Страница 32 из 100
— И как же расслабляешь ты? Ездишь куда-нибудь с родителями, или ещё как-то? — вроде простой вопрос, Вергилий даже никак не изменился в лице, но девушка ощутила, как температура вокруг него опустилась на несколько градусов, а в глазах проскочила холодная ярость, практически мгновенно исчезнувшая.
— Как я говорил, я отдыхаю во время работы или прочтения старинных книг. Изредка я могу заняться чем-то другим, но в основном именно так. Смысл тратить время на ненужные мне вещи?
— И что для тебя тогда нужное?
— Работа, знания, сила. Вот и всё. Спасибо, — поблагодарил официантку Вергилий.
На столе перед подростками оказался пусть поздний, но завтрак: омлет с сыром, свёрнутый рулетом, жареные лепёшки из тёртого картофеля, апельсиновый сок и бейглс, круглая, мягкая булочка, разрезанная пополам, с мягким сыром и ветчиной. Лили, также поблагодарила официантку, но более внимательным взглядом посмотрела на неё.
— Кажется, ты ей нравишься, — произнесла Эванс, когда они остались наедине. Вергилий вопросительно посмотрел на неё, чуть изогнув бровь. — Ты разве не видел? Она возле тебя так и крутилась, не удивлюсь, если она уже думает, как оставить тебе свой номер телефона.
— Я не обращаю на такие мелочи внимания. Да и зачем? Чтобы завести семью?
— Семья — самое важное, что есть в жизни человека, Бедфорд. А дети? Разве это не прекрасно, когда ты держишь на руках своего ребёнка, смотришь, как он растёт, оберегаешь его, учишь…
— А потом он может превратиться в того, кого люди будут бояться. Достаточно посмотреть на вашего лорда, или ты думаешь, что он сразу родился взрослым, сильным бойцом, желающим поставить мир на колени?
— Это… не тот вариант, который стоит рассматривать. Тот-Кого-Нельзя-Называть… кто знает, какие у него были родители? Всё зависит от воспитания.
— Хм, не могу не согласиться. Но с другой стороны — ты сам решаешь, какой жизнью идти. Считаешь, что у Волан-де-Морта, — Вергилий не обратил внимания на лёгкую дрожь девушки от этого имени, — не было выбора? Он есть всегда, в любой ситуации. Так что правильнее будет сказать, что большая часть жизни зависит от твоего собственного выбора. И винить за этот выбор, оставаясь наедине с самим собой, будешь только сам себя. А окружающие будут судить твою силу в зависимости от уровня промывки мозгов, и твоих собственных деяний.
— Ты постоянно упоминаешь про силу… Это что-то личное? — осторожно спросила Лили.
Вергилий на это лишь хмыкнул, смотря прямо в стакан с соком, словно пытаясь там что-то увидеть. Молчал он примерно минуты две, прежде чем медленно начал говорить:
— Однажды, я сказал своему брату одну фразу — сила может контролировать всё, и без силы ты не сможешь ничего защитить, не говоря уже о себе. Люди, в своём подавляющем большинстве, слишком агрессивные существа, и не так уж важно, маг этот человек или нет. Да что далеко ходить — посмотри на то, что творится сейчас в магическом мире. Пытки, убийства и подчинения. Люди просто поддались самым низменным эмоциям, и творят беспредел, говоря при этом, что сражаются за идеалы. Возможно, кто-то верит в это, но большая часть просто подстроились, и просто удовлетворяют свои потребности. Возвращаясь к недавнему разговору — я согласен со словами Волан-де-Морта, что есть лишь сила. Но вот в чём дело — кем он был до того, как стал тем самым Тёмным лордом, которого вы все так боитесь? Может, раньше он был обычным человеком, мечтающим просто поменять мир, и выбрал именно путь силы.
— Хочешь сказать, что Тот-Кого-Нельзя-Называть, хотел поменять мир, но вся сила его развратила? Ну, возможно так и было. Возможно, но, если брать твои слова за основу, тогда почему он вообще пошёл на это всё? В чём был смысл?
— Кто знает, — пожал плечами сын Спарды. — Ответить правильно на это может только он сам, вот только… вряд ли ты уйдёшь потом живой после этого вопроса.
— Но у тебя наверняка есть уже теории на этот счёт, — Лили откинулась на спинку стула. После завтрака было немного лень говорить, но любопытство оказалось сильнее. — Ты не глупый, таких не взяли бы туда, ну…ты сам знаешь.
— Можешь говорить прямо — в Министерство. Вокруг нас стоят чары, которые придумал Северус, так что нас не подслушают.
— Что? Но ведь… точно, тебе же не нужна палочка для колдовства! Когда успел?
— Сразу после ухода официантки. Пока ты отвлекалась.
Эванс чуть нахмурилась, вспоминая этот момент. Но пришлось признаться, что она и правда этого не заметила.
— Хорошо. Тогда ответь, какие у тебя есть теории?
— Хм. И почему я должен рассказывать? Информация хоть и не то, чтобы тайная, это скорее мои личные мысли и выводы, но всё-таки. К тому же, ты девушка умная, думаю, если пораскинешь мозгами, сама можешь прийти к примерно таким же выводам.
Взяв стакан с соком, девушка мелкими глотками стала пить, задумавшись. Вергилию же было интересно — как близко она сможет догадаться. То, что она девчонка не глупая, полудемон прекрасно знал, хотя изредка она и совершает глупые поступки, достаточно вспомнить Хогвартс и как она снимала в замке браслет. Люди.
— Ну, если брать в расчёт всё то, что ты говорил… Получается, что он мог хотеть получить силу и нашёл её источник, но не справился с ней. Но что-то тут не вяжется. Слабый бы мог погибнуть, значит, он был силён физически, чтобы выдержать всё, но слаб морально, поэтому стал таким, — девушка бросила взгляд на собеседника. Как обычно, его лицо почти ничего не выражало. Почти. Уголки его губ чуть дёрнулись, словно он хотел улыбнуться, но сдерживал себя, и где-то в глубине глаз проскочило едва заметное одобрение. — Хочешь сказать, что до всей этой войны, Он был кем-то другим? Не этим кровожадным монстром, каким является сейчас?
— Скорее всего, дракониха, — хмыкнул Вергилий, увидев, как вспыхнула девушка. — Возможно, это и ошибка. Но есть ещё одна теория, пересекающаяся с первой. Намёк на это я уже давал, не так уж и давно. Если говорить коротко — его заставили стать таким.
— Но… нет, так не может быть! Или может? — девушка скорее говорила сама с собой, но Вергилий то её услышал и усмехнулся.
— Ты мне сама недавно заявляла, что всё зависит от воспитания. А я тебе говорил, что человека могут заставить быть тем, кем он не хочет. Так почему не может быть так, что в самом начале это был обычный, воспитанный парень, у которого что-то случилось, и из-за чего и пришлось искать силу, ради своей собственной безопасности. Безрассудство, временная глупость или помешательство, страх, одиночество… В такие моменты инстинкты практически отсутствуют, а иногда даже инстинкт самосохранения пропадает. Оставшись один, он мог измениться, став тем самым Волан-де-Мортом, которого сейчас все боятся. Вряд ли и имя Волан-де-Морт — настоящее. Скорее всего, он отказался от прошлого имени, взяв новое, ведь новое имя — это новая судьба. Ну, а дальше, как в твоей первой теории — он оказался силён физически, чтобы пройти через всё, но в процессе пострадал морально, а уж его разум… ну, с учётом всех кровожадных деяний, уже видно, что головой он поехал основательно, что впрочем, не отразилось на его боевых и тактических возможностях.
— Подожди… ты его оправдываешь?!
— Нет, разъясняю поступки и их причины. Каковыми бы не были причины его поступков, их уже невозможно оправдать…
Лицо Вергилия окаменело, хотя для Лили это не настолько заметно было. Почему? Раньше он настолько сильно не задумывался, но… Он и Волан-де-Морт — слишком похожи. Оба идут к своей цели с завидным упрямством и даже успехом, для обоих важен лишь результат, а средства его достижения неважны.
Стакан в руке полудемона опасно треснул, но он этого не замечал, продолжая погружаться в мысли.