Страница 44 из 87
Я не могу вспомнить, как эти люди ударили кулаками и колотили ногами, но сначала это было не больно. Сколько бы не тяжелыми были эти удары, я начал чувствовать боль позже, а потом не болело и вовсе. Наконец, я потерял сознание и твердо сжал зубы. Упав на землю, я скукожился. После очнулся из бессознательной состоянии, смутно открыл глаза, и медленно чувствовалась острая боль. Я со всей силы открыл глаза, что даже ресницы были покрыты кровью.
Двое людей поддерживая тащили меня за собой. Я снова увидел старого хрыча. Он сидел там и продолжал пить чай. Выпив он сказал: «Иди погляди, может ли он еще говорить!», и Ху Цзы снова подошел. Он похлопал меня по лицу, затем сжимая мой рот, перебирал пальцами мои веки, наконец проверил дыхание и сказал: «Все в порядке!»
«Ты все еще молчишь?». Он посмотрел на меня, и казалось, он сомневался. Я думаю, что мое упорство не хуже, чем тот человек, который шел на гибель.
Я лишился рассудка в это время. Я думал, что действительно не смогу жить, знаю, что я говорю, я не могу жить больше, так что все шло к смерти.
Я улыбнулся и сказал: «Я все расскажу!»
Старый хрыч поспешно сказал: «Давай быстрее!»
Я усмехнулся немного, потом сквозь зубы сказал: «Ребенок мой. Я спал с ней и я очень счастлив. Но вот что я скажу тебе, я сделал это с ней насильно. Ха, она очень хороша, она великолепна!» этими словами я закончил речь.
Старый хрыч пожал свою руку, помахал его перед собой, а затем сказал: «Ты - ты ...».
Я расхохотался, а затем холодно посмотрел на него и сказал: «Да кто ты такой?». С 1997 года прошло много лет. Не думай, что в Гонконге нет законности. Не думай, что ты можешь скрывать правду. Я просто играл с твоей женщиной. Я покрыл расходы, ха!».
Он больше не мог слушать, трясся своим телом, встал и сказал: «Ну Держись!»
Вслед за этим я снова упал в обморок.