Страница 33 из 152
На этот раз Кровавые Орлы ограничились частичным вооружением: кирасы, шлемы, копья; меч и кинжал на каждом поясе. Шестеро солдат тут же уперлись древками копий в перегородку и сдвинули ее.
– Эй, чего это вы там делаете?! – заорал громила, выскакивая вместе с четырьмя огорошенными клиентами. В руках он держал заостренную палку с шипами, которую тут же выронил, едва завидев королевскую охрану.
Крыша на глазах начала оседать. Из постройки выскочил хозяин, размахивая кривым ножом. Он отличался совершенно бандитской наружностью: на левой руке у него не хватало трех пальцев, а зачесанные на лоб волосы явно скрывали клеймо «В» – «вор».
– Один из обычаев Блэйза, – не преминул сообщить Карус. Говорил он спокойно – так же, как прикидывал направление первого удара, если дело обернется совсем туго.
– Кто вы такие, чтобы выгонять меня отсюда? – прорычал хозяин, сжимая нож.
Один из Кровавых Орлов схватил его руку и вывернул за спину так, что кости затрещали, а другой ударил древком копья по костяшкам пальцев, заставляя выпустить оружие.
– Я – гражданин Вэллиса, – сказал Гаррик, чувствуя, как нарастает в нем гнев. – Ты же присвоил себе то, что призвано быть честью всего города, всего Королевства. Неужели ты считаешь это своим только потому, что у тебя есть нож и громила, который сумеет заткнуть недовольных?
Кровавый Орел оценил диспозицию, затем наступил подкованным каблуком сапога на лежащий нож. Тот сломался у самой рукояти, да и костяная рукоять рассыпалась на мелкие части.
Десять Кровавых Орлов развернулись и изготовились к возможной стычке, но столпившийся народ лишь улюлюкал, радуясь бесплатному развлечению. Похоже, хозяина притона здесь не особо жаловали.
– Жить по соседству с преступниками беднякам нравится не больше, чем всем остальным, – сказала стоявшая рядом с Гарриком Лиэйн. Она вытряхнула из кошеля на ладонь две серебряные монеты, затем, с хмурой решительностью, добавила одну из двойных бронзовых, которые в народе прозвали «сноп в короне» из-за рисунка на обороте. – Судя по клиентуре, это самый дешевый притон в округе!
– Чего? – сказал хозяин. Он выглядел искренне удивленным. – Эй, я заплатил Одноглазому Тэшину полновесной бронзой за это место!
Стражники отпустили скандалиста, хотя Гаррик знал, что тому ничего не стоит снова схлопотать тумак, прямо под дых.
Он не стал отдавать подобный приказ, хотя какая-то часть его сознания жаждала увидеть это.
Под командованием Бесимона четверо солдат уперлись копьями словно рычагами, чтобы приподнять крышу и выкинуть ее за пределы святилища. Внутри обнаружился деревянный бар и два кувшина вина. Их тоже без лишних церемоний отправили за заднюю стену.
Один из солдат силился поднять резной камень, служивший табуретом.
– Оставьте это, – приказала Теноктрис. – Они когда-то были частью стены.
Барельеф на одном из камней изображал священника, ведущего увитого гирляндами вола с причудливо украшенными рогами. Должно быть, так выглядела часть священной процессии в те времена, когда Алтарь использовался по своему прямому назначению.
– Алтарь Гармонии вскоре будет перестроен, и ему вернут первоначальный облик, – провозгласил Гаррик. – Он не может принадлежать тебе или мне. Алтарь – это достояние всего населения Орнифола! И никогда еще за прошедшие тысячелетия люди не нуждались в Гармонии так остро, как сейчас.
Юноша шагнул вперед, чтобы не показалось, будто он прячется за спинами вооруженных солдат. Хотя он обращался к хозяину таверны, голос его звучал достаточно громко, чтобы в собравшейся толпе его услышали и узнали.
– Эгей! – послышался радостный крик в толпе. – Да это же принц Гаррик! Принц здесь!
– Принц Гаррик? – повторил хозяин. – О чем это они болтают?
Он растерянно уставился на разоружившего его солдата. Местные завсегдатаи – среди них и громила – шарахнулись в разные стороны, как от чумы.
«И как же я оплачу реставрацию», – озабоченно подумал Гаррик. Он сам не понимал, зачем сказал это, но теперь отступать было поздно. Птерлион бор-Паллиал, новый казначей, взвоет. Наверняка заявит, что есть куда лучшее применение тем немногим деньгам, которые поступают в Королевство!
– Ну, ты опять за свое, парень, – прошептал сквозь века король Карус. – Порой символы необходимы. И далеко не худшее применение деньгам – напомнить людям, что все они – часть Королевства и король заботится о них.
– Но это же всего лишь старые камни, – возмущался хозяин таверны, напуганный таким оборотом дела. – А у меня достойное заведение…
Илна фыркнула, и мужик оглянулся на нее. Вряд ли ему что-то сказал пучок ниток в ее руках, готовых сложить грозный узор. Но презрительное недоверие на лице девушки оказалось весьма красноречивым.
– Опять же, – заныл хозяин, – я ведь платил…
– Я оплачу твои убытки, – резко сказал Гаррик. – Но предупреждаю: чтобы через пару дней, когда сюда явятся рабочие, тебя и близко не было.
Сможет ли он начать работы так быстро? Возможно, да. Одна из странностей королевской жизни заключалась в следующем: пока Гаррик еще только обдумывал, как сделать что-то (и сомневался), происходили некоторые вещи, заставлявшие его делать то, что он мог. О, если бы привести в порядок орнифольскую налоговую систему было так же просто, как отстроить старое здание!
Лиэйн шагнула вперед, держа в руках три монеты: «двойной сноп» и две «госпожи», зажатые между большим и указательным пальцем. Хозяин ахнул при виде серебра. Он схватил было монеты, но тут заметил, что солдаты готовы приложить его древками копий для пущей уважительности.
Хозяин поклонился и протянул сложенные лодочкой руки, опустив лицо. Лиэйн бросила ему монеты и тут же отошла, неосознанно отряхивая руки. Хозяин и в самом деле был омерзительным и невежливым грубияном, и даже отдать ему деньги – не прикасаясь к нему – казалось девушке весьма неприятным.
– Учти: если ты сейчас не уберешься, – продолжал Гаррик приятным голосом, – то присоединишься к каторжникам, которые ремонтируют городские стены. До конца своей жизни!
Он звонко прищелкнул пальцами. Бывший хозяин притона сунул монеты за щеку и кинулся прочь. Тут же из толпы послышались недовольные голоса, утверждающие, что прощелыга им задолжал. Парень попытался улизнуть в переулок, но шансов сбежать у него было немного!
Капитан Бесимон слабо улыбнулся. Ни он, ни Гаррик не мели ни малейшего желания вмешивать в это дело административное правосудие. Не та ситуация.
Солдаты очистили святилище так скоро и споро, что это произвело на Гаррика сильное впечатление. Еще при Атта-пере если не раньше Кровавые Орлы стали не просто церемониальным подразделением – и даже не просто обычными телохранителями, способными защитить своего короля на поле боя ценой собственной жизни. Эти люди обладали навыками во всех видах строительных и инженерных работ, которые могут потребоваться в армии. Так что задача очистить пустое здание от каменных обломков оказалась для них детской игрой.
– Войска, не способные укрепить свой лагерь, прежде чем уснут после марш-броска, – одобрительно отметил Карус, – в один прекрасный день проснутся до рассвета в одной постели с неприятелем.
В ожидании дальнейших приказаний Бесимон посмотрел на Гаррика. Тот предупреждающе поднял руку и обратился к старой колдунье:
– Теноктрис! Что нам следует сделать дальше?
Пожилая женщина склонилась, изучая останки центрального Алтаря. Кэшел стоял подле нее, молчаливый и надежный, – посох в руке, кошель на тяжелом ремне через плечо. Совсем как в родной деревушке, когда он возвращался поутру с пастбища, – единственное, чего не хватало, так это коровьего рога с деревянным мундштуком, с которым он когда-то пас овец.
Гаррик вдруг понял, что Кэшел не только выглядел, он и был прежним человеком – наиболее типичным представителем баркианцев. Интересно, а он сам остался Гарриком ор-Рейзе из маленькой деревушки Барка? Все вокруг так поменялось, что трудно однозначно ответить на этот вопрос.