Страница 35 из 76
Рашид Фархатович ждал звонка. Днём созванивались с Иваном Николаевичем, тот обещал к вечеру конкретную информацию по новому директору типографии.
Наконец, зазвонил телефон. Самедов в несколько шагов оказался рядом.
— Слушаю! — нетерпеливо рявкнул он в трубку.
— Это я, — услышал он знакомый голос. — Ну, короче, новый директор в Пролетарском районе до этого работал. Поспорить на что угодно могу, это Бортко человек.
— Уверен? — с сомнением спросил Самедов. — Разве будет первый секретарь райкома лично типографией заниматься?
— Ну, во-первых, не лично. А во-вторых, типография не простая. Наш-то ею сам занимается.
— Я понял. Что будем делать?
— Крысу искать. И сдается мне, ты знаешь, где…
— Я уже думаю над этим, — поспешно ответил Самедов.
— Надо не думать, надо делать, — нравоучительным тоном заметил Иван Николаевич.
— Понял. — коротко ответил Самедов.
Положив трубку, Рашид Фархатович крепко задумался. Он хотел не спеша выявить стукача, подстроив какую-нибудь проверку. Уже и детали продумывать начал. Но ситуация изменилась. В райкоме тоже сообразили, откуда информация утекла. И сейчас нужно срочно предъявить виновника. Тянуть с этим нельзя.
Не включая свет, он ходил взад-вперёд по кухне, пытаясь просчитать ситуацию.
Машу можно снять со счетов, слишком наивна и простодушна, тем более, она из таких кругов, которые типографиями не интересуются.
Света. Вот она да, тёмная лошадка, так же, как и Павел.
Алексей абсолютно индифферентен ко всему вокруг в последние месяцы. Чтобы так сыграть равнодушие, будучи засланным казачком, нужен опыт и недюжинная нервная система… Нет, девяносто девять процентов за то, что это не Лёшка.
Итак, остаются Света, Паша и Кирилл. Кто же из этих троих?
Тут в кухне включился свет и вошла озабоченная жена.
— Рашид, что-то случилось? Что ты спать не идёшь?
— Скоро пойду, — отмахнулся от жены Самедов.
— Ты совсем не соблюдаешь режим, вон, уже опять круги темные под глазами…
— Круги темные под глазами… — повторил он за женой, вспомнив вдруг разбитое лицо Борщевского. Вот же оно! Точно, и лишние клише тоже он нашёл. Это для всей команды было неожиданностью. На него все удивленно смотрели, пока доклад делал. Даже Павел был не в курсе, судя по его реакции.
— Дорогая, ты прелесть! — обрадованно воскликнул Самедов. — Пошли спать.
Засыпая, он обдумывал, как ему поступить. Спросить Кирилла прямо? Попробовать застать врасплох? Пригрозить проблемами с учебой? Всё это может не сработать, если Борщевский ту сторону опасается больше, чем университетское начальство. Да и если упрется и будет стоять на том, что ничего не знает, то как докажешь обратное? Нет, надо придумать что-то наверняка, чтобы не смог отпереться, чтобы доказательства были.
Надо еще подумать. Горячку пороть не буду. — решил Самедов и улегся поудобнее. — Утро вечера мудренее.
Жених — а после подачи заявления в ЗАГС Диана так частенько называла своего парня — высадил Диану у общежития, а сам повез маму к ее подруге в Зеленоград. Какой все же у меня Фирдаус обходительный, и красавчик — мама, как его увидела, так сразу прекратила истерики, — подумала Диана, заходя в фойе.
И сразу же удивилась тому, что вахтерша, баба Нюра, сегодня какая-то притихшая. Ох и возненавидела она Диану за Фирдауса, едва узнала, что иностранец! Стоит только на порог общежития ступить, как она тут же начинает язвительные комментарии делать. Диана потому и попросила Фирдауса возле общежития ее высаживать и дальше не провожать. Боялась того, что он не выдержит и побьет эту завистливую язвительную бабку, и будет скандал. А тут — сидит в кабинке, взгляд потупив, словно и нет никакой Дианы!
Странности продолжились. Не успела девушка подойти к вахтерше, как от стены отделился какой-то мужчина в сером костюме. Лампочка была тусклой, и Диана вообще его до этого движения и не заметила. Как он так незаметно и органично вписался в фойе общежития, понять было сложно. Но этот вопрос Диану тут же волновать перестал, поскольку мужчина, как оказалось, находился здесь по ее душу:
— Диана Тарасовна Полянская? — спросил он ее, одновременно распахивая удостоверение, — старший лейтенант Комитета Государственной Безопасности Дмитрий Константинович Морозов.
Такой жест Диана неоднократно видела в фильмах. Шпионских боевиках. Но ни разу не думала, что сможет однажды увидеть распахнутые «корочки» перед собой. Она и смотреть в удостоверение не стала. Просто мучительно пыталась вспомнить, чем именно занимается Комитет Государственной Безопасности в СССР. Шпионов ловит — вот и все, что пришло в голову. В Святославле его вообще никто и никогда из ее знакомых не обсуждал, не говоря уже про школу. Словно его и не существует нигде, кроме как в кино. И вот причем тут она? Ох… Неужели они вообразили, что ее Фирдаус шпион?
— Пройдемте со мной, тут нам комендант освободил свой кабинет, необходимо переговорить, — продолжил тем временем старший лейтенант. — Идите чуть позади меня, не вплотную.
Диана послушно пошла вслед за ним внутрь общежития.
Бабка Нюра утратила всю свою бойкость, даже и головы не повернула, когда они мимо нее проходили. Даже как-то вжалась в свой стул.
Дмитрий Константинович шел впереди Дианы, а она, как он и велел, шла за ним шагах в пяти, словно он и не с ней идет, а сам по себе. Так что, когда Диана встретила знакомых девчонок со второго курса, те ничего не заподозрили. Просто проводили удивленным взглядом неизвестного мужчину в общежитии, да и пошли по своим делам.
Наконец, добрались до кабинета коменданта. Он оказался пуст и даже не заперт. Дверь открылась, едва Морозов нажал на ручку. А вот когда они вошли внутрь, ключ у Дмитрия Константиновича нашелся. Он запер кабинет, сел за стол коменданта и пригласил Диану присесть перед ним.
— Знаете, почему мы сейчас разговариваем? — спросил он.
— Ну, я думаю, вы решили, что Фирдаус шпион, но вы ошиблись! — горячо сказала Диана, — он хороший, и точно ничего плохого не задумал! И вообще, он тут уже пятый год учится, если бы он был плохой, вы бы уже это знали!
Морозов даже немного оторопел от ее напора, но потом улыбнулся и сказал:
— Нет, к гражданину Эль Хажж у нас нет никаких вопросов. Вопросы есть только к вам. Мы обращаемся к вам, как к гражданке Советского Союза, за помощью. После свадьбы с данным гражданином вы, я так понимаю, убудете вместе с ним в Ливан, верно?