Страница 49 из 93
— Джове?
— Направляемся к Храму, — принял я волевое решение после паузы тяжелых раздумий, хотя радости оно мне не принесло. Интуиция вопила, что мы с братом в очередной раз ввязываемся в мутную авантюру с глобальными последствиями, способными повлиять на будущее галактики. И, как бы я не старался, изменить уже ничего нельзя. Остается лишь оседлать гребень штормовой волны и надеяться, что буря вынесет нас к безопасному берегу, а не размажет тонким слоем по скалам непреодолимых обстоятельств.
Первые трудности начались, как говорят, «не отходя от кассы». Не успели мы покинуть дымящееся место крушения и повернуть в сторону узкого горного ущелья, ведущего к выходу из Руин Силы, как путь перегородили местные обитатели Тайтона. Причем не простые хищники, а какие-то жутковатые мутанты с молотообразными головами, широкими с бугрящимися мышцами телами и острыми рядами акульих зубов в широких пастях.
Не сговариваясь, мы с Фрисом одновременно активировали световые мечи. Он свое «Сияние Неба», а я клинок, принадлежавший Кирону и взятый во временное пользование вместо трофея, добытого у джедая-инсектоида. Более элегантный и требующий от владельца стойкой приверженности к Светлой стороне, он куда лучше подходил мне, хотя, при всех своих плюсах, не мог заменить сломанный меч Гри. Чью рукоять с безжизненным кристаллом кайбера, скрытую экзером, я все еще таскал с собой по старой памяти.
Укол совести, вонзавшийся в сердце всякий раз при воспоминании о погибшем Малыше, едва не стоил мне пропущенного удара. Молотоголовые мутанты в костяной броне, заменяющей им одежду, бросились в атаку без лишних звуков или предупреждений. Сочетая чистую ярость и голод в довольно жутком воплощении, они представляли серьезную угрозу для любого одаренного. Особенно, когда в Силе ощутилось направленное давление, подкрепленное эманациями Темной стороны. Приправленное вонью гнилого мяса и собственным смрадом мутантов, оно туманило рассудок, мешая как следует сосредоточиться.
— Фрис, в круг!
Столкнувшись спиной к спине, мы с братом закрутили мечами, окутавшись веером защиты из звонко гудящего синего света. Мутанты продолжали атаковать, наскакивая со всех сторон без малейших признаков усталости и позволяя понять, почему Руины Силы запрещены для посещения большинству джедаев современной эпохи. Просто многим из них нечего противопоставить нападению кровожадных чудовищ, чья холодная ярость и всепоглощающий голод были серьезным аргументом в любой схватке. Только истинные приверженцы Светлой стороны могли сопротивляться им, не теряя себя в схватке и имея хоть какие-то шансы на победу.
Однако, как бы сильны не были мутанты, против подмастерья Разума эффективен только такой же менталист. В противном случае враг неизбежно становился жертвой, не замечая, как его мысли с эмоциями начинают жить своей жизнью.
Сперва один урод, ослепленный кровавой жаждой плоти, подставился под жалящий удар светового меч. Потом второй. Третий. С четвертым в мельтешащих рядах противника появилась долгожданная брешь, позволившая нам с Фрисом применить Силу и на скорости вырваться из смертельной западни.
Отброшенные телекенетической техникой разъяренные твари завыли, когда осознали, что добыча пытается удрать. Ведомые животными инстинктами, подпитываемыми Темной стороной, они скопом ломанулись за нами, не замечая, что вступают на территорию горного перевала — место, где джедаи отрабатывали искусство балансировки и равновесия, постигая тайны Силы, позволяющие им контролировать каждое свое движение. Иначе двигаться там, где любой неосторожный шаг мог вызвать горный обвал или спровоцировать оползень, было невозможно.
Дальше дело оставалось за малым. Уловив в Силе, когда последний молотоглавый мутант ступил на смертельно-опасный участок близ горной расщелины, я дал отмашку Фрису.
Шаг «раз». Рывок.
Скользящая техника Силы, позволяющая почти мгновенно смещаться на короткие расстояния, вытащила меня из-под удара трехпалой когтистой лапищи с острыми, как бритва, когтями. И одновременно взревевший зверь, приведенный в состояние бешенство от очередной неудачной попытки полакомиться свежей плотью, начал заваливаться назад.
Шаг «два». Телекенетический взрыв.
Ударная волна кинетической энергии, быстро увеличивающейся сферой расходится от меня, встречая вторую такую же со стороны Фриса. Две Силы встречаются с глухим ударом, на мгновение искажая реальность и вызывая оглушающий хлопок, заканчивающийся рокочущим горным гулом.
Шаг «три». Прыжок Силы, совмещенный с Парением и страхующим Телекинезом Разума, чтобы выдернуть из-под сошедшей лавины замешкавшегося Фриса. Впервые применивший технику такого масштаба и неверно рассчитавший границы опасной зоны, он едва не ухнул в ту же открывшуюся пропасть, куда с прощальным воем попадала куча-мала из верещащих мутантов.
Шаг «четыре». Треск. Расколотая земля под своим же давлением сомкнула края, обрывая предсмертные крики жертв и булькающие звуки раздавленных в кровавое месиво тел. Одновременно по склону пронеслась еще пара толчков, вызвавших цепочку обвалов и навсегда похоронив единственный наземный вход в Руины Силы.
«Оно и к лучшему, — удовлетворенно сказал Пятый, пока я планировал в восходящих потоках воздуха навстречу быстро приближающейся лесной кроне у подножия горного ущелья. — Пусть эти твари пережрут друг друга. Мерзость! Никакой цивилизованности, только бы глотки мясом набить. Поганое племя».
Понимая, откуда растут истоки столько резкой неприязни моего незримого друга, я предпочел промолчать, вместо этого сосредоточившись, чтобы не превратиться в шашлык на торчащих к небу острых ветках храмовой лесополосы. Сбоку от меня с таким же треском ломаемого дерева снижался Фрис, успевший восстановить концентрацию и Силой смягчающий свое падение вниз.
— Уф, — уже внизу, шумно отдуваясь, он начал с показательной брезгливостью отряхиваться от лесного мусора, старательно пряча довольную улыбку.
Все с ним ясно. А я-то еще удивился, чего он форму не сменит в полете. Дитё. Лишь бы поиграться, да силушкой богатырской померяться.
— Не все тебе одному развлекаться, — буркнул брат, правильно истолковав мой понимающе-насмешливый взгляд. — Ты как?
— Цел. Вспомнил, что за зверушки?
— Пожиратели плоти, — кивнул Фрис. — Ну или то, что из них мутировало с течением времени под влиянием Темной стороны. Жуть. Представь, если бы они прорвались к Храму?
Я передернулся, ощутив табун мурашек, пронесшийся по хребту. К ситху! Пятый прав: само существование Пожирателей плоти — угроза всем живым существам, живущим с ними бок о бок. В таком свете может и хорошо, что Тайтон в скором времени обезлюдит. Меньше населения — меньше пищи и возможности поддерживать стабильную популяцию. Регион Храма нашими с Фрисом стараниями отныне в безопасности, но на других территориях этих тварей мало что сдерживает. Остается надеяться, что усилившийся голод не погонит их в сторону тех, кто отказался покинуть нажитый кров даже под угрозой обрыва связи с цивилизацией.
— Наперегонки? — с улыбкой спросил я. Фрис в предвкушении оскалился, закручивая вокруг себя ускоряющиеся потоки гравитации. Топорно, с огромным расходом концентрации, но чрезвычайно впечатляюще для любого джедая, только ступившего на путь познания Силы. На то, что я осваивал в течение пяти лет, Фрис потратил всего год. И уже достиг таких успехов, о которых мне в свое время приходилось только мечтать.
— Не отставай!
Вспышка. Мы сорвались с места одновременно, используя все доступные резервы и познания в Силе, чтобы максимально быстро преодолеть расстояние в пару километров по прямой сквозь лесополосу до самого Храма. Последние остатки кипящего в крови адреналина после схватки с Пожирателями плоти наконец нашли выход, воплотившись в азартную гонку в древесном полумраке, где каждый норовил взять верх.
Чувствуя захлестывающие эмоции брата, я не спешил взвинчивать темп, мягко направляя его и позволяя лучше ощутить Силу. Жаль, что он тянул так долго, чтобы сказать мне. Можно было бы начать тренироваться еще в прошлом, но… не мне, хранившему столько тайн, судить его. Так что я просто бежал рядом и, до того момента, как между деревьями замелькали проблески света, позволял ему хранить иллюзию мнимой победы. Чтобы за пару метров до опушки внезапно ускориться и выцепить первенство в коротком, но накаленным лесном спринте.