Страница 97 из 102
— Есть ведь ещё и свобода знать? — я попробовал перехватить инициативу.
— Есть, — согласился мой собеседник и сел напротив. — Спрашивайте. Сумеете спросить — ваше право.
Оба мужчины находились в пределах видимости, руки не прятали. Усыплять меня насильно они, вроде, не собирались. Что же им от меня может быть нужно?
— Кто вы?
— Люди.
Вот так, да?
Я понял, что мой собеседник будет отвечать только на точно сформулированные вопросы. Но как же мне их задать?
— Как вас зовут? — нашёлся я.
— Меня? Сетистэр.
— Это и имя, и должность?
— У вас хорошие гены, — снова улыбнулся он. — Да, это должность.
— Что значит — хорошие гены? — зацепился я за его слова.
— Гены большинства ваших соотечественников понесли необратимые изменения.
— Излучения?
— Нет.
— А что тогда?
Он промолчал.
— Причина в том, что мы покинули Землю?
— Нет.
Я задумался. Как же задать этот проклятый вопрос так, чтобы он ответил?
Я почти ничего не знал об этих двоих. Да, что там «почти» — вообще ничего. Разве, что их слова продолжали меня беспокоить. Вот эти: «Хорошие гены».
— Почему у меня «хорошие гены»?
— Вам повезло. Ваши предки пострадали меньше.
— Была какая-то катастрофа? На Земле?
— Ну, вот что с ним делать? — обратился Второй к Первому. — У него действительно хорошая генетика, и третья сигнальная система уже начала развиваться.
— Он, так или иначе, скоро сам начнёт понимать ответы на свои вопросы, — пожал плечами тот, что меня привёл.
— Вы должны дать нам слово, — решился Второй. — О том, что никому ничего не расскажете, где были и что видели. Людям ещё не время знать это. Мы полагаем, что решение найдётся, но не нужно сейчас порождать новое противостояние. Мы покажем вам кое-что, но пообещайте, что об этом никто не узнает.
Я вздохнул. Ну, скажи, кто отказался бы на моём месте?
Линкор Империи «Каменный ворон» — открытый космос — Плайта
— Умная собачка, хорошая собачка, — Энрихе наглаживал нервно дрожащую Кьё. — Ты же у нас собачка-пилот? И невесомости совсем не боишься, да? Таскают тебя эти гады туда-сюда… — он покосился на Косту, пилота-штрафника сидевшего за вторым пультом.
Чуда не произошло. Второго годного пилота с испорченной биографией найти не удалось.
За первым пультом сидел Рос, и на лице его, необыкновенно гладком после удаления ожогов, было написано: «Да пусть хоть дисквалифицируют!»
Ещё двух штрафников взяли для «балласта». Они не стали делить одинокое свободное кресло и устроились на полу.
— Кидать будет, — скупо проинструктировал Рос. — Пристегнулись оба. А то в процессе — высажу.
Энрихе не слушал, он смотрел в глаза Кьё.
— Хорошая собачка. Умная собачка, — приговаривал он, настраиваясь на немудреную эмоциональную волну животного.
Собака высвободила морду и уткнулась иннеркрайту под мышку.
— Думай, Кье, думай. Без тебя мы хозяина твоего не найдём.
В шлюпку заглянул Келли и уставился на Энрихе:
— Не боитесь вы со штрафниками… того? Мало ли? Мне тогда лендслер вставит по не балуй.
— Я час назад с алайцами летал. По сравнению с ними ваши штрафники — воспитанники дамского пансиона. — Иннеркрайт отстегнулся и махнул Росу, подожди мол.
Он выбрался из шлюпки, повёл Келли назад, по пахнущей горячим железом кишке огневого туннеля. Резко затормозил, сократив дистанцию, и уставился чуть свысока на крепкого коренастого капитана.
— Мои алайцы, — сказал иннеркрайт тихо, — если не вернусь — должны умереть. Вы за это отвечаете ЛИЧНО.
Последнее слово он произнес с умеренным ментальным нажимом. Потом развернулся и пошёл к шлюпке.
Рос едва дождался, пока иннеркрайт вернётся и усядется на своё место. Руки его скользнули над пультом, и малая шлюпка, боевой модуль, отстреливающийся не из ангара, а прямо из оружейного кармана крейсера, плавно вошла в шлюзовую камеру.
Ещё толчок, и Энрихе почувствовал, как ласковая невесомость приподнимает ноющее тело.
Рос, казалось, вообще не управлял «двойкой». Он двигался так, словно был слит с ней воедино.
Сначала они планировали взять большую десантную шлюпку и стартовать через ангар. Но Тусекс предупредил, что даже лёгкая «двойка» едва даёт в условиях атмосферы Плайты семнадцать единиц скорости, а кроме скорости в игре со «шнуром» рассчитывать не на что. И на затею плюнули. А потом и на конспирацию.
Лендслер и так, и этак узнает, что одна из двоек ушла. Он и сам неплохой пилот, вряд ли Келли удастся его запутать.
Реакция лендслера будет, скорее всего, зависеть от финала задуманного. Прямого запрета на поиски не давали, существовал всего лишь приказ комкрыла о четвёртом классе опасности. Келли выпустил шлюпку и взял ответственность на себя. При необходимости Рос заявит, что ослушался его — пилота дальше космоса не сошлют.
— Господа, прошу внимания, — иннеркрайт повысил голос, морщась от усилившейся вдруг головной боли. — Все мои команды выполнять следует беспрекословно. Вопросы есть? Тогда заходим с той стороны, где уже прошёл «шнур».
Рос кивнул, и шлюпка резко пошла вниз. Энрихе впечатало в кресло.
— Лейтенант, потише, а то не довезёшь, — поморщился он. — В выжженной части никого нет. Но нам нужно как-то проскочить под этими фиолетовыми лучами. Плотность потока быстро рассеивается. Я полагаю, проскочить можно, если прижаться к грунту. Не торопитесь. Сгореть мы всегда успеем.
Шлюпка пошла тише, хотя «тишина» в том аду, который представляла собой атмосфера планеты, взбаламученная «шнуром» и неведомым излучением, была понятием относительным.
Собака лежала безучастно, пристёгнутая специальными шлейками, но вдруг в её глазах что-то мелькнуло, уши дернулись и встали, а в желудке у Энрихо ёкнуло.
— Мы где-то рядом, — констатировал он. — И нам явно нужно нырять под генератор луча. Предложения будут?
— Надо, значит надо, — спокойно отозвался Рос, и руки его заскользили над пультом.
— Свалимся, командир! — попробовал возразить Коста. — Управление потеряем…
Штрафники завозились на полу.
— Сейчас буду высаживать по одному, — с неожиданным холодом в голосе предупредил Рос.
Энрихе, и без того ощущавший смертельные конвульсии погибающей планеты, вздрогнул.
Штрафники потухли. С ними говорил человек, уже умерший. И не один раз.
— Не летали раньше как надо, значит научитесь, — продолжал Рос ровно и тихо. — Второй пилот: горизонт — 13, ревер держать вручную.