Страница 46 из 102
Уснуть, однако, не смог. Только часа за два до утреннего сигнала задремал ненадолго, и тут же был выброшен из сна.
Не корабельной сиреной. До неё ещё оставалось достаточно времени, чтобы одеться, умыться, почистить зубы. И ещё постоять в полутьме коридора, дожидаясь, когда же зашипят раздвижные двери, замыкающие по ночам корабельные сектора, и разгорится свет.
Потом он быстро пошёл по центральному коридору. И чем быстрее шёл, тем явственнее растягивалось время.
Доктор был у себя. Он, не спрашивая, открыл дверь в смотровую, и Аний был благодарен ему уже за это.
Мальчик ещё пытался думать, кто именно был виноват больше во всей этой истории, он или стюард, потом розга свистнула, и мысли о мести тут же пропали.
За пять или десять минут он пережил заново вчерашние страх и ярость, потом — стыд, сожаление.
Но порка прекратилась только тогда, когда он обессилел и чувства ушли все.
Домато спокойно поставил прут в вазу. Он ничего не сказал, но Аний понял, что это не конец.
Он действительно сорвался второй раз, наверное, дня через три. И в этот раз было гораздо больнее, потому что прошлые синяки ещё не прошли, да и он знал уже, что будет долго и больно.
Но на этот раз его отпустило. Он понял, что может справляться с собой, и что источник его ярости прежде всего в нём самом.
И Домато убрал вазу из смотровой.
Прошло пять лет, прежде чем перед ними снова встала та же проблема: решить, насколько самость человека оправдывает подчинение и даже смерть других, таких же, как он.
Но теперь боль уже не смогла бы ему помочь. Эрцогу ежедневно приходилось перешагивать через чужие жизни. Всё, чему он научился — не делать этого в поспешности или в гневе.
Аний Локьё вздохнул, сильно зажмурился, прижимая подбородок к груди и прогоняя головную боль. Еще раз повел плечами. Включил чайник.
Он привык обслуживать себя сам — слуги и ординарцы раздражали его и мешали умственным упражнениям.
Корабль вошёл в фазу торможения с приличным толчком: видимо, когда выключился основной двигатель, «боковые» несинхронно приняли скоростную нагрузку.
Эрцог поморщился. Этот нахальный зеленоглазый пацан — капитан «Каменного ворона» (!), тоже поморщился бы сейчас.
Сумасшедший имперский щенок на корабле с легендарным для Содружества именем…
«Каменный ворон» был одним из самых древних судов, сбросивших платформы с переселенцами над Доминэ. Или Домусом, как его называют имперцы.
Синее морозное небо и тёмная громада корабля. Эрцог так часто видел эти старые кадры, что казалось — он извлёк их теперь из собственной памяти.
Что сам видел, как вздрагивает левиафан, выпуская к далёкой планете посадочные модули, похожие на неуклюжие речные плоты.
Что означает это название для мальчишки? Совпадение? Знак? Щенячья блажь?
И почему именно к этому имперскому капитану вдруг попал утерянный столетие назад родовой сапфир дома Сиби?
Когда эрцог увидел камень, сердце его стукнуло. Всё разъяснилось, казалось.
Мальчик, наверное, был полукровкой, внебрачным сыном кого-то из дома Сапфира, или даже его собственным сыном — Аний не очень-то держал в памяти все эти «свои связи».
Парень был высокий, с мощным костяком, белобрысый — всё это в сумме вполне могло указывать на кровь доминантов — элиты правления мирами Содружества.
Но нет. Анализы показали, что не только с домом Сапфира, но и ни с одним из правящих домов у щенка не было ничего общего. И тем не менее, хитрые грантские мастера отдали камень ему.
Эрцог уже отдал приказ навести справки об этом Абио…
Приказ бессмысленный. В архивах мало что можно найти о грантсах, а отправлять кого-то на Грану… Кого?
Всё было неправильно, не так. Не нужно было отпускать от себя мальчишку!
Однако нарушенное слово привело бы к возобновлению военных действий, чего ему сейчас совершенно не хотелось, учитывая путающегося под ногами Пфайфера.
Ум лендслера, нового лорда Михала, которого щенок-капитан запросто называл Колин, не горячее, чем у «ледяных» лордов. Одно неверное движение вечно истерящего Пфайфера, и Аннхелл навечно останется за Империей.
И Бездна бы с этой планетой, но не с секторальной развязкой Саа-Сефер. Без неё Домус будет отрезан от метрополии, как и во времена первой волны колонизации.
Эрцог хмыкнул
Нет, он не боялся схватки с вашугообразным лендслером.
Томаш Михал относился к себе жестоко, ставя себя психически и телесно над гратой, что повышало его шансы на победу. Схватиться с ним было бы даже забавно. Это была бы схватка школ и традиций. Кровавая, но весьма любопытная.
Но «Каменный ворон» — часть обороны сектора, а мальчишка-капитан…
Закон не запрещал эрцогам привязываться к собственным сыновьям. Они всё равно не смогли бы стать наследниками.
Наследника придётся выбирать из племянников всех мастей, такова традиция. Только внуки смогут принять участие в борьбе за титул. Потому, хотя бы одного из семи законных сыновей и одиннадцати официально признанных, но незаконных он мог бы любить. Но не любил.
И первый раз испытал вдруг какую-то симпатию к абсолютно чужому щенку.
С чего бы это?
Правда, никто раньше и не отвечал эрцогу так нахально. Даже равные остерегались хамить в лицо, за спиной, впрочем, вытворяя достаточно…
Этот же за спиной не сказал ни слова, за ним наблюдали внимательно. Но наедине…
Дурак? Или слишком умный?
Мальчишка не переходил невидимой грани, точно поддерживая заданный тон. И в этих разговорах «на равных» было непривычное обаяние…
Локьё в раздражении швырнул алайский контракт на покрытый свежим слоем силикона подковообразный стол и велел вызвать Бризо.
Тот не промедлил. За более короткое время прибыть с «Хайора» на «Леденящий» было просто невозможно.
Настроения партнёров алаец чувствовал прекрасно. Хитрый, изворотливый мерзавец. Окажись таким же мерзавцем мальчишка-капитан, задуманное было бы осуществить гораздо проще.
У эрцога заломило виски, и он раздраженно рявкнул на ухмыляющегося Бризо.
Бризо любил, когда кому-то рядом больно. Однако приходилось терпеть его. Содружеству нужен Аннхелл — слишком много времени и ресурсов вложили в эту планету, чтобы оставить её имперцам.
И от непредсказуемого имперского капитана следовало избавиться как можно скорее. Симпатии — симпатиями, а обязанности — обязанностями.
Другой вопрос — как избавиться? Убийство потянет за собой неправомерное натяжение нитей в секторе.