Страница 37 из 104
История десятая. «Дожить до весны»
Открытый космос — Саа, столица Аннхелла, территория Империи
— Капитан, разрешите поднять с грунта пилотов?
Морда у Келли была красная, словно не воевал вчера, а праздновал.
— На кой Хэд? — отозвался я, щёлкнув пальцем по спецбраслету. — Ты-то чего блажишь?
«Персефона» висела над Кьясной. Основной пилотский состав помогал охранять архив, так было оговорено между Локьё и Дьюпом. И подчинялись мои ребята временно Энреку, а не Келли.
Я только Роса забрал. Мы летели с Мерисом на основную базу спецона, на Аннхелл. Решил махнуть прямо на шлюпке: два раза уже пожалел, маячил третий. Генерал стал хуже переносить проколы и шкрябал теперь своим небравым видом по моей и без того исцарапанной совести.
— Да, это… Психические твои нужны, — чутка расслабился Келли, увидев, что рядом со мной только Мерис.
Психическими Келли называл тех пилотов, кто прошёл обучение у эйнитов. Я нахмурился.
— Что случилось-то, скажешь ты мне или нет? Морда чего такая красная?
— Да это, — сглотнул капитан, — ты просто дай этого… Ну Неджела, что ли, или Дерена?
Врать зампотех никогда не умел: сначала у него краснела шея, потом морда шла пятнами. Однако вывести его на чистую воду было непросто — мешало усиливавшееся по ходу стресса косноязычие.
— Келли, я злой. Я шуток не понимаю. Что случилось у тебя? Гармана к экрану подвинь?
Замполич взволнованным или виноватым не выглядел:
— Здравствуйте, капитан. Двенадцатую десантную потеряли в районе Джанги. Дегир не возражает, чтобы мы поискали, но техсредствами неделю ковырять будем. Если вы разрешите Дерена взять, он быстрее найдёт, у него получается.
— Это какая у нас двенадцатая? — перебил я. — Которую я с Кьясны велел убрать? — Вот же квэста Дадди пассейша!
— Так точно, капитан. В суматохе мы её не отследили, на запросы не отвечает. Судя по данным со спутников: ушла в прокол с минимального угла от планетарной массы. Есть малый шанс, что там и сгинула, но могли и обстрелять у Джанги. Дегир не отрицает, что вчера у него там сильно нервные стояли. Если стрельба была — наши могли на Джангу сесть, а могли прилипнуть к астероиду или к луне. Искать надо.
— Берите Дерена, ищите!
Я отключился и вспомнил: там же у меня Брен…
Только этого не хватало. Перетянул мальчишку и тут же угробил. Говорил же Колин, оставь… Ой, какой я талант, что б меня дакхи съело!
Ладно, Дерен найдёт, если парней не распараллелило при неудачном прыжке. А распараллелило вряд ли — я бы уже что-то почуял.
Над столицей Аннхелла созревала осень. Побелевшие листья торопились покинуть ветви, но сочные ещё черешки из последних сил цеплялись за уходящую жизнь. И ветра не было, чтобы оборвать агонию.
Я хотел увидеть Влану и увидел. Всё это время она тихо жила рядом с кабинетом Колина.
Вошёл в смежную с его кабинетом комнату с установленной там аппаратурой для медицинской реанимации и понял, что он не выдержал — прорезал окно в стене, выходящей во двор.
В спецоне не положены окна. Они есть только в парадной части резиденции, да и то после моей «диверсии» Мерис велел поставить там силовые щиты.
Но Влане не хватало слишком многого, и мой друг впустил к ней солнце.
Я склонился над приоткрывшейся капсулой реаниматора.
Влана? Или уже не Влана, а белая восковая кукла застыла в переплетении трубок и проводов. Кукла…
Я зажмурился.
Горло моё окаменело, и звук вовне — тоже умер. Мерис, стоящий справа, казалось, даже не дышал. Живое тоже может быть мертвее мертвого, ведь ему не оставили выбора. Только мне. Это я должен что-то сделать, чтобы разбить эту проклятую причинность!
Мерису ещё хуже, чем мне. Он рождён лишь для того, чтобы выгнать меня пинками с «Эскориала», сам бы я не ушёл. И всем очень повезло, что я такой тормоз, иначе…
Я опустился на колени и обнял Вланку.
Я убил тебя, девочка. Убил тебя два раза. А сам — даже самоубиться не могу.
От Вланы невыносимо пахло сосновой корой и морем. Душою она была там, где растут могучие сосны. Не модифицированные, как на Кьясне, а настоящие, с шершавой корой и потёками медовой смолы.
— Знаешь, Виллим, — сказал я, поднимаясь. — Видимо, мне действительно надо что-то тут начудить, а ты должен присмотреть за мной. Раз мы оба…– Мерис дёрнул плечом. Я вымотал его. Нервы, проколы… — Ты иди, займись своими делами. Или отдохни. Обещаю, не предупредив — никуда не полезу. Мне надо побыть одному.
Генерал кивнул и исчез.
Я посмотрел в окно. Там тоже была осень, и она уставилась на меня верной собакой, готовой гонять по резинобетону сухие листья.
Осень в этих широтах короткая, а зима — одно название. Но и здесь легче лёгкого не дожить до весны.
Что же я должен сделать по замыслу Дьюпа?
Он остался на «Эскориале» кем-то вроде заложника, но я не верил, что Ингвас Имэ сумеет быстро распорядиться его жизнью.
Что-то маньячное в дяде ощущалось, но не кретин же он, в самом деле. Добровольная жертва нехорошо влияет на причинность. Имэ будет искать такой способ убить Колина, чтобы не всколыхнуть паутину. Судя по тому, что я успел узнать — это не так-то просто.
Поговорить бы с кем-то? Но Мерис мне не советчик, а инспектор Джастин так и не вернулся из столичных миров. Оставались эйниты и… Локьё.
Учитывая историю, рассказанную Мерисом про Эскгам, эрцог Сапфира уже имел дело с добровольной жертвой. У него есть какой-то личный опыт, возможно, подходящий и для меня.
Но хотел ли я видеть сейчас Локьё? Не особенно.
Он в курсе происходящего. Если сочтёт нужным — вызовет меня сам, или все мои просьбы бесполезны. Ну, или я всё ещё плаваю в экзотианском этикете, во что почти не верится.
Значит, только Айяна.
А ведь она хотела от меня что-то.
Я собирался, искал куртку. Она вошла… И что? Что было-то?
Амнезия, хэдова бездна.
Посмотрел в желтовато-прозрачное лицо Вланы. Если человеку отрезать полголовы, его это не испортит и не украсит. Лицо будет лежать и смотреть в потолок, как живое.
По телу прошла судорога — я боролся с собственными мышцами. Им нужно было срочно лететь на Кьясну, спросить Айяну…
Или?.. Или я хочу под любым предлогом бежать отсюда, чтобы не видеть, что стало с моей девочкой?
Я сел на удивительно широкий диванчик в изголовье медкапсулы. Неужели Колин тут спал? С него станется.
Смог он, смогу и я.