Страница 18 из 34
4 Я. Корчах
Если на углу улицы, где живет Джек, свернуть направо, потом налево, а потом пойти прямо, то попадешь на площадь. Как она называется в том американском городе, не знаю, потому для простоты и удобства назовем ее Карцеляком, как базарную площадь в Варшаве. Народу там тьма-тьмущая, и купить можно все, что угодно.
С краю продают обувь, чуть подальше — одежду: новую и поношенную. Вдоль тротуара стоят женщины-торговки и нищие. У одного нет ноги, у другого— руки и носа, третий весь трясется. А в корзинах у торговок — пирожные, пончики, пряники, конфеты, совсем как в кондитерской, только тут всяк расхваливает свой товар и зазывает покупателей.
Со всех сторон несется:
— Леденцы ананасовые!
— Пирожные с заварным кремом!
— Пряники медовые!
— Лимонад! Мороженое!
— Торт мармеладный, верх шоколадный, вкус тепло-прохладный!
Послушать их, так все самого высшего качества, лучше быть не может! А главное, осталось совсем мало. Посему покупай, брат, не зевай, не то поздно будет.
На лотке разложил свой товар мистер Фей. Кажется, ну что тут особенного: гребенка и есть гребенка. Ан нет, американцы умеют завлечь покупателя, заинтересовать своим товаром. И у него над лотком не то вывеска, не то плакат, и на нем нарисован потерпевший аварию поезд, а на рельсах крупным планом — целехонькая гребенка. Значит, гребенки мистера Фея прочнее стали.
— Мои гребенки не гнутся, не ломаются! — кричит мистер Фей. — Каждый зубец выдерживает давление в сто атмосфер! Тысяча вольт и ампер им нипочем! Смотрите, смотрите!
Он кладет гребенку вверх зубьями, бьет толстенной палкой, камнем, гнет руками — и ничего!
Вроде бы понимаешь: таких прочных гребенок не бывает, но невольно веришь ему.
Дальше лоток, где каждая вещь стоит два цента. Выбирай любую! Рядом весы: желающие могут взвеситься.
— Вес — показатель здоровья. Не забывайте следить за своим- весом! — зазывает владелец весов.
Есть тут и силомер, и специальный прибор для измерения емкости легких. И опять реклама: «В жизни побеждают сильные! Испытайте свои легкие!»
А хочешь, играй в чет-нечет на орехи или конфеты.
Чего тут только нет! Дивиться дивись, но не зевай, не то затолкают, обманут — и забудешь, зачем пришел.
Налево, у забора, фотограф делает моментальные снимки. Чик! — и карточка готова.
Радом продаются граммофоны, и каждый орет что-то свое. Шум такой, что кажется, барабанные перепонки лопнут, зато весело!
Подальше — гармоники, скрипки, флейты и прочие музыкальные инструменты.
Еще дальше — велосипеды.
Направо торгуют бельем, шапками, платьями, брюками.
А главное, все предлагается самого высокого качества: конфеты — во рту тают; пирожки, сосиски — обязательно с пылу, с жару; одежде — сноса нет.
Есть и лотерея. В одном месте тянешь бумажку, в другом вертится колесо с билетиками. А выигрыши один другого заманчивей: статуэтки, вазочки, броши, сережки. И все блестит, переливается — глаз не оторвешь!
— Кто платит, не зря деньги тратит! — кричат зазывалы.
Отдельно продаются цветы: живые и искусственные.
В специально отведенном месте выставлены на продажу голуби, кролики, собаки, даже лисицы и певчие птицы в клетках..
Один расхваливает клей для фарфора и стекла, другой — полуду: «Купи — не пожалеешь! Луди на любом огне: на газе, свечке, керосинке!»
Чуть дальше — фокусник живьем проглатывает пять лягушек подряд и как ни в чем не бывало вытаскивает изо рта. Другой протыкает себя кинжалом, третий лижет раскаленное железо, лежит на гвоздях — и хоть бы что!
Со всех сторон несутся крики:
— Американский мед! Высший сорт! Только у меня! Лучшее средство от простуды и кашля.
— За два цента — любая вещь!
— Моментальная фотография на память!
— Электрический стул! Зрелище не для слабонервных!
— Сборник ковбойских песен!
— Крепкие папиросы — дешево!
— Инвалид войны взывает о помощи и милосердии!
— Вакса — шик, блеск, красота!
— Шарфы, шарфы! В магазине — семьдесят пять центов. У нас — не семьдесят, не шестьдесят, а всего-навсего— пятьдесят! И в придачу бесплатно запонки, пачка иголок, катушка ниток и карманное зеркальце!
Словом, рынок по-американски — конкуренция и дешевизна.
На рынке всегда можно встретить ребят из школы. Кто крутится возле голубей и собак, любителей музыки привлекают граммофоны, и всех без исключения — фокусники.
Раньше Джек тоже ходил на рынок просто так, из любопытства. А теперь, останавливаясь перед лотками, палатками, ларьками, приценивается, где выгодней, дешевле купить для кооператива. Тут он за бесценок купил дюжину волчков.
Перед Рождеством на рынке — настоящее столпотворение. Кроме обычных товаров продаются елочные украшения, бенгальские огни, куклы на веревочках, мельнички, кубики, разные игрушки — деревянные, металлические, резиновые.
Трудно сказать, что интересней: созерцать за стеклом витрины разложенные в строгом порядке красивые, но недоступные вещи или в шуме и гаме шататься по рыночной площади, где каждый лоток и витрина к твоим услугам: выбирай, трогай, торгуйся! И то и другое по-своему интересно.
Но ни в какое сравнение не идет с тем, что Джек увидел на оптовом складе, куда направил его мистер Тэфт.
Перед ним протянулся длинный ряд больших, как залы, комнат с полками до самого потолка, а на них коробки — с чем бы вы думали? — с игрушками! Ну прямо как в сказке. В самом большом магазине во всех шкафах и ящиках не найти столько игрушек, сколько тут свалено прямо на полу. Потому что оптовый торговец запасает товар для всех магазинов, а они покупают у него понемногу, кому сколько надо.
Чего тут только нет! Мячи, как картошка, в больших бельевых корзинах. Штабелями коробки с куклами. Куда ни глянешь, лежат, висят на гвоздях разные игрушки. И это при том, что в закрытых ящиках, коробах и коробках хранится еще в тысячу, в сто тысяч раз больше всяких бесценных, красивых вещей.
Джек, конечно, знал: на свете есть богатые люди, к примеру владельцы больших магазинов, но чтобы один человек обладал такими сокровищами… Нет, этого он не подозревал. Выходит, в сказках не все выдумка?
Какой-то господин взял у Джека записку, прочел и хмыкнул.
— Мистер Гиббс, у нас новый покупатель! — крикнул он в глубь помещения. — Как тебя зовут?
— Джек Фултон.
— Что же ты хочешь купить?
Но Джек не успел ответить: в комнату стремительно вошел мужчина в роскошной шубе и высокой шапке.
— Телеграфируйте, пожалуйста, что товар отправлен, — распорядился он и спросил — Кто поехал на станцию? Что, куклы поступили с фабрики? А этот малец что тут делает?
Джек сразу сообразил: это хозяин склада. И вместо ответа протянул письмо мистера Тэфта. Тот едва глянул и — уже прочел! «Вот бы мне так!» — с восхищением подумал Джек.
— Ты помогал мистеру Тэфту украшать к празднику витрину?
— Помогал.
— И он велел положить книжки подальше от окна, чтобы не примерзли к стеклу?
— Да.
— И ангела сказал подвесить к лампе?
— Да.
Присутствующие рассмеялись, и громче всех мистер Гиббс.
— Ты председатель кооператива?
— Да, в третьем классе.
— И хочешь купить елочные украшения? Сколько у тебя денег? Сто, тысяча долларов?
— Без четырнадцати центов два доллара.
— Маловато, но у меня и столько не было, когда я помогал мистеру Тэфту украшать витрину. А после работы его мама угощала тебя кофе?
— Нет, она больна.
— Больна, говоришь? Ну, господа, принимайтесь за дело, а этого клиента я сам обслужу. И пришлите ко мне рассыльного.
Когда рассыльный явился, он постучал по пустому ящику и распорядился:
— Вложи сюда по дюжине наборов за номерами семьсот четырнадцать и семьсот двадцать два. И украшения номер восемьсот шестьдесят пять. Да пошевеливайся! И еще кукол за номером семьдесят пять. Чтобы они не разбились, сверху положи несколько мячей. Все это отошлешь мистеру Тэфту для передачи Джеку.