Страница 18 из 110
— Но флешку парни брали здесь. В анонимном пункте выдачи. Кто-то ее туда положил и забрал деньги.
— Мы получили фото с камеры слежения. Гарантирую, скоро найдем курьера. Сможешь побеседовать с ним лично. Но теперь самое важное то, из-за чего мы с тобой встретились сегодня. Второй запрос Пятиглава. Я изучил файл. Там сказано, что юноша по имени Креон Авлет убит дэймосом.
— Да. Помню. Борец… Я смотрел его будущее.
«И там он был жив», — подумал Герард, но не произнес вслух. Жертва дэймоса, которую пытался спасти Мэтт.
Неарк пристально взглянул на оракула.
— Ну и как мне теперь вести расследование?
— Что тебя смущает?
— Определение «дэймос» в графе предполагаемого злоумышленника. У меня есть сомнения по этому поводу. Где искать убийцу? В мире снов? Я понимаю, вы в вашем центре привыкли сталкиваться со всевозможными странностями, искать и даже находить следы в… — Он неопределенно повел рукой. —…иллюзиях. Но я сны к делу не пришью. Мне, моему начальству, нужны реальные, конкретные факты. Мотив убийства, к примеру.
— Мотива может и не быть. Или он покажется тебе абсурдным с точки зрения рациональности.
— Ну да, — усмехнулся Неарк. — Помню эти сказки в старинных книгах. Дэймос косо посмотрел на соседа — у того овца сдохла. Не сделал вовремя дэймосу дорогой подарок — ребенок умер. Дикие суеверия. Не хотелось бы дойти до такого состояния в настоящем. Ненормально, когда на любого, кто взглянет хмуро, находятся желающие бежать с доносом.
Герард молча смотрел на внука, понимая его сомнения. Для него, для многих, темные сновидящие давно ушли в прошлое. А теперь эринерам предлагают искать живой кошмар, обитающий в мире снов, куда имеют доступ лишь редкие избранные. И одно дело — посмотреть яркий сон, созданный харитой, или вылечить редкое заболевание, но совсем другое — ловить невидимого, неощутимого преступника, который таится где-то на границе чужого подсознания. То ли реальный, то ли выдуманный представителями Пятиглава от чрезмерной погруженности в свои видения.
«Вполне возможно, он, да и другие слишком привыкли считать дэймосов чем-то вроде персонификаций страха или хаоса, — думал Герард. — Но проблема в том, что те — вполне реальные люди».
— Знаешь, я не очень-то доверяю россказням о всемогущих деймосах, постоянно подстерегающих беспомощных спящих. Представляешь, какая истерия может начаться в обществе, если преступления станут валить на них? Мы проверяем и перепроверяем все подозрительные дела. Но за те годы, что я работаю, ни одно в итоге — ни разу, Герард, не оказалось мистическим проявлением темных сновидящих. Это были обыкновенные нарушители закона.
Герард невольно вспомнил, как говорил Мэтту совсем недавно почти то же самое, только с точки зрения представителя Пятиглава.
«Про дэймосов давно не слышно, все дела, которые можно приписать им, оказываются обычными преступлениями».
Как быстро все меняется…
— Кстати, ты знаешь, что Креон был сыном Эгия Авлета? — спросил Неарк.
— Эгий Авлет… — повторил оракул. — Что-то знакомое.
— Заместитель главы департамента образования.
Неожиданный поворот. Герард обернулся к внуку, и тот понял, что сумел не на шутку заинтересовать сновидящего.
— Мы пригласили его. И он рассказал историю, — продолжил эринер, глядя на собеседника светлыми, сосредоточенными глазами. — О том, как незадолго до смерти сына ему поступило анонимное письмо. Он не отреагировал на него, и ему начали сниться странные сны.
— Какие?
— Нервные. Пугающие. Эгий решил, что это от перенапряжения на работе. Они как раз разрабатывали новую систему обучения.
— Что в анонимке?
— Резкая критика. А также настоятельный совет подумать и подправить содержание телевизионных передач, в создании которых он принимал участие. Сместить акценты, так сказать. Сделать шоу чуть более развлекательным и в то же время жестким…
Неарк прервался, отпив чай из своего бумажного стакана, аккуратно поставил его на скамью и продолжил:
— Эгий говорит, что сначала не придал этому совпадению никакого значения. Потом, после смерти сына, было не до того, и только сейчас он начал задумываться. Сопоставлять…
— Значит, настоящей жертвой дэймоса был не сам Креон. Ему, или им, был нужен его отец…
— Ну да, для того, чтобы изменить сетку телевещания, — усмехнулся Неарк. — И почему тогда погиб сын?
— Эгия не шантажировали? Не делали намеков о том, что кто-то из его семьи может пострадать, если он не внесет изменения в эти передачи или в новую систему образования?
— Ни о чем подобном он не говорил….Ладно, допустим, так и есть. Его шантажировали, а он не понял этого. Или не признается. — Неарк словно шахматную фигуру переставил коробочку с соусом по скамье. — Но отчего твой дэймос не внушил этому человеку желание сделать все так, как ему требуется?
— Потому что на подсознание членов правительства наложена серьезная защита. Ими нельзя управлять напрямую.
Внук помолчал, осмысливая.
— Что с письмом, которое получил Эгий? — спросил Герард.
— Наши компьютерщики изучают. Коды зашифрованы, но есть шанс, что выйдут на след, откуда оно отправлено.
— Значит, пока ничего, — произнес Герард, думая о том, что надо поработать с отцом Креона. Ключ к происходящему может найтись в его снах.
Из кустов вынырнул Аякс, увидел Неарка, степенно прошел мимо, увернулся от его руки, протянутой для поглаживания. Он считал внука оракула самым младшим родственником в своем прайде и держался соответственно. Но приветливо взметнул пышный хвост, показывая дружеское расположение. Запрыгнул на скамью, фамильярно перешагнув через обед, уселся рядом с оракулом и принялся намывать морду.
— В отчете Пятиглава была указана физиологическая причина смерти — остановка сердца, — медленно произнес эринер.
Прорицателю был знаком этот многозначительный тон и чуть прищуренный взгляд, за которым скрывалось жадное внимание.
— Физически — остановка сердца, — отозвался Герард, ожидая продолжения.