Страница 14 из 100
— Помнишь биоматериал, из которого вырастают наши здания? Мы зовем его — Сердце Золы. Он способен не только на строительство зданий.
В следующую секунду ходок таки подцепил осколок, прижавший Странника к стене, и оттащил его в сторону. Человек до скрипа сжал зубы, чтобы вновь не закричать. Когда дело было сделано, человек поднес к лицу высвобожденную руку и с изумлением наблюдал, как раны на глазах срастаются, оставляя лишь коричневый липкий осадок. С отвращением смахнув его с руки, Странник попытался подняться, и с кряхтением все-таки выпрямился, опершись на стену.
— Зола приветствует тебя не так радужно, да наджи? — поднявшись вслед за Странником, с грустной улыбкой говорил Брат.
— Да уж, — прохрипел в ответ Странник.
— Наджи, — обращался к Брату другой золторианец в броне, который все это время дежурил на выходе из коридора, — Машин пока нет в радиусе видимости, но нужно скорее уходить. Они могут вернуться в любой момент.
— Ты прав наджи. Выходим сейчас, — Брат оглядел всех присутствующих, — Все готовы?
Милашка быстро пришла в себя, и несмотря на свой обеспокоенный вид, уверенно кивнула головой. Золторианец в ходоке молча развернулся и направился к выходу из коридора.
Странник руками оттолкнулся от стены, и ответил, — Да, идем.
***
Преодолев те двадцать метров, на которые отбросила его взрывная волна, человек наконец увидел, что происходит снаружи. Точнее то, что когда-то было за дверьми. До взрыва, здание не заканчивалось выходом, куда направлялись Странник с Милашкой. Теперь же в этом месте была огромная зияющая воронка, усеянная осколками камня и остатками различных вещей, что находились внутри на момент взрыва. Однако не все стены рухнули, под напором страшной разрушающей силы. Часть опаленного взрывом камня еще стояла, при этом удерживая над собой остатки крыши здания.
Милашка первой преодолела воронку, вышла на пустое пространство и смогла оценить обстановку.
Странник, тяжело передвигаясь по хрустящей каше под ногами, услышал ее тихий «Ох», и следующий за ним нервный всхлип. А затем ее слова, которые она произнесла почти шепотом:
— О, Боги из Пепла…
Наконец выбравшись из воронки, Странник смог лицезреть картину, ставшую причиной ее слов.
Человек не смог понять, бывал ли он в этой части города раньше, потому что улица была изуродована до невозможности. То там, то тут валялись перемазанные кровью и грязью трупы золторианцев, и исковерканные металлические останки. Седая земля была словно перепахана трактором, и несколько обожжённых деревьев лежали вырванные с корнем. От окружающих декоративных украшений, которыми обычно изобилуют улицы золторианцев, не осталось и следа. Сломленное пополам каменное здание, видимо бывшее ранее высоткой, валялось каменными осколками по всему побоищу. И высоко в фиолетовом небе висела огромная механическая махина, корабль, который видимо был причиной разрушительного взрыва. Он закрывал собой и без того слабое солнце Золы, бросая устрашающую тень на планету.
— Не останавливаемся, наджи’е, — сухо прервал Брат ужасающихся новому виду Города, — Нет времени на это.
Странник мотнул головой и поспешно догнал быстро шагающего по пепелищу Брата:
— Куда мы направляемся, Брат? — обеспокоенно прохрипел Странник.
— Ты — куда пожелаешь, наджи, после того как мы отведем тебя к твоему кораблю, — с печальной улыбкой ответил Брат.
— Что? — Странник остановился на месте, Брат в свою очередь сделал то же, — Я не понимаю. Но как же…
— Совет не собирался тебя отпускать, наджи, — перебил его Брат, — С самого начала. А после того, что случилось и подавно. Но у тебя нет никакой причины умирать здесь, — Золторианец положил руку на плечо человека, — Зола не была к тебе гостеприимна… И… Это не твоя война.
— Но…
— Нет, наджи. Будет так, — строго отрезал Брат, — Так будет правильно. Мы сами виноваты в произошедшем. Мы были слишком глупы, и теперь нам приходиться за это расплачиваться. Жаль только, что понимаем мы это слишком поздно, — Брат устало вздохнул и продолжил, — Раньше я поступал так, как велела воля Совета Наджи’е. Но их мнение далеко не всегда бывает верным. Теперь у нас сполна доказательств, — Брат обвел руками вокруг себя, — И теперь я поступлю так, как сам считаю правильным. Я выведу тебя отсюда. Могу просить лишь только об одном…
Странник уже приготовился выслушать просьбу, но их внезапно прервали:
— Наджи’е… У нас проблемы… У нас проблемы!!! — под конец фразы голос сорвался на крик.
— О нет… — пробормотал Брат обернувшись.
Ходок, в котором сидел один из золторианцев, начал вести себя неестественным образом. Его конечности как будто замкнуло, а из динамика вместо голоса начали доносится трески и писк.
— Что не так? — обратился к Брату Странник, приподняв одну бровь.
— Мы ошибались, — лаконично ответил золторианец, выхватывая оружие из кобуры.
***
Странник не успел отреагировать на слова Брата, потому что в следующее мгновение его уши заложило от душераздирающего крика, перебивавшего даже компьютерные звуки. Зажав уши руками, он обернулся на его источник и буквально оцепенел от увиденного. Сквозь смотровое стекло ходока виднелось красное, перекошенное от боли лицо золторианца, раскрывшего рот до такой степени, что его щеки треснули в уголках губ, и начинали разрывать лицо пополам.
— Вылезай оттуда наджи! Вылезай нахрен! — орал Брат золторианцу, корчившемуся внутри. В его руках дрожал зажатый пистолет, направленный в сторону ходока и готовый выстрелить в любой момент.
Сомнительно, что находящийся внутри его слышал, да и в следующую секунду это стало уже неважно. В один момент крики сменил приглушенный щелчок с треском, и смотровое стекло забрызгало розовым изнутри, от взорвавшейся под давлением головы золторианца, выпуская сквозь пробитые взрывом трещины в стекле мутную смесь крови, глазного белка и мозгов. Сквозь взвесь белели вдавленные, в уже негерметичное стекло, зубы и часть скуловой кости находящегося внутри.
Не в силах сдерживать рвотные позывы от увиденного, Странник отвернулся и его вырвало на раскрошившиеся осколки белого монолитного камня. В глазах начало темнеть, и человек чуть не свалился на землю прямо здесь. Сквозь муть в голове он слышал стрельбу и крики, и, из последних сил, сконцентрировавшись, повернулся обратно.
Брат уже пришел в себя и не жалея патронов палил по механическим суставам робота, которые отвечали за передвижение, но ходоку, кажется, было все равно: пули отскакивали от него, так и норовясь поразить кого-нибудь рикошетом. Еще один золторианец, которому не повезло оказаться к машине совсем близко, пытался пятится, направив свое подобие штурмовой винтовки прямо в кровоточащее стекло. Он успел сделать лишь один выстрел из очереди, а затем машина одним мощным движением выбила оружие у него из рук, заодно переломав их, а вторым движением, смела самого золторианца, не успевшего даже понять произошедшего. Золторианец отлетел далеко в сторону, запнувшись головой о каменное препятствие с характерным хрустом, и, прочертив кровавый след на земле, остался лежать трупом. Для него бой был окончен.
— Наджи! — Милашка надрывала горло, наблюдая за полетом тела. Повернувшись обратно к роботу, ее блестящее от слез лицо было искажено яростью, и, вытащив наконец свое оружие, она с оглушительным криком начала палить по машине, двигаясь прямо на нее.
Милашку вовремя успел подхватить Брат, и потащил в обратном направлении, другой рукой продолжая стрелять по суставам.
— Нет! Нет! Боги из Пепла, нет! — Милашка дергалась в истерике пытаясь вырваться из крепких объятий.
— Наджи! Прошу тебя! Забери ее, — Брат криком обращался к Страннику, который до сих пор неподвижно стоял в ступоре рядом со зловонной лужей.
Переведя взгляд сначала на золторианца, а потом на неумолимо приближающуюся машину, человек тряхнул головой и быстрым рывком метнулся на крик помощи.