Страница 29 из 32
– М-да, после развода ты стала бы богатой невестой. Даже половина моего состояния – немалая сумма, способная прельстить любого альфонса. Особенно если ему неизвестно о том, что ты отказалась почти от всего… Интересно, знай заранее Джереми, что вместе со званием ты потеряешь и все свои деньги, он продолжал бы уверять тебя в своей горячей любви?
Луиза жалобно подняла на него глаза, словно бы прося прекратить эту пытку. Непроизвольно всхлипнув, произнесла:
– Чарльз, как ты мог так поступить со мной? Как Джереми смог опуститься до такого! А я ему поверила, действительно поверила… Боже, как я себя теперь ненавижу…
– Не плачь, дорогая, тебе не в чем себя упрекнуть. Я прекрасно понимаю, что сам толкнул тебя к адюльтеру. А ты умница, что сама во всем призналась.
Но тут Луиза возмущенно вскинула голову.
– Измены не было! По крайней мере, хоть тут мне не в чем упрекнуть себя, – грустно усмехнулась она. – Правда, не скрою, один раз я совершенно потеряла голову. Но тут сам Джереми удержал меня от опрометчивого шага. Тогда я недоумевала почему. Зато теперь, увы, слишком хорошо понимаю.
Сочувственно Чарльз произнес:
– Да, Коннор – порядочный плут, но тут он до конца выполнил условия нашего договора. Хоть за это ему спасибо.
Луиза горько засмеялась.
– А я-то думала, он действительно честен и порядочен, что не способен возжелать жену ближнего своего! Что ж, я достаточно наказана за собственную глупость. Впредь не буду такой наивной.
Они помолчали. Наконец Чарльз заговорил:
– Луиза, что ты собираешься делать теперь, когда узнала всю правду?
И в самом деле, как ей поступить теперь? Честно Луиза ответила:
– Не знаю. Поживу у родителей, подумаю, решу, каким способом буду зарабатывать себе на жизнь.
– Знаешь, тебе совершенно необязательно переезжать к отцу и матери. Ни сегодня, ни завтра, ни вообще, – осторожно произнес Чарльз. Он взял безвольно лежащую руку Луизы и поднес к губам. Потом нагнулся к ее лицу и негромко сказал: – И я еще не звонил своему адвокату. Если хочешь, мы навсегда забудем этот злосчастный инцидент и будем жить, как раньше. Даже лучше, чем раньше.
Он наклонился еще ниже, к самому ее уху. Вдруг поняв, что Чарльз собирается ее поцеловать, Луиза словно бы очнулась и резко отпрянула.
– Нет! – Спокойнее добавила: – Нет, Чарльз, ничего уже не будет, как раньше. Я же тебе говорила, что мое решение развестись и злосчастный Джереми Коннор, если и связаны между собой, то только косвенно. Разумеется, последнему больше нет места в моей жизни. Но и к тебе я не вернусь.
Чарльз выпрямился. Недобро усмехнулся.
– Что же, собираешься жить одна?
Луиза с вызовом вздернула голову.
– А хоть бы и так. Не бойся, не пропаду.
– Надеюсь, ты не успела за всей этой кутерьмой забыть, что совершенно беспомощна? Ты даже одеться самостоятельно не можешь.
– Понадобится – научусь, – холодно отбрила Луиза. – Ты зря считаешь, будто я уж действительно ни на что не способна. Пусть я не владею ногами. Зато у меня есть две здоровых крепких руки и ум. И этого, поверь, больше чем достаточно для того, чтобы себя прокормить.
Чарльз долго смотрел на нее. И Луизе показалось, что в его взгляде она уловила новое, до сих пор никогда не предназначавшееся ей чувство: уважение.
Наконец он сказал:
– Так, значит, твое решение твердо?
– Тверже не бывает, – заверила она.
– Что ж, в таком случае мне ничего не остается, как пожелать тебе успеха. О разводе больше не беспокойся: тебе придется только поставить свою подпись под документами, которые привезет тебе адвокат. Я попрошу, чтобы процесс провели как можно скорее и без лишней шумихи.
– Спасибо, Чарльз.
Она собралась было уйти, когда вдруг он окликнул:
– Луиза!
– Да?
Чарльз замялся.
– Я хотел сказать, что мое предложение остается в силе. Ты можешь жить в моем доме столько, сколько хочешь. Не забывай: курс массажа и специальных занятий еще не закончен. Ты должна приложить все усилия, чтобы вновь встать на ноги, быть здоровой и счастливой. Пусть даже и не для меня, – невесело усмехнулся он.
Однако Луиза покачала головой.
– Не забывай, мне больше не с кем заниматься.
– А как же Джереми Коннор? Ты можешь просто пока не говорить ему о том, что его маленький обман раскрылся. Пусть доведет свою работу до конца. А о деньгах не беспокойся: лечение я оплачу.
Но Луиза вновь грустно улыбнулась.
– Дело не в деньгах. Просто я не уверена, что смогу хотя бы секунду пробыть в обществе человека, который меня так долго и так цинично обманывал.
– А ты хотя бы попробуй. Ведь в руках этого человека твое будущее. А это не такая уж малая ставка, поверь!
Луиза внутренне усмехнулась. Да, такому прагматику, как Чарльз, никогда не понять, почему иногда люди совершают совершенно абсурдные с точки зрения логики поступки.
Один из которых она собиралась совершить прямо сейчас.
– Нет, Чарльз, – спокойно ответила она. – Я не намерена иметь никаких дел с человеком, который меня предал.
Чарльз понял, что Луизу не переубедить, и попробовал подойти к делу с другой стороны.
– Ну хорошо, когда вы с ним сегодня встретитесь, выскажи Джереми все, что о нем думаешь. И добавь, что отныне вас связывают исключительно деловые отношения. В любом случае он должен довести лечение до конца, как того требует деловая и врачебная этика. А после пусть идет на все четыре стороны.
– Он и так волен идти на все четыре стороны. И я отпущу его. Но не через полмесяца, а сегодня.
Чарльза заметно расстроило подобное упрямство. Не выдержав, он воскликнул:
– Ну как ты не понимаешь, что это попросту глупо!
– Пусть, – согласно кивнула Луиза. – Но так будет лучше. Просто поверь мне и не пытайся понять. Я должна поступить именно так, а не иначе. И тебе, и любому другому придется с этим смириться.
Поняв, что все бесполезно, Чарльз сдался.
– Хорошо, будь по-твоему. Только постарайся быть не слишком грубой с беднягой. В конце концов, он всегда желал тебе только добра.
Луиза удивленно воззрилась на Чарльза. С выражением произнесла:
– И ты еще его защищаешь?
Чарльз смутился и отвел глаза.
– Прости. Как-то нечаянно вырвалось. – Взглянув на дорогие наручные часы, он ойкнул: – Бог мой, я же опаздываю на работу!
– Желаю, чтобы твой день оказался более удачен, нежели утро, – на прощание сказала Луиза.
Она вновь развернула коляску, собираясь во второй раз покинуть комнату. И уже успела выкатить кресло в коридор, когда ей вслед вновь донеслось сдавленное:
– Подожди!
С удивлением она обернулась и успела заметить растерянное и смущенное выражение лица Чарльза. Казалось, муж хотел ей что-то сказать, но никак не решался.
– Что, Чарльз? – решила Луиза помочь ему.
Однако его лицо уже вновь приобрело обычное выражение.
– Нет, ничего. Просто хотел тоже пожелать тебе удачного дня.
И, взяв в руки портфель, он быстро прошел мимо Луизы по направлению к парадной двери.
Боясь, как бы кто-нибудь не заметил ее заплаканного лица и покрасневших глаз, Луиза поспешила запереться в собственной комнате. Вытащив из шкафа чемоданы, она принялась лихорадочно скидывать туда все подряд. Однако, сама того не замечая, то и дело замирала с какой-либо вещью в руках и подолгу невидящим взглядом смотрела в одну точку.
Джереми меня предал, неотвязно вертелась в голове одна мысль. Все, что он говорил, – ложь и обман. А я верила ему, верила, как никому в жизни! И любила…
И до сих пор продолжаю любить, несмотря ни на что. Прекрасно понимая, что никогда не смогу простить Джереми предательства и быть рядом с ним. Как только он вернется из города, я немедленно объявлю о том, что между нами все кончено, и прикажу никогда больше не попадаться мне на глаза.
И до конца своих дней буду любить его одного, любить, любить…