Страница 59 из 66
— Вы не должны обвинять Джину, — устало произнес Бертингас. — Она только подчинялась моим приказам. Простой технический исполнитель. Вы не докажете даже, что она знала, что готовит и почему.
— Какая смелость с вашей стороны, — съехидничал Прейз. — Какая галантность. И совершенно ненужная.
— Что?
— Эта тварь заперлась и сопротивлялась законной процедуре ареста. А после задержания отказывалась отвечать на вопросы. Мне приятно сообщить, что ее раны оказались смертельными и она не выжила.
— Вы убили ее.
— Она сделала это сама, — самодовольно сказал директор.
При других обстоятельствах, в своей прошлой жизни, Тэд бы сломался под этим напором. От брани непосредственного начальника слезы бы навернулись ему на глаза. В прежние времена он сошел бы с ума, узнав, что его коллега — друг! — умер от побоев и наркотиков в камере, защищая самого Бертингаса. Но теперь он стал совсем другим человеком. Он выжил в лесной глуши, голый и без оружия, за ним охотились и в него стреляли, он сознательно убивал людей, собственными руками. Поэтому сейчас он просто смотрел в ухмыляющееся лицо Селвина Прейза.
Он мог бы стереть с него этот оскал.
Приклад его винтовки молниеносно взлетел бы вверх — от бедра на уровень груди и чуть выше, сокрушая кости и хрящи, а затем вниз к ноге. Одно такое быстрое движение — и даже Халан Фоллард, стоящий рядом с Бертингасом, не смог бы с уверенностью утверждать, что видел это. Затем Тэд позвал бы санитаров, сатиров с белыми кругами и красными крестами на груди, которые шли вслед за боевыми группами. Он сказал бы им, что с директором Бюро коммуникаций случился удар — и это было бы совершенной правдой. Они бы сложили руки Прейза на животе и поволокли его тело — возможно, еще дергающееся, а возможно, уже совсем без признаков жизни — прочь, подхватив за плечи и за ноги.
Но не возникнут ли при этом осложнения? Прейз может не умереть от удара. Тогда он вообще сотрет в порошок Бертингаса. Да и сам по себе удар будет расценен как доказательство вины Тэда и сговора с Джиной. (Какого черта! Он и был виновен!) Удар будет использован в качестве предлога заковать его в кандалы, бросить в камеру, пытать его — в то время когда губернатор, Халан, Пэтти, все остальные будут в нем нуждаться. Где-то глубоко внутри, на уровне подсознания, Бертингас слышал: «Ты опасен!»
Поэтому винтовка осталась на прежнем месте.
Селвин Прейз продолжал смотреть на него с торжествующей улыбкой. Тэд покачал головой и смог наконец обойти директора. В этот самый момент сгрудившаяся вокруг губернатора толпа мужчин и женщин распалась и пошла навстречу командирам десантников.
— Мой дорогой Фоллард! — произнесла Дейдра Салли, шагнула вперед и протянула руку Генеральному инспектору. Халан склонился и поцеловал ее руку. — И советник Бертингас! Все еще живой!
— Да, мэм. — Бертингас также взял руку губернатора и повторил учтивый жест Фолларда.
— Несмотря на все козни врагов, — сказала губернатор, — вы, кажется, смогли их одолеть.
— Да, мэм.
Бертингас всей кожей чувствовал, как Прейз собирает силы, чтобы кинуться к этим руководящим личностям и вновь повторить свои обвинения и громко потребовать ареста Тэда.
— Прекрасной иллюстрацией служит самое последнее недоразумение, — продолжала Салли. — Да, я так на вас разозлилась! Разозлилась — что я говорю! Подумать только — вы замыслили сфальсифицировать официальное обращение, вызвавшее предпринятую вами акцию на Батавии! Я почти уже отдала приказ о вашем аресте и немедленной казни — поверите ли вы в это? Но затем я вызвала моего советника по науке, доктора Гракси, и спросила его, нет ли этому другого объяснения, чем преступная измена одного из моих самых преданных служащих? Тогда он и рассказал мне о временной природе гиперволновой спутниковой сети. Я уверена, мне не стоит объяснять азы теории такому эксперту в данной области, как вы — да я и не уверена, что правильно поняла их сама, — что посланное по Сети сообщение может иногда путешествовать не только в пространстве, но и во времени…
Бертингас почти уже собрался возразить ей, объяснить, что, хотя эта теория и совершенно правильная, фальсифицированное сообщение было передано по «Фри Виду», а не по гиперволновой сети. Но он промолчал.
— Доктор Гракси объяснил мне, что так как данный штурм был предпринят сообразно посланию, то это доказывает, что послание пришло по… по блуждающей темпоральной волне — кажется, он так сказал. Когда-то в будущем или в альтернативном настоящем, я выступила с этим обращением к народу Скопления Аврора. А вы, Халан Фоллард, и ваши бравые солдаты, действуя независимо — хотя и слегка преждевременно, — выполнили приказ, который я отдала — или отдам в будущем. Поэтому круг не разорван. Время, говорит доктор, исправило само себя.
Двое или трое из ее придворных зааплодировали. Губернатор просияла и кивнула им.
Все это была, конечно, чушь. «Блуждающие темпоральные волны»и «альтернативное настоящее»— это совершенно иное. Они не могут появиться в каком-нибудь ответвлении прошлого или слиться с настоящим. Бертингас это знал. Он подозревал, что и Дейдра Салли, и доктор Гракси тоже это знали. Тем не менее абсурдная теория губернатора станет официальной версией. А также спасет шкуру Бертингаса.
Даже если уже слишком поздно спасти Джину.
— Некоторые люди, — тут губернатор бросила многозначительный взгляд в сторону Селвина Прейза, позеленевшего от бешенства, — говорили, что данная акция ограничит наши возможности выбора. И что теперь на нас обрушится молот арахнидов и мы должны умолять о пощаде. Леди и джентльмены, — в ее голосе появились торжественные нотки, — Аврора не покорится, мы останемся верными Пакту, как были ему верны всегда. И самое лучшее, что мы можем сейчас предпринять, так это гарантировать, чтобы от Джемини не остались всего лишь кровавые лохмотья, после чего начнется вторжение сюда, на Палаццо.
Дейдра Салли повернулась к Море и положила в знак утешения руку ей на плечо.
— Моя дорогая, мы сделаем так, что база этого острова будет служить нам. Мы отправим эти корабли, — рука поднялась и широким жестом обвела ряды кораблей на стапелях, — трофеи, захваченные в жаркой схватке, на помощь вашему отцу.
— Я найду экипажи для них, Дейдра, — заявила Амелия Сейл, матриарх Владения Грингэллоу, — даже если мне придется опустошить поля ради этого.
— Отлично сказано. Благодарю тебя. Генерал Диндыма!.. — Глаза губернатора уперлись в командующего вооруженными силами ее Скопления, еще одного высокого чиновника ее свиты.
— Да, мэм?
— Будьте любезны, свяжитесь с вашим планетарным бомбардировщиком, «Брошью Шарлотты», и выясните его состояние.
— Мэм, я уже сделала это, — произнесла Пэтти Фиркин, которая только что подошла к ним. — Капитан первого ранга Туэйт и полковник Бернуа докладывают, что корабль приводнился на мелководье, чуть дальше пяти километров отсюда. Корпус пробит, но может быть отремонтирован. Большинство орудий и ракет боеспособны. Реактивные двигатели в основном уцелели… Но, разумеется, они никогда не смогут вывести его в космос. Во всяком случае, не с поверхности планеты.
— Он сможет летать, — вступил Фоллард, — если отремонтировать дефектный инвертор массы, с его помощью прыгнуть в открытый космос, а затем уже отвести корабль куда надо на реактивной тяге.
— Как вы считаете, — спросил Диндыма, — обладает ли эта база достаточными ресурсами?..
— Я начинаю подозревать, — сказала Фиркин, — что Хайкен Мару создала здесь полностью оснащенную передовую базу для губернатора Спайла. Инверторная технология будет стандартной…
— Джентльмены, — прервала губернатор. — Полковник, — кивок в сторону Пэтти, — «Брошь» станет моим флагманом в этой экспедиции. Я оставляю разработку деталей вам после того, как проверю с вашей помощью состояние этой базы.
— Разумеется, мэм, — хором сказали они.
— А затем мы соберемся на военный совет.
«22. ХИЛДРЕД САМУЭЛЬС: УКУСЫ ОВОДА»
Алмазная россыпь мерцающих огней вокруг базы Джемини стала для Хилдреда Самуэльса так же привычна, как узор созвездий ночного неба системы Кали. Казалось, что мерцающие огоньки — отражение солнечных лучей от корпусов кораблей, которые блокировали базу, — регулируют и управляют безымянными звездными Скоплениями. Они образовали густую сетку на фоне светящегося газового потока, соединяющего Кастор и Поллукс. В результате войны база Джемини приобрела собственную небесную сферу, с долготой и широтой, азимутом и склонением для любой точки в небе.