Страница 63 из 71
Голоса колдунов слились в низкий рокот, который отдавался по всему тронному залу, а если на то пошло, и по всей крепости. Безумный Опустошитель заворчал, но ощутить это мог только Нэд, да и сам он уже не был ни в чем уверен. То, что он полагал пробуждением неописуемого зла, вполне могло оказаться просто несварением желудка.
Нэд гадал, не случилось ли ошибки. Он как-то не чувствовал себя всемогущим. Или медленно угасающим. Он чувствовал себя… просто Нэдом. Но вряд ли могло статься, что Красная женщина, священные камни и демоны одновременно ошибались.
Напев достиг своего крещендо. Огни маятников сформировали над его головой вращающийся куб, который опустился на его тело, отчего Нэда чуть не вырвало.
Рукка набросился на него. Он прижал Нэда к полу и запустил коготки ему в лицо.
Нэд рыгнул.
Свет померк.
Ухмылка сползла с лица Рукки. Он отдернул пустую ладонь и покосился на Нэда.
– Что такое? Где оно? – Он вскочил Нэду на грудь и злобно оглядел своих колдунов. – Где могущество?
Колдуны опустили маятники, но не отважились ответить. Закряхтев, Рукка пустил из ноздри молнию, которая медленно и мучительно испепелила одного из его фаворитов. Колдун извивался в агонии, крича и моля о пощаде.
Рукка ухватил следующего за мантию.
– Изволь объяснить.
Голос колдуна звучал приглушенно, будто издалека, что из-за отсутствия рта выглядело логичным.
– Прости нас, о грозный повелитель, но мы не знаем. Должно было получиться.
В один миг Рукка дезинтегрировал колдуна, опустив обычный ритуал медленной пытки, предназначавшийся тем, кто его подвел. Более неотложные дела не оставляли места для церемоний.
Уцелевшие колдуны съежились, пока Рукка вновь переместился к Нэду.
– Я его чувствовал. На кратчайшее мгновение я почувствовал… нечто. Нечто непостижимое даже для моего разума. И оно все же осталось сокрытым.
Сложив руки за спиной, он дважды обошел вокруг Нэда.
– Теперь очевидно, что мне придется заняться этим лично. – Он повернулся к колдунам. – Исчезните.
– Благодарим, о милосердный темный владыка.
– Не стоит благодарности. – Рукка взмахнул рукой. Пол под ними разверзся, и они полетели вниз, в самые кромешные недра Железной крепости.
Бесчисленные глаза Рукки замерцали синим огнем. Он не двинулся к Нэду, просто смотрел в упор. Подняв маятник, демон сконцентрировал на нем свою темную мощь. Камень разгорелся убийственным красным светом, окутав Нэда алым сиянием, а магия Рукки тем временем принялась прожигать иллюзию плоти, стремясь сорвать ее, избавиться от химеры смертных костей и крови. На краткий миг контуры Нэда слегка расплылись и восстановились. Император был изумлен отсутствием реакции, но не подал виду. Жестокая усмешка застыла на его лице, тогда как все больше его фантастической силы устремлялось на борьбу с древним заклятием в лице Вечно Живого Нэда.
Существовало несколько внешних признаков проявления незримой магии. Лучи дьявольского пламени потекли из глаз Рукки. На лбу Нэда проступила единственная капелька пота, и он почувствовал непреодолимое желание почесаться. Но удержался, не желая давать Рукке повода для злорадства.
Нахмурившись, Рукка выдохнул облако ядовитого оранжевого тумана, которое повисло вокруг Нэда. Почесаться захотелось еще сильнее, и вновь одолела жгучая тошнота, похожая на вызванную потугами колдунов, но немного сильнее. Нэд сдержал позыв к рвоте. Он почесал нос и смахнул с глаз слезы. Но и только.
Рукка заворчал. Он рассчитывал, что Нэд растает. Видно, пришлось столкнуться с более сложной магией, чем он думал поначалу. Снятие подобных заклятий требовало усидчивости и терпения, но эти качества никогда не были ему присущи. Вместо этого он пустил еще больше темной магии через священный камень в иллюзорную смертную оболочку Нэда.
Несварение в желудке Нэда просто кипело, но к моменту, когда оно подступило к горлу и прорвалось в крепко сжатый рот, послышался лишь сдавленный рык. Нечто неведомое поднялось в его утробе и выплеснулось на неугомонного Первого и Величайшего Императора Преисподней.
Рукка лопнул.
Для такого маленького демона он оставил после себя ужасный бардак. Липкая слизь забрызгала все стены. Нэд был с ног до головы покрыт вонючей дрянью. Его неминуемо вытошнило бы, только уже не оставалось сил. Несчетные глазки Рукки были рассыпаны по полу. И каждый таращился на Нэда. Явное свидетельство того, что демон не умер и был в придачу жутко раздосадован. Нэд не мог его осуждать. Могущество Рукки было воистину безмерно, и все же Безумный Опустошитель отмахнулся от него так небрежно, как будто ужасный император демонов был чем-то, от чего можно было легко отмахнуться. Сил у Нэда не оставалось и на метафоры.
Опустошитель вновь погрузился в сон. Хотя, по сути дела, он и не просыпался. Проснись он до конца, все во вселенной уже превратилось бы в пепел. За исключением того, что пеплом уже являлось. Из этого получился бы какой-нибудь второсортный пепел, подумал Нэд. Вроде пыли. Или сажи. В общем, особого значения не имело. Вот что имело значение, так это то, что Безумный Опустошитель здоров был поспать и не особо собирался просыпаться. И очень хорошо.
Все же он смог прихлопнуть Рукку одним щелчком мизинца своей метафизической мощи. То есть, случись Опустошителю проснуться, даже помимо собственной воли, уже никакая сила не смогла бы уложить его обратно в постель. Рукке это было невдомек, и он не унимался, тыкая прутиком в спящую махину. Результаты могли оказаться плачевными для всей вселенной, и в том числе для Рукки. Сейчас оставшаяся от императора липкая масса медленно, но неотвратимо собиралась в один сгусток. И это беспокоило, поскольку Нэд сомневался, что лопнувший император усвоил урок.
Двери тронного зала широко распахнулись, пропуская группу солдат-демонов. То, что они солдаты, Нэд смог понять по блестящим черным доспехам и зловещего вида скимитарам. Определить их как демонов тоже не составило труда, ведь практически каждый обитатель Железной крепости был демоном. Даже сам Нэд, если хорошенько подумать.
– Прости нас, о великий и безжалостный владыка, – вымолвил первый солдат, – но крепость подверглась…
Поскользнувшись на размазанных останках своего повелителя, солдат с оглушительным лязгом упал на спину. Доклад был прерван. Еще двое демонов следом за своим товарищем проехались по полу. Остальные трое извлекли наглядный урок и предпочли не переступать порог.
Те солдаты, которые не пытались подняться, оглядели представшую перед ними сцену. За глухими шлемами Нэд не мог видеть лиц, но предположил, что на них отразился благоговейный испуг. Выходило, что он уничтожил их грозного правителя. Вряд ли стоило их разубеждать.
– Если вы не против, я, пожалуй, пойду, – сказал он.
Слуги Рукки так привыкли склоняться перед всесильными господами, что без слов опустили скимитары и посторонились, чтобы дать Нэду пройти. Он не мог знать, сколько Рукке потребуется времени на обратную трансформацию, но чем дальше он к тому времени окажется от императора, тем лучше. Самым трудным отрезком пути было пройти тронный зал так, чтобы не растянуться на полу. Не успел он приступить к этой непростой задаче, как окно заслонила громадная тень.
Нэд повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как орущий Рух вдребезги разбил разрисованное стекло. Ноги птицы заскользили по слизи, и она по инерции проехала вперед. Нэд едва успел отскочить в сторону, когда тварь пронеслась мимо и врезалась в стену. Секундной остановки хватило Руху, чтобы запустить когти в пол и попытаться восстановить равновесие, все же оставаясь на волосок от падения. Дюжина гоблинов соскочили с перьев птицы и набросились на демонов. При иных обстоятельствах опытные демоны-воины без труда перебили бы своих врагов, но покрытые слизью гоблины были слишком изворотливыми и непредсказуемыми.
Нэд с трудом поднялся на колени, звуки разгоревшейся снаружи битвы достигли его ушей. Он выплюнул липкую дрянь. Не удивительно, что на вкус Рукка был омерзительным.