одной рукой, совершил полный оборот вокруг троса и едва не улетел в пропасть. Лишь через пару секунд я сумел зафиксировать тормоз и сбросить вращательный момент. Потеряв еще несколько секунд, я кое-как выровнялся и вставил ногу в стремя.

Когда я «приземлился», отстав почти на минуту, Верочка уже вскарабкалась метров на десять вверх по склону.

Еще минута потребовалась мне, чтобы «убрать» переправу. К этому моменту сверху уже упала металлическая нить: Верочка взобралась на гребень. По скалам она лазала как геккон, пользуясь сразу всеми четырьмя парами липучек. У меня так не получалось. Я лез в основном за счет пальцев, почти не цепляясь локтями и коленями. Наверное, потому, что мне было немного страшно висеть над бездной, когда единственное, что отделяло бы меня от падения — крепко прижатый к скале локоть. Камень подо мной ощутимо подрагивал. Так, словно километрах в тридцати от нас отрабатывала артиллерия. Где-то внизу созданный нами кинетический импульс уже достиг разлома коры и чуть-чуть подтолкнул один из слабых слоев. Миллиарды тонн раскаленного камня сдвинулись. Неустойчивое равновесие нарушилось, и магма устремилась вверх…

Мельком я глянул на комми. Если верить расчетчикам, у нас оставалось примерно минут десять.

Моя напарница нетерпеливо дернула стропу. Я прибавил и вскоре оказался на площадке.

Верочка похлопала меня по спине, прижала матовое стекло шлема к моему забралу:

— Очень хорошо! Ты молодец! Мы в режиме. Еще один бросок. Сможешь?

— Да.

С огромным удовольствием я рухнул бы в постельку из слежавшегося вулканического пепла и вздремнул часиков шесть.

Но моя неутомимая спутница уже полезла вверх, и я последовал за ней, понемногу отставая. Выкладываться полностью не стоило. Самое трудное впереди.

Мы успели.

С очередного гребня нам открылся комбинат. Сигнальные огоньки, обозначающие периметр, нити сторожевых лазеров, красные глазки висящих над комплексом вертушек. Главный глаз, впрочем, не там, а наверху. Китайский спутник на геостационарной орбите. Облака ему не помеха. Его детекторы «схватят» даже ящерицу с палец длиной…

А вот нас он «не видит». Наша «камуфля» отражает и поглощает в точности как геологический материал. Пепел, туф, сера… Надо лишь время от времени сбрасывать лишнее тепло. Впрочем, скоро и в этом уже не будет необходимости, потому что здесь станет жарко. По-настоящему жарко.

Мы стояли, сомкнув шлемы, обнявшись, как двое влюбленных. Режим молчания. Связь полностью заблокирована. Любой всплеск электромагнитного поля, любая незаэкранированная энергоемкость будет тут же зафиксирована… Но это сейчас. Еще пара минут — и там, внизу все переменится. Кардинально.

— Они там что, уснули? — недовольно проговорила Маргарита. — Полтора часа уже плещутся.

— Почему бы и нет? — Селина потянулась. — Куда им торопиться? Слушай, а что там за шум?

— Поднять жалюзи, — велела Селина комнатному компу. — А… Там, кажется, извержение. Помнишь, в новостях предупреждение было.

— Не накрыло бы наших голубков.

Селина встала и вышла на балкон.

— Нет, — сказала она, вернувшись. — Это новый кратер. Как раз в районе комбината.

— Точно? Дай-ка мне бинокль…

— Очень-очень интересно, — процедила Маргарита через несколько минут. — Так. Ты садись за монитор, а я попробую оттестировать запись. Есть у меня нехорошее предположение, что нас все-таки опередили.

— Кто? Этот теленок? Не верю.

— Это русские, детка, — сухо сказала Маргарита. — Я работала с ними. И против них тоже работала. Никогда не знаешь, чего от них ожидать. Мне еще вчера показалось, что этот паренек — какой-то неестественный.

— Думаешь, наигрыш? — усомнилась Селина. — Я же его проверила. Это было совсем легко.

— Вот именно, — Маргарита похлопала подругу по спине. — Слишком легко…