Страница 40 из 56
В отличие от господ советников, Куратор не мог себе позволить такую роскошь как забвение давно отшумевшей войны. Особенно — когда получил многократно подтвержденное не связанными друг с другом информаторами донесение, что на третьей планете в системе желтого карлика потерпел крушение неизвестный космический корабль, судя про траектории, прибывший из внегалактического пространства. Куратор немедленно навел справки об этой планете и выяснил, что на ней обитает слаборазвитая цивилизация прямоходящих млекопитающих приматов и что сама планета пока закрыта для Контакта.
Осмыслив это донесение, Куратор немедленно вызвал одного из лучших своих экспертов. В свободное от службы время Тлу врастал в другом полушарии Ариоллы — планеты в системе звезды Альтаир, выделенную Попечительским Советом для штаб-квартиры Синдиката, — а потому бодрствовал, наслаждаясь жаркими лучами дневного светила. Однако, получив вызов, он немедленно покинул кадку, не успев отряхнуть с корненог комьев увлажненной земли, предстал перед грозными очами начальствующего квадролида. Ветвипальцы Тлу услужливо шелестели, выражая последнему всяческое почтение. Куратор же не слишком вежливо прервал велеречия подчиненного, указав клешней на ближайшую кадку. Тлу мгновенно взгромоздился на нее и, закопав корненоги в почву, приготовился внимать начальству.
Прежде чем начать, Куратор убедился, что стены его кабинета звуко-, сейсмо- и мысленепроницаемы: не хотелось, чтобы «наушники» Ороха-ан-Ороха, которых тот наверняка имел в каждом отделе Синдиката, тут же передали ему содержание разговора между главой ведомства и его экспертом. Кроме того, Куратор перешел на родное наречие Тлу. Благо сенсорные усики квадролида не менее гибки и выразительны, нежели ветвипальцы представителей расы кня. Первым делом Куратор поинтересовался, что эксперту известно о мыслящих млекопитающих.
Разумеется, Куратор мог прибегнуть к базе данных Синдиката, содержащей сведения обо всех шестидесяти шести расах Галактики, но копия любого официального запроса тут же появлялась на служебном терминале Ороха-ан-Ороха. А зачем Генеральному обвинителю знать лишнее? К тому же особенность расы кня заключалась в обладании общей памятью, простирающейся вширь и вглубь. Ходили слухи, что кня способны подключаться к памяти вообще всех растений Галактики, на какой бы планете те ни росли, но это были только слухи, ибо сами Растущие их не подтверждали, хотя и не опровергали.
Тлу, помимо всех прочих своих достоинств, обладал еще и даром красноречия. И Куратор поневоле заслушался, вернее — засмотрелся, внимая пусть и кратко изложенной, но не менее величественной и поучительной истории восхождения расы так называемых людей. От первобытной жизни на деревьях — не отсюда ли столь совершенное знание кня об этих весьма загадочных существах? — до создания технологической цивилизации, которая пока еще не вышла даже в ближний Космос. Последнее обстоятельство несколько успокаивало, правда, когда он попросил эксперта дать прогноз ближайшего развития расы людей, тот его не на шутку встревожил. Тлу предрек, что если люди додумаются до термоядерного оружия и примитивных баллистических ракет, но по причине неимоверной гордыни и неумения признавать ошибки не сумеют покончить с внутриполитическими распрями, то сии технологические достижения могут привести их к тотальному вымиранию.
Этот прогноз, в сочетании с возможным проникновением на единственную населенную людьми планету Стража Зрячих, не мог не вызвать у Куратора серьезных опасений. И он в глубочайшей тайне начал выстраивать одну из своих виртуозных комбинаций. Задача была не из легких, если учитывать, что планета закрыта для Контакта. Во-первых, требовалось понять, с какой целью Зрячие могли высадить на нее Стража. Во-вторых, обнаружить и уничтожить их посланника. В-третьих, сделать это руками самих аборигенов. В-четвертых, преждевременно не раскрыть обитателям планеты самого факта существования Галактического Сообщества. В-пятых, подготовить к грядущему Контакту одного или нескольких аборигенов, ибо по заведенной в стародавние времена традиции знакомство цивилизаций всегда следует начинать на уровне индивидуумов, а не социумов.
Были еще и «в-шестых, в-седьмых, в-восьмых», но начинать следовало с начала. Возможную цель Зрячих установить оказалось достаточно просто. Они не меняли своей тактики миллионы лет. Перед генеральным вторжением в Галактику Зрячие, как правило, старались нашпиговать ее Сообщество своей агентурой, причем агентурой, не подозревающей о своем истинном назначении. Представители слаборазвитых рас годились для этого идеально. Следовательно, Страж ищет на планете людей кого-то, кто станет в некотором смысле зародышем грядущей агентурной сети. Такого «зародыша» необходимо своевременно вычислить и перевербовать, заодно сделав его одним из первых субъектов грядущего Контакта. Сделать это непросто, тем более — не имея возможности обнаружить самого Стража и контролировать его действия. Не говоря уже — об уничтожении.
В самый разгар разработки операции, которая получила кодовое наименование «Подкидыш», и пришло сообщение о невольном похищении контрабандистами детеныша человека. Узнав об этом, Куратор почувствовал, что удача сама плывет к нему в клешни. Юный примат, воспитанный бессовестными и безжалостными космическими преступниками — это то, что нужно! Разумеется, похитители могли продать детеныша как экзотическую зверушку, но Куратор не дал им этого сделать. В конце концов, зря он, что ли, насыщал преступную среду своими агентами? Убедившись, что детеныш остался в составе экипажа корабля похитителей, Куратор начал пристально следить за его судьбой, ожидая счастливого случая.
Случай представился, когда детеныш вырос и превратился в матерого контрабандиста, закаленного в космических передрягах. Пришлось помочь ему с легализацией, которая автоматически сделала из преступника полноправного подданного Амарогролской Правящей Трибы. Пока суть да дело, амарогролы сцепились с соотечественниками Куратора. Сам он служил всему Галактическому Сообществу, и эта скоротечная война, окончившаяся полным разгромом последней в Галактике империи, вызывала в нем лишь брезгливое недоумение. Правда, оно не помешало Куратору трезво оценить открывающиеся возможности. Став подданным Амарогролской империи, прямоходящий млекопитающий по кличке «Примат» был призван в ряды ее вооруженных сил, отважно сражался и даже был награжден какими-то медалями. Погибнуть Куратор ему не позволил. Когда империя рухнула, новые республиканские власти решили выслать бывшего контрабандиста на его родную планету. Вот тут-то агенты Синдиката и вышли на Примата с предложением послужить на благо всего Галактического Сообщества. Прямоходящий млекопитающий предложение принял. Остальное было делом техники.
Куратору не в чем было себя упрекнуть. В условиях абсолютного запрета на какие-либо действия в пределах планеты людей развитие операции «Подкидыш» можно было считать безупречным. До сего дня. Покуда в дела Синдиката не влез своими грязными псевдоподиями господин Генеральный обвинитель Галактического Трибунала. Подумав о нем, Куратор почувствовал сильнейшее раздражение. А как известно, в стрессовой ситуации четырехугольный панцирь взрослого квадролида с треском раздвигается, выпуская наружу боевые, сочащиеся смертоносным ядом серповидные жала. В те далекие времена, когда квадролиды населяли только одну, но чрезвычайно суровую планету, такое преображение внушало врагам трепет, теперь же оно выглядело крайне неприлично.
Опасаясь, что вот-вот опозорится перед робосекретарями, которые, конечно, не преминут растрепать об этом по всей Ариолле, Куратор торопливо поднялся, покинул конференц-зал, стремительно пересек громадный, по счастью, пустой в это время суток вестибюль, поднялся в свой кабинет. Здесь можно было скинуть просторную хламиду, укутывающую квадролида в присутствии посторонних, и дать волю чувствам, но, оказавшись в одиночестве, Куратор вдруг успокоился. Интуиция подсказывала ему, что дело, как обычно, удастся спустить на тормозах. И даже если этот тупица Орох-ан-Орох изойдет на личинки, бывший контрабандист все равно уже на родной планете. И он должен выполнить задание.