Страница 24 из 40
– Нет, конечно, нет. Но все же. Я должна ей обо всем рассказать.
– Позволь им самим разобраться во всем, – ответил Алан.
– Возможно ты прав…
И все же тайна, соучастницей которой стала, тревожила и нервировала меня. Следующие дни я в прямом смысле страшилась поднять на Маю глаза, чувствуя себя предательницей перед подругой. Думаю, если бы не боялась навредить ее новообретенному женскому счастью – сама обо всем рассказала. Но страх лишить подругу близкого человека в жизни запечатал мои уста. Правда ненадолго. Видя, что Отис не открывает Мае правду, решила сама ей обо всем рассказать. А там будь что будет.
– Мая, мне нужно тебе кое-что сказать, – с волнением приступила я к серьезному разговору.
– Как хорошо, что ты решилась на это. Я уже и сама хотела подойти к тебе, видя, что меня избегаешь. Скажи, может, я обидела тебя чем-то?
– Ах, Мая, это не ты обидела меня, а я тебя. – слезы заструились по моим щекам. – Я не должна была молчать, узнав правду. В свое оправдание могу сказать, что действовала так не из-за своего эгоизма, а скорее напротив. Я так хотела видеть тебя счастливой, что боялась рассказать о лжи Алана и Отиса.
– Я тебя не понимаю, объясни, – спокойно сказала подруга и, приобняв за плечи, усадила на диван. Сама примостилась рядом.
– Мая, когда я говорила о вас с Отисом, я не знала всей правды, а узнав – промолчала, – отирая слезы, сбивчиво шептала я.
– О чем? – Мая с интересом глядела на меня, а я все ниже опускала голову, избегая ее взгляда.
– Это не Отис, а Алан хозяин поместья, – всхлипывала я, ничего уже не видя перед собой от слез, застилающих глаза. Неожиданный смех Маи заставил поднять лицо и непонимающе уставиться на подругу.
– Вот ты глупышка! – мягко воскликнула подруга, качая головой.
Я часто заморгала, пытаясь понять что происходит. Она мне не поверила или тут что-то иное? Мая сама прояснила ситуацию.
– Отис давно мне обо всем рассказал. Практически сразу, как признался в своих чувствах и услышал в ответ, что я не могу быть с хозяином поместья, не имея титула. Также он попросил ничего не говорить тебе – Алан сам должен был во всем признаться, набравшись мужества.
– Так ты все знала?! – тут уже я заревела в голос, пристроившись на плече подруги. Слезы облегчения исцеляли сердце после пережитого волнения.
После всех этих новостей должен был наступить мир. Тайны открыты, все, казалось бы, были счастливы. И все же новость об Алане продолжала тревожить первое время. Титул молодого человека стал между нами невидимой стеной. Появилась некая скованность, я бы даже сказала настороженность. Правда исключительно с моей стороны. Алан же стал со мной более открытым, расслабленным. В конечном итоге это заставило меня успокоиться, отпуская будущее на волю случая в этом необычном мире.
Заброшенная деревня
Отпуск Маи подходил к концу. К нашей всеобщей радости, она оставалась в поместье. Отис считал это исключительно своей заслугой. Алан, что ей понравилось поместье. А я не сомневалась – причина гораздо глубже нежели любовь и приятное окружение. Впервые подруга могла сама выбирать как жить, а не следовать необходимости делать определенные шаги, как когда-то пойдя учиться в академию, а потом оставаясь там, так как идти больше было некуда. В чем же истинная причина – мы никогда не узнаем.
В этот же момент произошло еще одно значимое событие. Напряженные отношения между двух королевств достигли апогея и новый разрыв не заставил себя ждать. Теперь пути обратно ни у меня, ни у Маи не было, даже если бы очень захотели, а мы и не хотели. Если мотив Маи был более-менее понятен, то мой удивил даже меня саму. Да, я приняла свою вину, страх изменений, из-за чего долгое время жила не так, как хотела. Да, любовь к Алану, разгоралась в моем сердце все сильнее. Но помимо этих чувств там была немалая обида на бабушку. Всеми ее поступками, словами, намерениями двигала исключительно забота о себе самой. Ни одного раза, за все время, она не подумала о единственном близком человеке, обо мне. Нет, я не хотела, чтоб она отказывалась от своей жизни ради меня, как это делают некоторые люди. Но небольшое внимание было бы для меня очень ценно. А этого не было. Поэтому и простить я ее полностью не могла и видеть в дальнейшем не хотела.
Еще больше удивила реакция мужчин на эту новость. Я не могла понять причину, а она была действительно веская.
– Каждая такая стычка ослабляет королевство, которое еще не успело оправиться от прежнего конфликта. Боюсь, что в конечном итоге все придет к полному уничтожению.
– Уничтожению? – не поняла я.
– Король будет свергнут, а земли поделены между двух других государств.
– Ты думаешь, все настолько серьезно? – в страхе спросила я.
Эта новость шокировала. Как обычный человек, я поняла всю серьезность ситуации только тогда, когда это коснулось непосредственно меня. Что теперь будет с моей жизнью, работой, любовью? Я в страхе замерла, ожидая слов молодого человека. Алан неопределенно пожал плечами, но я поняла его без слов. Наш уютный, создаваемый с нуля мир рушился. Не было больше возможности отмахнуться от новостей, жить только своей жизнью. Все изменилось.
И все же молодость не знает поражений. Так было и со мной. Подскочив к Алану, я воскликнула:
– Но ты же можешь повлиять на эту ситуацию! Ты граф как ни как.
– Нет, не могу. Нет средств – нет власти и авторитета, – хмуро заметил Алан.
– Все, как на Земле, – вздохнула я, на миг опуская руки. В следующую минуту я уже снова трясла его, – так чего ты сидишь? Нужно больше работать, чтоб были средства и силы.
– Ты права, – ответил Алан, поцеловал меня и ушел.
Конец августа в этом году был неимоверно жарким. Работать было тяжело и днем мы прятались в тени деревьев или доме. В этот раз мы с Маей отправились на длительную прогулку, разведать округу. Работа отнимала львиную долю времени, поэтому нам так и не удалось побывать в близлежащем городе или хотя бы деревне.
Увидев впереди домики, очень обрадовались, надеясь познакомиться с местными. Каково же было наше удивление, когда, подойдя ближе, поняли, что деревня заброшена. Дома выглядели уныло: полуразрушенные, заросшие, с выбитыми окнами. Печальное зрелище! А ведь раньше, судя по всему, тут было очень уютно.
Расположение домов разительно отличалось от тех, где я бывала ранее. Домики в деревне выстроились ровными рядами. У всех входы смотрели на вымощенную камнем дорогу. Перед каждым был небольшой палисадник, сейчас полностью заросший сорняками и полевыми цветами. Цветники от дороги отделяли невысокие каменные заборчики, в данное время не особо различимые из-за сильно разросшегося бурьяна. Сзади каждого дома имелся довольно большой участок земли, приспособленный для семейных нужд.
Обойдя по кругу всю деревеньку, решили осмотреть домики внутри. Сделать это оказалось не так-то и просто. В каких-то домах крыши обвалились полностью, преградив вход, где-то только частями, из-за чего входить было не только страшно, но и опасно. И все же мы не удержались, побывав в некоторых. Какой-то странный материал, заменяющий стекла в окнах, был разбит не то природными стихиями, не то местными вандалами. Кое-где внутри сохранились каменные печи. Щепки от мебели покрывали полы, тут и там они поросли мхом. Сердце кровью обливалось, при виде подобной разрухи. С тяжелым сердцем покинули мы эту деревеньку.
Вечером за ужином я поинтересовалась, почему в этом королевстве так много заброшенных земель, разоренных поместий, пустых деревень.
– Управленцев не хватает, – отозвался Отис.
– Как закрылась последняя академия, все стало совсем плохо, – подтвердил Алан.
– А отчего она закрылась? – заинтересовалась разговором Мая.
– Сосед раньше присылал учителей для наших академий, чтоб уже у нас обучались управленцы для двух государств. Так мы и жили. Но потом встал вопрос о приграничных землях. Ни один из королей не хотел признавать их территорией чужого королевства. Ссора так просто не завершилась. Обиженный сосед наотрез отказался присылать нам учителей. Время шло, учителя не вечны. Когда умер последний, огромное управленческое направление в академии закрылось.