Страница 86 из 102
По пластику коридора зацокали когти — рыжая в пятнах капитанская собака вела куда-то квадратнолицего штрафника.
Ещё одна картинка местного паноптикума: штрафник гуляет по первой палубе с собакой. Надо бы чиркнуть Бризо. Мол, срочно нужны алайцы с их милыми домашними змеями. Клыкастыми тварями, величиной с полшлюпки.
А что, тоже колорит.
Собака была здоровенная, наглая, с умными коричневыми глазами. Она умела забавно хмурить брови, выть по команде, и по команде же лезла целоваться. У навигатора собака гостила часто, и Энрике уже успел с ней познакомиться.
Вдруг псина перестала тянуть поводок, шлёпнулась на задницу посреди коридора и тоскливо завыла.
Иннеркрайт затормозил, оглянувшись, какое-то неприятное предчувствие мелькнуло у него в голове, и тут же…
«Внимание, боевая тревога, — подтвердил его ощущения голос дежурного. — Основному составу занять свои места. Внимание…»
Что ещё за пирожки с котятами? Нет, перестрелка эти дни велась, конечно, но была она вялая и символическая.
Энрихе быстро пошёл в навигаторскую, до неё было просто ближе.
Ивэн Млич склонился над пультом и что-то тихо говорил в микрофон.
—… три неопознанных корабля… — уловил иннеркрайт. — Больше на провокацию похоже. Нет, не скажу. Опознавательных знаков сканер не даёт никаких, по очертаниям я бы предположил, что верфи наши, но это может быть довоенный заказ. Да. Да, капитан. Да, я «Зигзагу» головидео послал, если дореформенной серии — может, у них кто-то опознает.
Млич выпрямился и приветливо кивнул Энрихе.
Во время возни с головоломками «на интерес», иннеккрайт успел выяснить, что нервы у навигатора отсутствуют вообще. Млич выигрывал и проигрывал с одной и той же доброжелательной улыбкой. Генетический дефект, видимо.
Пришлось спросить прямо:
— Что-то случилось?
— Три неопознанных корабля — то ли ваши, то ли наши, пытаются выйти к Плайте, что называется «в пределах общей неразберихи». Мы засекли домагнитное возмущение в районе соседнего астероида. Эти гости явно прощупывали обстановку. Похоже, они теперь в курсе, что мы тут не воюем, а дурью маемся. О! — Млич снова повернулся к пульту. — «Хайор» сигналит. И ваши их заметили. Предупреждают. Видимо, постреляем мы сегодня и на поражение. Ставь пока чайник, не думаю, что прямо сию секунду и понесётся. Мы их «простучали», и они это поняли. Сейчас посуетятся сначала. О, я же совсем забыл!
Млич кинулся к сейфу и триумфально извлёк из него коробку взрывающихся во рту джангарских сладостей.
Взрывов ему прямо-таки не хватало.
Саа, столица Аннхелла
Инспектор Его Императорского величества Адам Джастин шагал по гулкому коридору, ничего, кроме усталости, не ощущая. Его ждали в малом зале секретарь и несколько членов недавно созданной подкомиссии, у которых уже возникли вопросы, скорее всего, неприятные, но он не торопился.
События следовало не просто обдумать, их следовало сдержать. И он весь вживался сейчас в силу, способную стать каждым из звеньев звенящей от напряжения цепи. На миг — но каждым. Лишь тогда рождающиеся сейчас мгновения не разорвутся, а перетекут в бесконечность.
Охрана расступилась, как вода расступается, пропуская Вечно идущих по песку. Воздух наполнился звуками неведомого и дальнего. Зрение ушло, чтобы пришло зрение иное.
Створки дверей растворились перед инспектором, пропуская то, что двигалось впереди него.
Флагман командующего эскадрой Содружества эрцога Локьё «Леденящий»
Эрцог Локьё приподнялся на постели, и ощутил, что слабость, хоть и не оставила его совершенно, но разжала свои бархатные лапы.
Он услышал телом тонкий, восходящий звон, сел, позволяя оси мира пройти через позвоночник, прислушался к свисту звёздного ветра во флейтах небытия и серебряные нити паутины задрожали перед ним.
«Эмэ, — подумал он. — Актиа эмэ». Что означало: «Сейчас. Или — уже никогда».
Реальность дрогнула и сомкнулась над ним.
Линкор Империи «Каменный ворон»
— Вот, мать твою, заразу! — выругался Ивэн Млич, бросаясь к пульту.
Энрихе обернулся и увидел, что корабельных теней, опутанных нитями сканерной сетки на экране больше нет.
И аппаратура, судя по лицу Млича, работает нормально.
Просто корабли растворились вдруг в пространстве. Корабли призраки, «Летающие голландцы» из земных легенд.
— Ивэн, что случилось? — прорезался спокойный негромкий голос из капитанской.
— Не знаю, капитан. Я никогда такого не видел. Мне даже баек таких в учебке не рассказывали, — на пульте пискнул сигнал. — Капитан, «Хайор» вызывает.
— Соедини напрямую.
Энрихе едва успел удивиться, почему алайцы вызывают не его, а капитана «Ворона», потому что Млич повернулся и поманил, подойди мол.
Энрихе подошёл, всмотрелся в навигаторскую сетку «Хайора».
— Разворачивается, что ли?
— Похоже, испугались твои алайцы.
— Пойду и я с капитаном поговорю…
— Может, подождёшь? Пусть схлынет.
— Нет уж, я поучаствую, — усмехнулся Энрихе.
—… белые корабли! — на экране дрогнуло и скривилось от помех лицо Бризо.
— Я не помешал? — играя в вежливость, спросил Энрихе.
У дверей никого не было. Он просто вошёл.
— Помешал. Садись, — капитан Пайел в вежливость играть привычки не имел.
Энрихе это иногда забавляло, иногда раздражало, но сейчас он вообще ничего не ощутил.
— Что произошло? — спросил он, усаживаясь и намеренно не глядя на экран.
— Алайцы твои сообщили, что отходят.
— Я им отойду. Дай-ка я скажу Бризо пару ласковых!
— Он полагает — ты не поймёшь, — усмехнулся капитан Пайел, встречая взгляд Энрихе не менее твёрдым и «тренированным» взглядом.
Угрозы, однако, в его глазах не читалось. Немного ехидства, пожалуй, не более.
Алаец слышал их разговор и молчал, что вообще было странно для этого довольно болтливого народа.
— А ты, значит, понял? — нахмурил брови Энрихе и чуть усилил ментальное давление, что капитан выдержал с той же улыбкой, психической диспозиции вообще не сменив.
Запас прочности у него, видимо, был немалый.
Но играл сейчас Энрихе не с капитаном, потому продолжать эксперимент не стал. Он просто тянул время и наказывал Бризо своим невниманием, демонстрируя ему, что недоволен.
— Нет, я не понял, — легко признался капитан Пайел, параллельно выскальзывая из наброшенных на него психических «пут», как намыленный. — Но я видел — он нервничает.