Страница 35 из 47
На доме когда-то была вывеска: «Поставщик двора императора Российского, Австрийского, короля Румынского, князя Черногорского и Великого Герцога Нассауского». Но Перловы прославились не только чаеторговлей. По Ярославской дороге есть станция Перловка – память строительства купцами дач для москвичей. Шамординский монастырь в Калужской области полностью построен Перловыми. В Шамординском монастыре Перловы организовали мастерскую по тиснению жестяных коробок для чая.
Канцлер поднебесной, соблюдая иерархию, приехал к старшей ветви Перловых в дом на Мещанской (Мира просп., 5). Там Перловы здание не перелицовывали, просто украсили его перед приемом тканями, коврами, флагами с драконами. Десятки нанятых официантов, прислуга, дворники – все были в пошитых по этому случаю китайских костюмах из самого дорого шелка. Глава фирмы Иван Перлов поднес Ли Хунчжану хлеб-соль на серебряном блюде, на блюде были вычеканены все совместные с китайцами предприятия Перловых. Но даже если у Сергея Перлова канцлера не привечали, то думаю, хотя бы снаружи китайской делегации удивительный дом на Мясницкой наверняка показали.
Мира просп., 5
При советской власти чайный магазин продолжал работать, а вдова Перлова жила, уплотненная, в одной из комнат своей квартиры. К концу XX века дом изрядно обветшал. Его взяла в аренду внучка Сергея Перлова. Она рассказывает, что в советские годы папа приводил ее к этому магазину: «Вот дом твоего дедушки. Только в школе никому не говори».
Внучка связалась с потомками Ли Хунчжана, китайцы чтят предков, и им было приятно, что о визите прадедушки в Москву помнят. Если в XIX веке здание было полностью построено нашими мастерами, то при последней реконструкции 112 элементов привезли из Китая.
Мясницкая ул., 26
На углу Мясницкой большое владение принадлежало светлейшему князю Александру Меншикову. В конце XVIII века усадьба была куплена для устройства Московского почтамта. Поэтому на месте дворца светлейшего князя стоит здание почтамта, построенное в 1912 году архитектором Оскаром Мунцем (Мясницкая ул., 26). Фасад в романском стиле нарисовали Леонид и Александр Веснины. В глубине участка находились Поганые пруды, куда мясники сливали отходы. По приказу Меншикова пруды очистили, они стали чистыми, и затем это название перешло на пруд, устроенный на месте снесенной стены Белого города. Также в глубине участка была построена в 1707 году домовая церковь архангела Гавриила (Архангельский пер., 15а, стр. 9). Сегодня через владения Меншикова напрямую не пройдешь, и чтобы попасть к храму, надо обойти почтамт и свернуть в Архангельский переулок.
Чистые пруды
Архитектор Иван Зарудный построил здание в новом для Москвы европейском стиле. Его украшают мощные волюты – волны-завитки. По сторонам двухколонные портики. Но завершение церкви при Александре Меншикове было другим: над пятью восьмигранными ярусами восьмериками возносился высоченный шпиль. Мода на такие спицы, устремленные в небо, пришла из Северной Европы. Можно вспомнить шпили Адмиралтейства или Петропавловского собора в Санкт-Петербурге. В Москве же таких шпилей не ставили. Было негласное правило – нельзя строить выше колокольни Ивана Великого. Но «счастья баловень безродный, полудержавный властелин», который умудрился забрать на таможне голландскую плитку, заказанную для самого Петра, и выложить ею комнаты своего дворца на Неве, запрет легко нарушил. И за счет 30-метрового шпиля этот собор оказался выше кремлевской колокольни. В Москве церковь немедленно прозвали «Меншикова башня». Храм был закончен в 1707 году, а в 1723 году в шпиль ударила молния. Два верхних деревянных восьмерика сгорели. И церковь было решено восстановить с другой кровлей: сделали в стиле барокко причудливый витой купол.
Архангельский пер., 15а, стр. 9
От Меншиковой башни по Кривоколенному переулку мы пройдем в Армянский переулок, где был расположен Лазаревский институт восточных языков (Армянский пер., 2, стр. 2). Двести лет назад между Мясницкой и Маросейкой на каждом углу звучала армянская речь. Центром, вокруг которого сложился армянский район, была церковь. Купец Ованес Лазарев просил дозволения императрицы Екатерины II построить новую церковь, первая армянская церковь в Москве была далеко от центра – в районе Пресни. Императрица разрешение дала, и в Армянском переулке в 1779 году строят храм Сурб Хач, по-русски – Крестовоздвиженский. Храм был снесен в 1930 году. Советская власть боролась с церковью вообще, а не только с русской православной. Пострадали старообрядческие храмы, костелы, синагоги. Из трех армянских церквей две были разрушены. Характерная деталь: на месте армянского храма была построена школа (Армянский пер., 3–5, стр. 9). Это постоянная практика того времени – вместо культовых сооружений возводить школьные здания, тем самым затыкая критикам рот: мы, мол, не мракобесы, а, наоборот, несем свет знания! Если в пределах Белого города вы видите общественное здание 1930– 1940-х годов, то в половине случаев на его месте стояла церковь…
Лазаревский институт восточных языков. Офорт, Париж, 1838 год
Владения вокруг церкви Сурб Хач приобретали армяне, и с конца XVIII века москвичи стали называть переулок Армянским. Говорят, что этот район города не пострадал во время пожара 1812 года. Армяне обратились за помощью к соплеменнику – Рустаму Разе, оруженосцу императора Наполеона. В детстве он был продан в Египет, стал мамелюком и телохранителем императора. Сюда нарядили для охраны от мародеров караул. И совместными усилиями жителей и французских солдат огонь во время всемосковского пожара остановили.
В начале 1815 году по завещанию предпринимателя Ованеса Лазарева его братом Иоакимом было построено большое здание для армянского училища (Армянский пер., 2, стр. 2). Автор проекта этого изящного здания неизвестен, строительство вел Тимофей Простаков при участии архитектора Ивана Подъячева: оба были крепостными Лазаревых. Авторы они или только исполнители, неизвестно. Вокруг зданий установлена ажурная ограда, отлитая на принадлежавших Лазаревым уральских заводах. Во двор ведут ворота с фигурами львов на пилонах. Посередине парадного двора стоит обелиск 1822 года с четырьмя мраморными барельефами – портретами основателей и попечителей института – членов семейства Лазаревых и украшенный надписями известного поэта рубежа XVIII–XIX веков Алексея Мерзлякова. Богатый армянин Лазарь Лазарян выехал в Россию из Персии с большой семьей в XVIII веке. Стал владельцем нескольких крупных предприятий, пожалован дворянским достоинством. Его сын Ованес Лазарев был придворным ювелиром, и именно он привез Екатерине огромный бриллиант – «Орлов» почти в двести карат. По завещанию этого Ованеса, рано потерявшего сына, его брат Иоаким и построил армянское училище.