Конунг

— Чо? — Слон внезапно взъярился. — Отскочил от меня, мелкий! — рявнул он и отпихнул Петара.

Толчок отбросил капитана на пару шагов.

Петара охватило холодное бешенство. Никто не смеет так с ним обращаться. Тем более тварь из преисподней.

Петар извлек меч, перевернул рукоятью вверх. Узри, тварь, силу Христову!

Демон креста не испугался.

Слон увидел, что настырный рекон не унимается. Достал свою пластиковую хреновину, бормочет что-то. На карачки его поставить, так не выше Слонового колена, а какой наглый.

— Сказано, пшел! — Слон снова толкнул коротышку.

Но тот не толкнулся. Стоял там же.

Слон с недоумением поглядел на руку. Опа! А куда девалась кисть?

Подружка рядом пронзительно завизжала.

Креста демон не испугался, но добрая сталь не подвела. Взмах — и лапа твари упала на мостовую.

А потом все исчезло.

Раздался звук, похожий на щелканье бича.

— Срань Господня! — взревел Эберт, перекрыв шум во дворе.

Ошибки не было. Петар лежал на мостовой, а кровь из его головы сочилась на камни.

Гвардейцы, которые должны были прикрывать капитана, скинули в боевое положение щиты и взяли копья на изготовку. Но понять, кого надо убить, не могли.

Наконец один из них неуверенно ткнул в живот демона, которому Петар отрубил лапу. Тварь, похоже, не чувствовала боли, но копье вошло в демоново брюхо так же легко, как вошло бы в ничем не защищенный человеческий живот.

Сильный удар в бок слился с повторным хлопаньем невидимого кнута. Гвардеец закричал.

Эберт оцепенел. Те, кто должны стать его воинством, убивали воинов маркграфа.

Беренар соображал быстрее.

— Именем Господа! — закричал он яростно. — Бей погань!

И бросился вниз по лестнице, выхватив меч.

Однако смерть оказалась еще быстрее. Последнее, что услышал Беренар — разрывающие воздух хлопки невидимых кнутов, последнее, что увидел — росчерки стрел, падающие с неба, и само небо, внезапно обрушившееся на него.

— Амиш, ты кто? — спросил демон с человеческим лицом у сидящего на земле Акля.

— Кто я?

Акль не сразу сообразил, о чем его спрашивает демон, а сообразив, ответил первое, что пришло в голову:

— Я… Я музыкант.