Страница 58 из 66
Мора подошла к нему.
— Откуда ты узнал, — спросила она, — что это не были наши собственные солдаты? Ты же их не видел из-за стены!
— На самом деле я не знал, — смутился Тэд. — Поэтому я бросил акустический парализатор, а не осколочную гранату. Но мои предположения оказались правильными.
— Да ты опасен! Даже на войне. — В ее голосе звучали одновременно и гордость, и раздражение. — Что теперь?
— Теперь вверх вон по тому трапу.
— Я поднимаюсь первой.
— Что? Это еще почему?
— Ты будешь меня прикрывать. Если мы полезем вверх одновременно, то оба окажемся беззащитными.
Бертингас кивнул. Он прижался к синтебетонной стене и поднял пульсатор. Мора повесила винтовку на спину и начала подниматься. Когда она достигла верха, оттуда протянулись две руки и сняли ее, дергающую ногами, с лестницы.
Тэд прыгнул вперед, развернулся и прицелился, но Моры уже не было видно.
У него не осталось другого выхода, кроме как полезть наверх самому.
Бертингас поднимался осторожно, медленно переставляя руки, всматриваясь вверх и прислушиваясь. Сверху показались те же две руки. Он переложил винтовку в левую руку, зажал приклад под мышкой и неуклюже прицелился. Сверху, вслед за руками, появилось лицо — квадратное лицо Пэтти Фиркин. Винтовка Тэда повисла на ремне, замотанном вокруг локтя.
— Что ты делаешь там, наверху?
— А что ты делаешь там, внизу? — спросила она. — Вся драка происходила тут.
— Ну, не вся.
— Ага. Мы с Халаном наблюдали за твоей работой. Ты опасен.
— Так все говорят… Что мне оставалось делать?
— Мы обесточили весь сектор. Это заблокировало все двери и отключило трубы лифтов. Сейчас наши команды прочесывают уровень за уровнем и собирают пленных — или окончательно разбираются с упорствующими.
— Значит, мы победили.
— Похоже на то.
— Где Халан? И кстати, где Мора?
— Я отправила ее в центр управления. Он там же.
— В какую сторону идти?
— Сюда. — Фиркин повернулась, и ее сапоги застучали по плотному синтебетону.
— Каковы потери?
— Чьи?
— Сначала наши.
— Из пятнадцати тысяч высадившихся, — сказала она, — на перекличку отозвалось семь тысяч и еще три тысячи в руках медиков. В таком закрытом театре военных действий, на острове, когда обороняющиеся рассредоточены и прячутся по подвалам, мы вынуждены констатировать, что остальные наши бойцы скорее мертвы, чем сбежали или сдались противнику.
— Ясно. Это плохо.
Полковник пожала плечами:
— Они победили. Необстрелянные солдаты. Против укрепленного объекта. Какой ценой они победили — это другой вопрос.
— Продолжай. В каком состоянии крепость? И что более важно — в каком состоянии корабли на стапелях?
— Оценка еще продолжается. Я послала бригаду капуцинцев осмотреть технику, которую Хайкен Мару установила на кораблях. Они переоборудованы наспех, разумеется, но все же оказались способными задать жару в битве за Джемини. Ты думаешь о том же, о чем и я?
— Выясни, сколько кораблей находятся в сносном состоянии, — сказал Бертингас. — И откомандируй на их ремонт капуцинцев. Посмотрим, можно ли будет здесь отремонтировать поврежденные эсминцы — да и крейсера, если уж на то пошло — с Джемини.
— Нельзя.
— Почему?
— Потому что база Джемини блокирована. Оттуда никто не может выйти. Мы получили сообщение об этом десять минут назад.
— Ого-го!
Они прибыли в центр управления — сейчас его стеклянные стены были почти все разбиты. Оборудование центра осталось в основном цело, однако все кругом было засыпано осколками стекла, сверкающими, как алмазы.
Мора была там, и Фоллард тоже. Оба мрачные.
— Кто блокировал Джемини? — спросил Бертингас. — Спайл?
— Больше некому, — ответила Мора.
— Значит, это был только обманный маневр…
— Нет, мы обрубили один из источников дешевого вооружения, — сказал Фоллард. — А еще мы сломали хребет его лучшему союзнику — по крайней мере здесь, в Скоплении Аврора.
— Не говоря уже, — начала Фиркин, — о создании политического кризиса, который…
Она замолчала: засветились огни пульта связи.
Молодой капуцинец, который колдовал над ним, сдувая пыль и сметая осколки стекла, произнес:
— Приближается группа из пяти аэрокаров. Один из них транслирует опознавательный сигнал губернаторской машины. Коды других принадлежат вооруженным силам Скопления. Вы им поверите?
Лицо Фолларда внезапно осунулось.
— Да, так будет лучше, — ответил он. Затем сказал Бертингасу: — Пришла пора давать объяснения насчет твоего трюка с «Фри Видом».
— Если смогу… Было бы легче, если б мы захватили здесь кого-нибудь из шишек вроде Валенса Элидора, менеджера острова, или хотя бы начальника отдела ремонта кораблей — кто бы ни попался нам в руки, — чтобы официально передать Батавию под управление губернатора Салли.
Фоллард взглянул на Фиркин.
— Посмотри — может, тебе удастся найти кого-нибудь с золотым аксельбантом и кающимся взором. Встретимся внизу. И как можно доходчивей объясни ему — или ей, — что если он попытается подать губернатору протест, то может не дожить до конца беседы. И сделай это поубедительнее.
— Будет исполнено, босс!.. — Женщина-тяжеловес вышла из помещения.
— И все-таки главная скрипка здесь ты, Тэд, — сказал Халан.
Бертингас кивнул.
— Тогда пошли к ним.
Следуя указаниям авиадиспетчера-капуцинца, стайка аэрокаров губернатора приземлилась на открытой площадке к северу от доков. Выйдя из машины, Дейдра Салли сразу оказалась окружена — а военный человек сказал бы, что и прикрыта — высшими военными чинами вооруженных сил Скопления и главами департаментов — почти в полном составе. Главные умы Скопления Аврора, или по крайней мере те, кого таковыми считали, сбились в кучу. Чтобы уничтожить их всех сразу, хватило бы всего одной осколочной гранаты. Бертингас быстро осмотрелся: черные дыры окон, дверные проемы, ангары… Один-единственный стрелок Хайкен Мару с пульсатором сможет изменить ход истории.
Когда Халан, Тэд и их офицеры приблизились к аэрокарам, одна из групп прикрытия отделилась от общего кольца и направилась к ним. Бертингас сразу узнал прилизанную голову Селвина Прейза.
— Вы арестованы! — закричал Прейз. Он повернулся к одному из высоких военных чиновников. — Полковник, возьмите этого человека под стражу!
Офицер, чье внимание было полностью поглощено тем, что говорила губернатор, удивленно поднял голову.
Прейз приблизился к отряду Бертингаса.
— Вы крайне безрассудно предприняли неслыханное нападение на суверенный конгломерат, Бертингас. И почему? Почему? Если какой-нибудь из кораблей Хайкен Мару и участвовал в рейде на Джемини, то делал это после юридически правомочной продажи арахнидам. А это никак нельзя считать военной акцией. Но теперь вы дали повод. Когда арахниды закончат дела с базой Космического флота, эти корабли повернут сюда, на Палаццо, и оставят от нас мокрое место. Теперь не осталось ни малейшей надежды, что губернатор Спайл забудет про наше Скопление. Он смахнет нас к дьяволу в зубы вместе с кровавыми лохмотьями Джемини. Если только мы немедленно не сдадимся на его милость. Ваши действия не оставили нам другого выбора. Вы не предоставили нам ничего… Да слушаете вы меня или нет?!
Бертингас отрицательно покачал головой.
— Принимать решения — дело губернатора, — мягко произнес он. — Мы вернули ей Скопление — или по крайней мере военное превосходство в этой его части. Если она решит повесить меня за это — значит, повесит. А если захочет передать меня Аарону Спайлу и его приспешникам из Хайкен Мару в качестве знака готовности к мирным переговорам, то это тоже ее прерогатива.
Бертингас попытался обойти своего начальника.
— Вам не удастся уйти от ответственности! — закричал Прейз.
Тэд внезапно понял, что он произносит заранее заготовленную речь, предназначенную для других ушей.
— Да-да! — с пафосом заявил директор Бюро коммуникаций. — Мы знаем, что это были вы. Мы схватили вашего сообщника, инопланетянку Ринальди. Она призналась, что сделала эту абсолютно фальшивую и предательскую передачу по вашему указанию. Передача поставила ее превосходительство губернатора в ужасное положение. В нашем распоряжении также рабочие записи Ринальди, сделанные вашим почерком. Это доказывает, что…