Конунг

На крыше оказалось довольно мило. Ажурные беседки, кудрявые деревца, прототипы которых я видел в Бразилии, зеленая травка, а на ней — сюрприз. Две живописно раскинувшиеся дамы средних лет, над головами которых парила крохотная климатическая вертушка.

Чтобы дамам было совсем комфортно, из специальных сопел их подрумяненные тела периодически опрыскивались ароматной жидкостью. Когда двери лифта открылись, процесс окропления был в полном разгаре и сопровождался некоторым шумом, потому мое появление осталось незамеченным. Это позволило рассмотреть дам раньше, чем они обнаружили мое присутствие.

Дамы выглядели неплохо. Хотя одна, пожалуй, была немного полновата, а вторая — чуть более мускулиста, чем требовали каноны западноевропейской элиты. Однако я пришел сюда не разглядывать голые женские ягодицы. Меня интересовала Этна.

Как я уже говорил, примерно треть сицилианской достопримечательности была арендована китайцами, закрыта для туристов и превращена в огромный комбинат по производству электроэнергии. Сейчас энергетический комплекс терялся в облачном тумане. Видны были только серебристые вышки-опоры сверхпроводящих каналов. Одна из таких линий спускалась в Катанью и ныряла в морскую синь там, где кончались черные городские пляжи. Я знал, что вынырнет из средиземноморских вод она уже в Тунисе.

Там, на Этне, за невесомой дымкой облаков и куда более весомыми периметрами охранных систем производилось три процента мировой геотермальной энергии. И там же, с вероятностью более шестидесяти процентов, находилась сейчас подпоручик подразделения операционного контроля российской разведки Марина Симонова. Девушка с глазами моей мечты…

Мои романтические размышления прервал пискнувший зуммер. Принимавшие солнечную ванну дамы синхронно перевернулись… Та, что покрупнее, взвизгнула, прикрыв депилированный лобок. Вторая прикрываться не стала, поскольку была в бикини. Она уставилась на детектива очень специфическим взглядом. Примерно так отменно вышколенный алабай моего друга Ваньки Сучкова глядел на случайного прохожего: с приглушенным гастрономическим интересом.

— Бонжорно, синьориты, — вежливо произнес детектив Артём Иванов, коснувшись края шляпы. — Хороший день, не правда ли?

Последнее было сказано по-английски, но с сильным русским акцентом. В отличие от меня детектив Грива языками владел посредственно.

— Ты откуда взялся, парень? — поинтересовалась первая дама. Бюст у нее был весьма выдающийся. Чего нельзя было сказать о ее знании английского.

— Из лифта, — доброжелательно сообщил детектив. — Меня зовут Арти Айванофф.

— Ты местный?

— Нет, — честно ответил детектив. — Я из России.

— Черт! — с искренним огорчением проговорила сисястая дама по-русски. — А мы думали, Мохаммед наконец нам мальчика прислал. А ты симпатичный, Арти!

Ее подруга усмехнулась. Бюст у нее был поменьше, но тело — в отличной форме. Похоже, она немало времени проводила в тренажерных залах. Миостимуляция таких результатов не дает — только живые нагрузки.

Детектив Иванов сделал каменное лицо. Ему не понравилось, что его приняли за жиголо. Голая дама детективу тоже не понравились. Я хорошо помнил, что детектив предпочитает молоденьких девочек невысокого роста, гибких и худощавых. Матрона рубенсовских кондиций его не прельщала.

— Сожалею, что помешал, — произнес детектив довольно холодно, коснулся края шляпы, развернулся и направился к лифту.

«Ублюдок Махмуд, — подумал я, вновь оказавшись в номере. — Мало того что поселил меня в одну гостиницу с сексуально озабоченными соотечественницами, так еще и не предупредил».